Золотые человечки

Эльдорадо.
В XVI столетии при этом слове вспыхивали глаза каждого уважающего себя конкистадора.
В XXI веке только посмеются над глупостью предыдущих поколений потомки тех же испанцев…

Жаркое лето. Нет… Душное лето с изрядной влажностью, присущей Южной Америке. Всякого рода мошки допекают своими сплоченными облачками каждого. Каждого…
Можно ли было предположить, что солидный, представительный профессор геологии отправится в поисках сказки? Да еще и туда, где его знания особо не нужны… Теодор Овьеда, в свои неполные пятьдесят сем лет, долго упирался от подобного «заманчивого» предложения. Но его друг детства, археолог Хуан де Ривье, с энтузиазмом прыгал по кабинету Теодора, описывая открывающиеся перспективы. Или последствия, если геолог откажется. Хуан несколько раз сбивал с подставки уникальный образец аметиста (археолог не только упитанный, но и слишком энергичный). Тогда Овьеда понял: деваться некуда, и его камни от согласия целее будут…
И вот теперь Теодор должен терпеть непривычную влажность и духоту диковинного климата. В отличие от своего друга он – худее, но это не лишало его всех «прелестей» пути. Еще донимала нерациональность подобной экспедиции. Ривье со всем жаром принялся искать мифический город. И какой! Эльдорадо! Хоть предки археолога поколениями живут в Мексике, но Хуан считал себя настоящим испанцем. И он не мог не знать сказания о Золотого Человека, Золотого Озера и – Золотого Города. Ривье плевать хотел на то, что за все века легенды не подтвердились. Как он говорил: «Я чувствую зов крови конкистадоров и несметных богатств!». Вера эта настолько непоколебима и наивна, что Овьеда заподозрил своего друга в старческом маразме. Но, взвесив относительно небольшой возраст (пятьдесят девять лет) и извечное стремление Хуана к быстрому обогащению, то ничего удивительного и ненормального нет. Особенно с хваткостью и энтузиазмом «испанца».

Как уже понятно, для Теодора вся затея являлась полной чушью. Набранная команда желала лучшего: какие-то юноши-оболтусы, проходящие у Хуана таким образом практику. Они далеко не всегда знали элементарные законы выживания в тропиках и скверно слушались даже археолога. Хотя последний от них в восторге: «Надежда будущего – такие ребята!». «Если не из чего больше выбирать», – мрачно додумывал Овьеда.
Дни не текли, а ползли, вместе с прячущимся за кроны деревьев солнцем. Нытье студентов крайне раздражало геолога, а сам он чувствовал себя ненужным – применения своим знаниям он не находил. Угрюмо набирая полную грудь тяжелого, плотного воздуха, он мечтал вернуться из Бразилии обратно – в Мексику. Там, в столице, застыла в ожидании его постель в пустой холостяцкой квартире. А еще – кофеварка. Как он хочет своего любимого экспрессо! Где в дебрях Амазонки такое достанешь?.. Без кофе Теодор чувствовал усталость и сонливость.
Очередной привал. Ривье что-то отмечал на своей карте; такая имелась у каждого. Студенты весело переговаривались друг с дружкой, порой жалуясь на боль в ногах и укусы гадких мошек. Геолог, время от времени отмахиваясь сухощавой рукой от мошкары, тыкал палочкой в землю. Ни разговоры юношей, ни занятие друга его не привлекало.
– Тео, ты что скучаешь? Посмотри, какая чудесная природа Бразилии! В Мексике – не так, – улыбнулся Хуан в черные с небольшой сединой усы. – Ты, как твои камни, неподвижный и суровый!
На безбородом и безволосом лице Овьеда отразилась такая хмурость, что археолог быстро «завял» и передумал донимать геолога дальше. «А что мне еще делать, как не тыкать теплую землю?», – продолжая свое занятие, спрашивал себя Теодор. Внезапно у него появилось сильное желание бросить группу и отправиться домой. Да, через джунгли Амазонки! Домой! Карта-то есть.
Ночь. Палатка. Храп. Ривье безмятежно спал, мешая тем самым Теодору. Хотя геолог окунаться в мир сна и не собирался. Убедившись, что ночные разговоры «ребят» прекратились (благо, слух еще в порядке), Овьед вылез из спального мешка. На четвереньках он быстро собрал свои вещи. Глянув на мирно храпящего друга, он проговорил: «Извини», и выполз из палатки.
Джунгли встретили на этот раз не очень приветливо, если раньше они хоть малость такими были. Низкие ветки задевали увесистый походный рюкзак, хлестали по ногам; корни, словно по злому умыслу, делали все, чтобы геолог споткнулся. Что уж говорить про жизнь ночных созданий, которые, издавая приглушенные влагой звуки, пугали Овьеда. Но Теодор, будучи твердым духом, как камень, упрямо брел вперед. На север, как он вроде сверил с картой. Мужчина вылил на себя пол флакона средства от мошек, и это дало свой результат: геолог задыхался от химического запаха. Неожиданно корни добились своего – Овьед упал. Сверху его придавил рюкзак, и пару секунд Теодор пытался подняться. Но, через миг, на голову упало нечто увесистое…

