Тропой Кота

Глава шестая: «Исчезающий граф»

— Крысолов, у меня для тебя чудное известие! – радостно объявил Пересмешник, вбегая в комнату Кота; в руке он держал свиток, перевязанный зеленой ленточкой, и размахивал им, как флагом. – Мы с Зимородком подыскали принцессу для Добермана! И ловить ее ты пойдешь при полном параде, открыто и совершенно официально!

Наш воришка невозмутимо взглянул на приятеля поверх книги.

— Откуда такая уверенность?

— Сегодня утром я перехватил гонца и сообщил ему, что граф Блэквулф вернулся в Брестоль. И уже после обеда у меня на руках оказалось вот это, — он потряс свитком перед лицом Кота. – Именное приглашение на бал в главном дворце Могурополя по случаю дня рождения старого графа де ла Вар-вара!

Крысолов отшвырнул книгу и дружески вцепился в руку Пересмешника:

— Вот за что я тебя уважаю, Эдвиг, так это за твою расторопность! Что еще ты успел сделать?

— Специально по такому случаю, — Пересмешник тем временем сбросил с плеча котомку и извлек с ее дна новенький томик в красном переплете. – Я умыкнул у торговца редкостями фолиант «Огненные двери». Это – копия, сделанная моими хорошими знакомыми, разумеется, с поправками. Твое «путешествие» в поисках порталов в Геенну прошло успешно!

— Хитрец, — улыбнулся Кот. – Но ты уверен, что эта книга не издавалась ранее на Титране? А то получится как в прошлый раз, с «Жизнью чудовищ Ланселота»…

— Уверен! – важно кивнул Эдвиг и, опустившись на колченогий стул, опять зарылся в свою сумку. – Автор этого произведения давно гниет в земле Халагауса. А может, уже и не гниет, а ходит…. Словом, нет никого, кто опроверг бы твое авторство. Ну, что, согласен?

— Когда это я отказывался от риска? – улыбка Крысолова стала еще шире. – Не люблю балы, если честно, но ради принцессы воров…. кстати, а кто она?

— А я тебе не сказал? – Пересмешник выпрямился. – Племянница графа де ла Вар-вара, графиня Танока. Девушке чуть за двадцать, слуги жалуются на ее сложный характер и неукротимую романтическую натуру…. Если ты вскружишь ей голову на балу – она пойдет за тобой хоть на край света!

Прежде чем дать ответ, Кот несколько минут основательно обдумывал его. С одной стороны, Десото будет доволен любовницей благородного происхождения, а с другой – риск нажить себе лишних врагов в этом случае гораздо выше. В отличие от покладистых дочерей сапожников и кузнецов, избалованные дворянки будут проявлять норовистый характер, в то время пока их отцы и матери поднимут на уши весь город, пустят на поиски вооруженные гвардейские отряды и так далее. Правда, у Кота было одно существенное побуждение к скорейшим действиям: Доберман оставался без женского тела уже довольно долго, а в такие моменты настроения у него обычно не прибавлялось.

— Тащи бритву и зеркало, — наконец, решительно сказал Крысолов.

Минут через двадцать Кот Крысолов исчез из своей комнаты. Вместо него перед стареньким пыльным зеркалом, поставленным на широкий подоконник, в свете нескольких свечей придирчиво разглядывал себя граф Бернард Реджинальд Блэквулф; молодой человек лет двадцати пяти, аккуратно причесанный и гладко выбритый, с тонкими усиками, блестящими глазами и шрамом под левой бровью, прикрытым небрежной челкой. Одет он был в новенький синий гвардейский камзол, черные кожаные брюки, начищенные до блеска сапоги и шляпу с пером; на поясе новоявленного графа висела золотая шпага, якобы подаренная ему императором Бестиаполя за некие заслуги, которые Крысолов, к его великой досаде, уже и сам не помнил.