Хуан сильно расстроился, узнав о пропаже друга. А затем расстроился больше, нежели до этого – понял, что геолог ушел сам, ведь только его вещей нет. Даже студенты притихли, увидев грустное выражение лица преподавателя, обычно веселого и жизнерадостного. Они как-то видели Ривье злым, но он никогда не выглядел печальным. Юноши про себя обматерили нудного геолога, который испортил Хуану настроение.
«Делать нечего – надо идти дальше…». Примерно так звучала фраза археолога час спустя. Экспедиция не могла отмениться, ведь жаль проделанный путь, а мечта об Эльдорадо продолжала жить и вдохновлять. Студенты недовольно взвалили вновь пожитки на плечи. Хуан собрал и свою немногочисленную поклажу и тронулся в путь…
Еда заканчивалась. Никто не отменил и предыдущих трудностей пути. Ребята все настойчивее уговаривали преподавателя о возвращении назад. И сам Ривье уже не так сильно жаждал найти Золотой Город – самовольный уход друга все подпортил. Но зов той самой «испанской» крови гнал вперед и не давал прислушиваться к словам юношей. Идя против течения Амазонки, Хуан представлял, как за следующим изгибом реки видит свою цель. Но она не спешила показываться. Когда студенты между собой поговаривали о бунте, группе показалась открытая местность…

– О, Пресвятая Дева!
Этот возглас который раз срывался с уст археолога, оглашая местность. Остальной состав экспедиции стоял в изумлении, оглядывая пусть и не здания из золота, но явно древние руины.
– Да это же постройки кмустиянтов! – восторженно сообщил Ривье.
Юноши недоверчиво покосились на него. Странное наименование они слышали впервые, хотя понимали, что для преподавателя это что-то значительное. Заметив их подозрительно-любопытные взгляды, Хуан поспешил объяснить:
– Кмустиянты – это целая цивилизация, предшествующая расе арийцев и возникшая после атлантов. О них мало что известно, вернее, многое, что приписывается четвертой или нашей, пятой, расе, принадлежит им. Они представляли собой промежуточный вариант. В то же время их культура порой разительно отличалась, что приводит к новым гипотезам, теориям, заблуждениям и спорам…
– Как вы определили, что это эти… кмуст?.. – запнулся дебелый студент.
– Кмустиянты. Все просто! Думаю, вы знаете, что племена Южной Америки поклонялись Пернатому Змею? Это пошло именно от промежуточной расы! – просиял археолог, забывшись в «лекции». – А что мы видим на постройках? Змея! Конечно, это еще ничего не доказывает, но, вспомните пирамиды тех же ацтеков на территории современной Мексики и сравните с этими зданиями!..
А сравнивать было с чем. Похожие на небоскребы строения, в фундаменте имели ромбовидную форму. Вдоль глухих стен тянулись фрески, изображающие Пернатых Змеев. И цвет каменных блоков, из которых все и построено, был необычным – черным. Но таких осталось в целости лишь два. Остальные пять-шесть лежали громадными глыбами по распростершейся поляне, которую справа охватывала змея-Амазонка. Часть руин поросли растениями, часть, похоже, скрылись по непонятным причинам под землей. Работы оказалось много…
Бешено, почти маниакально, лучились глаза старого Ривье. Он, закончив недолгую разъяснительную лекцию, кинулся к обломкам. Лопаточки, щеточки, кисточки – все сразу доставалось из рюкзака и шло в ход. Даже немо застывшим ребятам археолог не дал задания. Через время и они принялись за раскопки скрытых глыб. Почему Хуан не принялся за уцелевшее? Наверное, он и сам не ответит. Жажда «поковыряться» в земле, присутствующая с детства, по жизни определила его профессию. И подбивала на не совсем логичный план действий.
Прошло два часа. Никто ничего интересного не обнаружил. Юноши зачастили только имитировать деятельность, все чаще посматривая на ручные часы. Близился закат. И тут очередной выкрик археолога напугал остальную группу:
– Смотрите! – все содрогнулись от неожиданности. – Смотрите, что я нашел!
Все сбежались к профессору. Он одним за другим доставал из расчищенной щели золотых человечков. Каждый сантиметров по шестьдесят-семьдесят. Они внешне походили на людей, но некие неуловимые отличия присутствовали. Достав восемь таких статуэток, Ривье оглядел их и сказал:
– Настоящее золото, если я не разучился определять подобные вещи. Про древность находок – ничего не пойму… Выглядят, словно только застыли в формах!
Резко возрос энтузиазм. Студенты вовсю лазили между обломками и работали немудреным набором для раскопок. Через полтора часа было вытянуто на поверхность еще четырнадцать человечков. Наступила ночь, все легли спать…

Когда полная луна достигла середины небосвода, разбитый на поляне лагерь очнулся от крика. Сонный преподаватель вылез из своей палатки, протирая глаза и недовольно бурча о чьей-то резвости. Но следующая увиденная им картина, заставила замолчать. В лунном сиянии все обломки и ромбовидные здания отсвечивали мертвенно-желтым цветом. На постройках суетились полуметровые существа. А на лагерь напали те самые Пернатые Змеи, что пропали со стен. На них без седла умостились недавние «статуэтки», которых уже не покрывал слой драгоценного металла.
– Вот он – Золотой Город, – равнодушно констатировал Хуан.
Да, златы здания, златы змеи, златой стала и трава под ногами. Это его воплощенная мечта. И сейчас она уничтожала всю группу. Вопли, крики о помощи постепенно исчезали, когда на траве появлялись новые расчлененные тела. И старый археолог знал: там будет и его тело, ведь юношей не так много.
Внезапно кошмар остановился. Как отстраненно подметил Ривье – ребята все погибли. Змеи застыли в ожидании, повернувшись мордами к нему. А одна из уцелевших построек распалась на отдельные блоки. Из нее вышел двухметровый человек, весь покрытый пресловутым желтым металлом. Остальные существа отбежали в руины, каким-то образом стараясь не попасться тому на глаза. Золотой Человек осмотрел место бойни.
– Что еще за кровь в этом священном месте?!!! – прорычал он на незнакомом археологу языке.
Один Змей фыркнул в ответ:
– Опять арийцы, опять за златом…
Хуан только следил за дивными собеседниками, не понимая ни слова.
– А этот? – с сомнением указал двухметровый на Ривье.
– Он, кажется, у них – глава. Поэтому – на последнее, – довольно прошелестел другой Пернатый.
– Похожий на этого – другой, – задумчиво протянул золотой кмустиянт.
– Тот, что мы вчера поймали – уходил от них, – кивком головы указало существо на поляну.
Двухметровый ничего не ответил, а повернулся лицом к разрушенному зданию, что долгое время служило ему покоями. За его спиной раздался короткий крик боли. Значит – угроза со стороны арийцев миновала… Если оберегающее здание кмустиянта разрушено – он может вернуться на родную планету.
– Пятеро моих собратьев уже ушли, – мельком оглянув руины, обратился к себе Золотой Человек. – Теперь и я могу перестать удерживать Землю и отправиться к ним…
Смыв «золотое»* покрытие, двухметровый секунду постоял у берега священного озера, что за строениями, и – растворился.