Сложно сказать, был ли Кот доволен своим перевоплощением. Каждый раз, созерцая себя в образе дворянина, он невольно вспоминал о поступке, лишившем его и дома, и семьи, и титула, и наследства. Он не жалел, конечно, что ушел к ворам тогда, много лет назад. Но временами то ли старая память, то ли совесть, проснувшаяся не к месту, тихонько скребла его сердце, лишала сна и аппетита, заставляла воскреснуть в его памяти забытые, наполовину стертые картины, лица, образы…

Пересмешник вертелся вокруг Крысолова, как служанка вокруг невесты, и бодро размахивал щеткой, очищая костюм от пыли. Когда ткань достигла, по его мнению, должной чистоты, он отступил на шаг, улыбнулся, словно художник, рассматривающий свое творение, и сказал, самодовольно потирая руки:

— Все. Собирай котомку и иди к Волкодаву. Я тем временем снаряжу для тебя карету. Ну, ваша светлость, вперед! И приглашение не забудь!

Могурополь, столица Брестоля, выгодно выделялся на фоне прочих городов, в том числе и Морквы. Он располагался на возвышении, где воздух был гораздо чище и свежее, чем в заболоченных низинах, а склоны кое-где покрывали небольшие березняки и ольшаники. По периметру Могурополь был обнесен высокой зубчатой стеной, а у самого подножия холма даже окружен рвом, заполненным водой и грязью. Кроме того, вдоль всей стены, на расстоянии ста метров одна от другой, грозно взирали вдаль прищуренными глазами-бойницами серые стрелковые башни. Благодаря всем этим укреплениям, город выглядел неприступным.

Приближался вечер. Небо было еще голубым, но на горизонте, в блеклой сиреневой дымке, горело огромное алое солнце. Все вокруг – и равнина, и деревья, и городские стены – окрасились в золотисто-розовые закатные тона, но внизу, у самой земли, уже клубились, как туман, густые вечерние сумерки. По мощеной дороге, ведущей к главным воротам, застучали лошадиные копыта и колеса экипажей. Кучера на козлах покрикивали на встречных путников и даже стегали их кнутами, чтобы уходили с дороги – наверное, им было досадно оттого, что их благородные хозяева могут не прибыть на праздник вовремя.

— Н-н-но, родной! – весело щелкнул языком Волкодав и легонько хлопнул вожжой каракового жеребца, чуть замедлившего бодрую рысь. – Как думаете, ваша светлость, успеем вовремя?

— Ничего страшного, если не успеем, — отозвался Кот, выглянув из окошка кареты. – Моя миссия – привлечь к себе внимание, не так ли?

— Рисковый ты парень, Крысолов… — покачал головой Волкодав. – И почему женщины тебя не жалуют?..

— Вот потому и не жалуют, — граф-воришка пожал плечами и тут же поправил шляпу, которую уже хотел сорвать с его головы шальной встречный ветер. – Смотри-ка, карета генерала Мако! Видишь справа?

Волкодав закусил губу и хитро улыбнулся. Изображая из себя личного кучера графа Блэквулфа, он часто и с удовольствием соревновался в скачке с кучером господина Николаса Мако – надменным и азартным мужчиной лет сорока, всю жизнь работавшего извозчиком. Словно прочитав мысль Крысолова, Волкодав хлестнул лошадей, и те заметно ускорили рысь, поднимая в воздух тучу темной дорожной пыли.

Когда экипаж пролетал мимо генеральской кареты, Кот-Бернард высунулся из окошка и закричал, размахивая шляпой:

— Господин генерал! Добрый вечер!

Николас Мако, заметив графа, сам высунулся в окно, от радости распушив густые черные усы:

— И вам добрый вечер, господин Блэквулф! Уже вернулись?

— Да, недавно вернулся! Встретимся на балу!..

Караковый жеребец всхрапнул и перешел в стремительный галоп, увлекая за собой своего товарища – покладистого вороного коня. И как бы кучер генерала не нахлестывал свою несчастную пару гнедых, карета Крысолова вскоре оказалась далеко впереди.

Городские ворота вовремя опустились, и графский экипаж въехал в Могурополь.

Центральная улица была на удивление чистой. Высокие аккуратные дома стройными рядами тянулись по обе стороны от нее, приветливо подмигивая ставнями окон. Торговцы расположили свои лотки прямо у дороги, зазывая гостей обратить внимание на их товар, хотя время для этого уже давно прошло. Горожане в новых, чистых одеждах радостными криками приветствовали каждую карету, а детишки, подпрыгивая, как лягушата, перебегали с одной стороны улицы на другую прямо перед лошадьми, что приводило матерей в бешенство.

Разглядывая счастливые лица людей через окно кареты, Крысолов пробормотал:

— Как необычно – горожане приветствуют вора…. Надо сказать Десото, чтобы он навестил главу могуропольской гильдии. Слишком уж эти люди довольные, слишком уж…

Проехав всю центральную улицу, экипаж прошел под аркой и оказался на аллее дворцового парка. В центре площадки, окруженной некогда пышными клумбами, газонами и уже облетевшими деревьями, раскинулся большой пруд со спокойной зеленоватой водой, по зеркальной поверхности которой плавали желтые листья. По широкой круговой дороге, выложенной светлым булыжником, уже тянулась вереница карет до самых замковых дверей; на другой стороне экипажи уже стояли пустые, лошади, оставленные в упряжи, дружно хрустели овсом с торбами на мордах, а кучера играли в карты, курили и вообще занимались чем попало.

— Будь готов, Волкодав, — в последний раз предупредил Крысолов товарища. Тот кивнул и натянул вожжу, неторопливо заворачивая карету прямо к широким ступеням дворца. Им навстречу уже бежал лакей в изумрудно-зеленой ливрее и белых трико, с нелепым париком на голове.

Через минуту граф Бернард Блэквулф уже показывал именное приглашение привратнику с длинным списком гостей и гусиным пером в руках, и его с приветствиями и почестями пропустили внутрь. Там его встретил еще один лакей, похожий на первого как брат-близнец, и провел Крысолова-Бернарда в тронный зал, служивший в этот вечер и столовой, и бальным помещением.

Впрочем, этот зал не поражал воображение особенной роскошью. Коту даже показалось, что спальные покои Десото Добермана и те выглядят богаче. На высоких арочных окнах не было тяжелых бархатных штор с золотыми кистями; под потолком висела единственная простенькая люстра с сотней зажженных свечей; в гипсовых вазах, привезенных, судя по всему, из Бестиаполя, вместо пышных цветочных букетов торчали, как веники, сухие колосья, ветки и камыши.

Главным и единственным украшением тронного зала были столы. Длинные, на толстых ногах, укрытые белоснежными скатертями, они были накрыты просто по-королевски: здесь были и горячие пироги с ягодами, и множество салатов, и огромные овальные блюда с запеченной рыбой с гарниром, и много чего еще. На отдельном столе, охраняемом четверкой лакеев, стояли подносы с бокалами вина и еще не откупоренными бутылками.

Дородную фигуру старого короля было видно издалека. Он не отличался вкусом и изяществом в одежде и носил все, что, по его мнению, выглядело наиболее ярко, богато и броско. В эти минуты он, развалившись на новеньком, отполированном и покрытом позолотой троне дружески беседовал с виновником торжества, сидевшим рядом с ним.

Крысолов на всякий случай внимательно пригляделся к этому чуть сутулому, но все еще крепкому пожилому человеку, облаченному в весьма скромные одежды. Его густая черная шевелюра и короткая пушистая борода уже были присыпаны перчинками седины, но в глазах, вечно насупленных и внимательных, еще пылало пламя жизненных сил. Такие люди бывают могучими воинами – или истинными правителями, тем более что, как было хорошо известно нашему воришке, этот старинный дворянский род плел хитроумные интриги и пытался захватить власть над титранскими землями еще до того, как на карте мира появилось королевство Брестоль. Потомки коварной графини Анжелики умеют драться, пуская в ход любые приемы, даже запрещенные законом и обществом, и горе тому, кто покусится на жизнь и честь их любимой дочери, даже если он – какой-то там глава Гильдии воров Десото Доберман…. Да, Пересмешник, задал же ты Крысолову задачку!

Гостей в зале было предостаточно. Лакеи еще не подали сигнал к началу ужина, поскольку, видимо, еще не все прибыли, и присутствующие бродили в стороне от столов, словно голодные волки, глотая слюну и усиленно скрывая свое томление за изысканными манерами и светской болтовней. Кот, наблюдавший за ними, вскоре заскучал, но, к его огромной радости, вскоре в помещение вошел генерал Мако, и наш герой устремился ему навстречу.

Широко улыбнувшись, Николас пожал Крысолову-Бернарду руку и тут же начал его расспрашивать обо всем подряд. Позже к нему присоединился еще десяток каких-то благородных господ, слушавших графа Блэквулфа с напускной заинтересованностью, что было, впрочем, только на руку Коту.

— Говорите, вы побывали на Сепи, в землях Халагауса и даже предприняли попытку попасть на Ланселот? – восторженно произнес господин Мако. – И все это время вы вели путевые записи?

— Более того, уже готова книга! – граф-воришка вытащил из кожаной сумки маленький томик, который вручил ему Пересмешник, и протянул генералу. – Я изготовил первый экземпляр уже будучи в дороге. А этот – дарю вам.

— Я польщен, — генерал с благодарностью принял подарок. – Но скажите, граф, надолго ли вы в Брестоле? Где вы остановились?

— Полагаю, что надолго, господин генерал, – отозвался Крысолов. – Конечно, путешествия значительно расширяют мой кругозор, однако годы летят вперед, знаете ли… я намерен жениться.

— Вот как? – Николас вздернул брови. – И что же, у вас на уме уже есть какая-нибудь счастливица?

— Увы, нет, — Кот притворился очень огорченным. – Я еще не успел вплотную подойти к этому вопросу. И, кроме того, мне бы хотелось, чтобы вы сами кого-нибудь порекомендовали…

Генерал приосанился и распушил усы, польщенный тонким комплиментом графа. Крысолов уже приготовился выслушать целый список имен представленных ко двору барышень на выданье, однако Николас Мако как будто прочитал его мысли и сразу, чуть скосив глаза влево, шепнул ему:

— Тогда обратите внимание на девицу около ближайшего стола, с бокалом в руке. Это – племянница нашего дорогого и уважаемого именинника, графа де ла Вар-вара. Как раз на днях в моем обществе обсуждалось намерение его светлости выдать ее замуж как можно скорее. У нее весьма сложная, но чуткая и романтичная натура, так что, мне думается, вы могли бы поладить…

Крысолов проследил за взглядом генерала и сразу увидел чуть поодаль компанию молодых девушек, весело смеющихся над словами какого-то смущенного офицера. И громче всех заливалась черноволосая барышня, которая сжимала в тонких пальчиках уже осушенный хрустальный бокал.

Она не была какой-нибудь особенно красивой; скорее, ее внешность можно назвать даже заурядной. На ее румяном овальном лице, на фоне тонкого носа и маленького рта, нелепо выделялись большие блекло-зеленые глаза, ставшие от хмельного напитка влажными и слегка блуждающими. В ее высокую прическу из густых черных волос кто-то воткнул три голубых пера, которые абсолютно не сочетались с ее простым лиловым платьем. На шее у девицы висел тяжелый золотой медальон, прочие украшения отсутствовали. Зато макияж был вызывающим и вульгарным: сам Крысолов-Бернард видел такие жирно подведенные глаза и ярко-алые губы только у добермановских шлюх, каждый раз новых, но внешне, в общем-то, всегда одинаковых. Либо у этой юной графини были служанки, лишенные представлений о красоте… либо она готовилась к балу сама.

Возможно, единственным внешним достоинством девушки была ее фигура. Природа, видимо, рассчитывая, что графиня должна будет произвести на свет здоровое и многочисленное потомство, наградила ее женственным, чуть полноватым телом с пышной грудью, округлыми бедрами и крутыми изгибами талии. Все-таки Эдвиг знал, что предложить – Десото такая девушка должна понравиться.

— Вы были правы, господин генерал, — наконец, сказал он, придавая своему голосу мурлычущие мужские нотки. – Эта барышня меня очень заинтересовала…

— Тогда позвольте, я представлю вас друг другу! – тот подмигнул Крысолову-Бернарду и позвал. – Госпожа Танока! Прошу вас, уделите нам несколько минут!

Юная графиня стрельнула глазами в их сторону, опустила бокал на стол и, сказав что-то своим подружкам, с необычайной грацией направилась к мужчинам. Кот сразу отметил некоторую принужденность в ее движениях и даже на лице – видимо, перспектива знакомства с новым кавалером ее раздражала. Что ж, интересно будет посмотреть, как изменится ее настроение, когда Крысолов предложит ей стать принцессой воров…. Он вежливо поклонился ей, и она сделала реверанс, правда, довольно неумелый и неловкий. Николас Мако, впрочем, как будто ничего не заметил и тут же представил молодых людей друг другу:

— Танока, позвольте порекомендовать вам графа Бернарда Реджинальда Блэквулфа, историка, писателя и путешественника. Граф, это – госпожа Танока де ла Вар-вар, племянница нашего уважаемого виновника торжества.

— Я счастлив познакомиться с вами, госпожа, — Крысолов-Бернард обаятельно улыбнулся графине и приник губами к протянутой ею ручке. Та ответила с чуть натянутой улыбкой:

— Я тоже рада нашему знакомству, граф. Значит, вы – путешественник?

— Да, это так, — Кот попытался придать своему голосу должную обыденность, как будто ему этот вопрос задавали каждый день. Взяв барышню под локоток, он повел ее в сторону, подальше от прочих гостей. – Вот уже более десяти лет, начиная с тех времен, когда я был подростком, я путешествую и все впечатления переношу на бумагу. Я был на Авалоне, в Торнхейме, в Диких степях Ланселота, в пустынях Сепи и даже на гиблой земле Халагауса…

— Надо же, — произнесла Танока, и в ее глазах блеснул восторг. – Вы так молоды и богаты… как же к таким путешествиям относится ваша семья?

— Увы, моя госпожа, у меня нет семьи. Мои родители умерли и оставили мне свое состояние, которое и так не очень большое. Поэтому я пытаюсь заработать на жизнь таким вот образом.

Нужно было видеть, как разительно переменилась юная графиня. Хмельную рассеянность с нее как рукой сняло; она буквально сверлила Крысолова своими большими, блеклыми, как у рыбы, глазами и все сильнее сжимала его запястье тонкими цепкими пальчиками.

— Расскажите, прошу вас… — горячо зашептала она графу-воришке. – Ах, нет, погодите. Давайте выйдем отсюда… на балкон. Здесь так душно и шумно…

— Пожалуй, вы правы, — кивнул Кот.

Генерал Мако, стоявший с бокалом вина возле стола, с лукавой ухмылкой наблюдал, как графиня де ла Вар-вар предложила графу Блэквулфу уединиться, и они под ручку вышли из зала на балкон. Конечно, в саду любоваться нечем, но свежий воздух и темное вечернее небо способствуют романтической беседе. Неужели в скором времени пойдет речь о долгожданном замужестве? Наверняка на светских встречах брестольские лорды будут обрадованы таким известием!

Очутившись на балконе, в уголке, на который падала тень кипариса, похожего на огромного лохматого монстра, Танока бросилась Крысолову на грудь и взволнованно зашипела ему в самое ухо:

— Возьмите меня с собой! Прямо сейчас! Я так устала от этой светской жизни, от этой тоски, вечной лжи и двуличия… Она убивает меня! Бежать из этого порочного круга прямо сейчас! Прошу Вас, умоляю…

Кот аккуратно, но твердо снял руки графини со своих плеч и сказал, глядя ей прямо в глаза:

— Сударыня, а что же Ваш благородный дядя? Если Вы убежите, он сделает все, чтобы Вас разыскать.

— Ах, оставьте. Я уже не маленькая, чтобы он меня опекал. Я все ему высказала и в любой момент могу собраться и уехать. Но Вы ведь не откажете мне в такой просьбе?..

Глядя в преисполненные надеждой, широко распахнутые глазки девушки, Крысолов малодушно подумал о том, как ему сегодня везет. Все обстоятельства сложились как нельзя лучше! Впрочем, простым согласием дело не ограничится. Нужно было устроить все так, чтобы все последующие события выглядели как можно более естественно – и чтобы на самого Крысолова не пали никакие подозрения…

— Мерзавец! Негодяй! – пронзительный визг Таноки привлек внимание гостей, преодолев даже громкие звуки музыки и гомон множества голосов. Хлопнула стеклянная дверь, и графиня с раскрасневшимся от гнева лицом побежала напролом через весь зал в ту сторону, где сидел ее дядя. Старый граф поднялся на ноги, удивленно и возмущенно глядя на кричащую племянницу.

— Помилуй, Танока, что происходит? – спросил он, переглядываясь с королем, таким же растерянным, как и он сам.

— Не могу вынести общения с этим человеком! – продолжала визжать барышня, указывая на Крысолова-Бернарда, вставшего у дальней стены с обреченным видом. – Мы знакомы всего несколько минут, а он уже посмел предложить мне помолвку! Как это можно назвать?!

— Танока, успокойся, прошу тебя… — забормотал граф, сбегая вниз по ступенькам. – Он ведь не предлагал тебе ничего плохого… это всего лишь…

— Ничего не хочу слышать! – завопила Танока. – Дядя, я уезжаю из Брестоля! Немедленно! Чтобы только не видеть этого наглеца! – и, не дав ему возможности ответить, резко развернулась и побежала прочь из зала.

Как и предполагал Крысолов, гневный взгляд графа сразу устремился в него. Поэтому он медленно направился к нему, умоляюще прижал руки к груди и заговорил:

— Клянусь, мой господин, я всего лишь спросил ее согласия… я не понимаю, что в моих скромных словах так рассердило ее!

— Прошу вас, граф, выйдите вон, — каменным тоном отозвался тот. – Сейчас я не намерен разбираться в ваших недоразумениях. И впредь не приближайтесь к моей племяннице даже на милю.

Кот-Бернард поклонился и с совершенно расстроенным видом покинул тронный зал. Генерал Мако, провожая приятеля сочувственным взглядом, видел, как тот украдкой вытирал глаза рукавом камзола. Видимо, из этой партии ничего не выйдет, а жаль.…

Выбежав из дворца, Крысолов первым делом направился к своей карете. Возле нее уже стояли Танока и Волкодав, готовые отъехать в любой момент. Личико графини имело прелестное выражение мордочки нашкодившей кошки, а друг Крысолова лукаво улыбался – он-то знал гораздо больше, чем эта избалованная романтичная дурочка.

— Все прошло в точности как Вы хотели, граф? – спросила девица.

— Да, — Кот кивнул и, еще раз, на всякий случай, оглядевшись по сторонам, добавил, понизив голос. – Но прежде чем мы поедем, я обязан спросить Вас: Вы точно уверены, что хотите этого? То, что я предложу Вам – это трудная и даже опасная стезя.

Графиня раздраженно повела глазами:

— Уверена. Все, что угодно, лишь бы не это приторно-фальшивое общество. Садимся же!

Без лишних слов Крысолов распахнул дверцу кареты, пропустил Таноку вперед и сел сам. Волкодав вскочил на козлы и, присвистнув, шлепнул вожжами бока расслабившихся коней. Караковый, взвизгнув, как всегда, поднял хвост трубой и пошел размашистой рысью, не оставляя выбора вороному. Экипаж покинул дворцовый сад и поехал по главной улице Могурополя, притихшего в холодной осенней ночи.

— Что ж, графиня, — Крысолов задернул шторы на окнах кареты и снял шляпу. – Вы были откровенны со мной и дали мне согласие, поэтому я обязан также быть честен с Вами. Дело в том, что я – не дворянин и не писатель, а уже тем более не путешественник.

Глаза Таноки округлились, и кровь отхлынула от ее лица.

— Кто же Вы?.. – прошептала она, еле шевеля губами.

— Не пугайтесь, прошу Вас. Да, я действительно дворянин по происхождению и ношу имя Бернард Блэквулф – но этим именем я не пользуюсь в жизни, да и семья мне не очень-то нужна. Обитаю я в Моркве, в Гильдии воров, и меня там знают под именем Кота Крысолова.

— Так Вы – вор? – переспросила графиня, и на ее кожу постепенно вернулся румянец. – Но помилуйте… зачем ворам понадобилась я?

— Это уже интересно, — Кот расстегнул ремень и снял золотую шпагу, затем сбросил тесный камзол и вытащил из кожаной сумки черную куртку с кошачьим мехом на плечах. – То, что я предложу Вам, выпадает только раз в жизни, и то – далеко не всем девушкам. Если Вы согласитесь – то станете принцессой воров, ученицей главы нашей Гильдии и самым влиятельным ее членом. Разумеется, Вам придется забыть о титулах, поместьях и вообще выбросить из головы прошлую жизнь. Но взамен Вы получите власть еще большую, чем та, которой обладает наш король. Все богатства Брестоля падут к Вашим ногам, любая прихоть будет исполнена, Вы научитесь убивать буквально одним взглядом и делать все, что захотите…. Правда, никто, повторяю – никто не должен знать о том, что Вы состоите в воровском сообществе.

— Заманчиво… — протянула Танока, потерев остренький подбородок. – Это лучше, чем изображать вежливость на балах…. А что от меня требуется взамен?

— Ничего особенного. Когда приедем в Моркву, познакомим Вас с Десото Доберманом, вы дадите свое согласие – и уже ни о чем можете не беспокоиться.

— Хорошо, — улыбнулась графиня и, когда Крысолов отвернулся, быстро стащила у него с колен золотую саблю и хотела спрятать ее себе за спину. Правда, Кот краем глаза заметил это движение и мгновенно схватил ее за руку.

— Что это ты делаешь?

— Ну, я же теперь воровка! – запальчиво ответила девушка, упрямо вздергивая носик. – Мне нужно что-нибудь украсть, верно?

— Первое правило Гильдии воров, — менторским тоном процедил Крысолов, отнимая у Таноки саблю. – Один член Гильдии никогда не ворует у другого. Тебе еще многому предстоит научиться…

Карета покинула Могурополь и поехала по извилистой дороге, огибая топи и заросшие деревьями участки. Луна освещала землю, даря достаточно света, чтобы лошади не занесли экипаж в какую-нибудь канаву. Волкодав что-то тихо насвистывал, изредка натягивая вожжу или похлопывая ею каракового жеребца. Крысолов дремал, держа ладонь на рукояти сабли, а Танока, не смея шевельнуться, смотрела за окошко, прислонившись лбом к стеклу.

Итак, она оставила дом. Пока еще не поздно вернуться, но там, в обществе притворщиков и интриганов, ей уже не будет покоя. Она уже вдохнула этот пьянящий аромат приключений, чего-то нового, неизведанного, запретного. Дяде необязательно знать, куда именно она направляется. Лишь бы только эта жизнь, полная богатства, свободы и авантюр, не оказалась жестокой ловушкой…

«Не похоже, чтобы этот юноша говорил неправду, — подумала девушка, пристально разглядывая Крысолова. – Конечно, он наврал мне сначала, что он дворянин. Но в его причастности к ворам я не сомневаюсь. Что ж, все равно уже поздно что-то менять. Будь же что будет…»

Около полуночи Крысолов, переодевшийся в более привычную одежду, и Танока предстали пред светлые очи Десото Добермана. Глава Гильдии воров необычайно заинтересовался девушкой: он рассматривал ее то с одного бока, то с другого, изучал черты ее лица и малейшие его изменения. Наконец, минут через пять подробного изучения Десото обратился к Коту:

— Значит, она согласилась, когда ты объяснил ей, что именно мы ей предлагаем?

— Да, — кивнул тот. – Она не возражала.

— Но я все-таки хочу услышать ответ от нашей гостьи, — протянул Десото и перевел взгляд на Таноку. Он выглядел каким-то обеспокоенным, задумчивым, даже рассеянным, хотя Крысолов знал, что он мастерски умеет притворяться. – Ты действительно согласна стать принцессой воров? Поверь, тебя ждет долгое и тяжелое обучение, и возможно, чтобы добиться успеха, тебе придется делать все, что я тебе скажу. А это может быть непозволительно при твоем… воспитании.

Танока упрямо вздохнула и, приосанившись, сказала:

— Я уже говорила Вашему слуге, что…

— Слуге? – Доберман вздернул брови. – Помилуйте, Крысолов – мой давний товарищ и верный друг!

— …Хорошо. Я уже сказала Вашему другу, что все предложенное Вами будет лучше, чем мое прежнее существование. Я долго думала над этим и решила, что роль придворной дамы мне не подходит. Поэтому я согласна стать принцессой воров и делать для этого все, что мне скажут.

Десото внимательно слушал девушку, кивая при этом головой, и, наконец, изрек:

— В таком случае, завтра же начнем твое обучение. Прислуга отведет тебя в отдельные покои, где ты отныне будешь жить. Там тебя ждет более подходящая одежда и постель. Марта!

Бархатная занавеска качнулась, пропуская в помещение тонкую, чуть смуглую девушку в шелковых восточных нарядах, с толстой черной косой, накинутой на плечо. Они с Крысоловом встретились взглядами, и губы служанки чуть дрогнули – то ли от обиды, то ли от какого-то другого чувства. Не проронив ни слова, Марта взяла руку Таноки в свои узкие прохладные ладошки и потянула прочь из комнаты.

Когда девушки исчезли за дверьми, Десото положил руку Коту на плечи и сказал:

— Должен признаться, ты порадовал меня, Крысолов. Конечно, ждать пришлось чуть дольше, но задержка того стоила. Девочка не вышла лицом, зато какие формы… — он быстро, по-змеиному облизнулся. – Из нее получится хорошая ученица. А главное – послушная…. Где ты ее нашел?

— На балу во дворце Могурополя, — ответил Крысолов. – Она сама буквально прыгнула мне на руки.

— Кто ее семья?

Кот секунду поколебался, стоит ли говорить Доберману о происхождении Таноки.

— Клан де ла Вар-варов.

Глава Гильдии вздернул брови, затем широко улыбнулся и дружески хлопнул воришку по спине:

— Рисковый ты парень, а! За это тебе полагается отдельная награда. Эй, Черепан, Бумбараш! – в дверном проеме тут же появились плечистые фигуры личных стражей Десото Добермана. – Принесите из моей сокровищницы мешочек с золотом, который я вчера туда положил. С красной тесьмой, да. И скажи, Крысолов: кто-нибудь знает о том, что эта красавица гостит в нашей Гильдии?

Кот буквально почувствовал повисшее в воздухе напряжение. Когда Доберман задавал подобные вопросы, да еще и таким тоном, любой неверный ответ на него приводил к необратимым последствиям. Но у Крысолова не было причин волноваться.

— Никто. Я снова приехал туда под видом графа Бернарда, и мы все устроили так, что никто и не подумает искать Таноку