Теодор сидел в одной из построек рядом с последним спящим кмустиянтом. Он ничего не видел, но с удовольствием слушал дивные рассказы полуметровых человечков. Как пожилой и немного апатичный геолог, бурно на свое «похищение» он не среагировал. Места хватало, воздуха тоже, а маленькие существа приносили воду и пропитание, снабдив просторную, пустую комнату светом.
– …И, когда последний кмустиянт, у арийцев – Золотой Человек, покинет эту планету, она будет предоставлена пятой расе. То есть – своей гибели…
– Ужас какой. Неужели, мы такие плохие? – спросил Овьеда одного из маленьких прислужников спящего.
– Вас слишком много, чтобы говорить однозначно…
В эту секунду глаза двухметрового раскрылись, а здание начало крушиться.
– Что происходит? – чуть ошарашено поинтересовался Теодор.
– Кто-то из арийцев опять переполнил чашу грехов, и мой хозяин может уйти на свою планету. Последнее время ее часто переполняют.
– Последнее – это сколько?
– Лет четыреста-пятьсот.
Тут Овьеда услышал рык кмустиянта. Как же велико было его удивление, когда в упитанной фигурке он узнал Хуана. Он думал даже крикнуть что-то другу, но человечек (лишившийся внезапно своего золота под светом луны) дернул геолога, тем самым дав понять – не стоит. На глазах у Теодора Пернатые Змеи растерзали Ривье, а немногим позже Золотой Человек куда-то ушел.
Геолог кинулся к телу Хуана, несмотря на Змей. Помочь – не поможет, но и стоять дальше среди руин Овьеда не мог. Убийцы экспедиционной группы никак не отреагировали.
К склоненному Тео подбежал знакомый человечек:
– Я, наверное, уйду за хозяином. Пока.
– Золотой Человек уже ушел?
– Да. Я могу и остаться, но мне Земля не очень нравится, хоть некоторые и не покидают ее.
– Подожди! – непривычно резко сказал Овьеда, оторвав взгляд от друга. – А как со мной? И у меня так много вопросов!..
– Я тебе и так много рассказал. Тебя убьют перед рассветом, чтобы ты ничего не раскрыл.
Геолог побледнел:
– Где логика в том, что меня сюда тогда притащили?
– Змеи давно научились обнаруживать тех, кто хочет золота. Это началось с арийцев, которые называли себя конкистадорами. Из-за них многие кмустиянты покидали вашу планету. Семеро – законсервировались здесь для защиты Земли. На страже поставили Змеев, для бытового служения – создали нас. Тебе не повезло. Ты был с конкистадорами. Но – ты не хотел этого. Поэтому, когда ты попытался вернуться, направляясь в сторону Золотого Города, Пернатые тебя оглушили.
У Теодора за весь этот монолог возникло множество вопросов: про человечков, про кмустиянтов, про здания, про защиту планеты и про надобность золота. Но слуга растворился…
Утром ни одного живого или мертвого арийца не осталось – Змеи хорошо насытились…

Эльдорадо.
В XVI столетии при этом слове вспыхивали глаза каждого уважающего себя конкистадора.
В XXI веке только посмеются над глупостью предыдущих поколений потомки тех же испанцев…

* — На самом деле кмустиянты использовали другой металл, похожий для людей на золото. Составляет его один из доселе неизвестных элементов таблицы Менделеева.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *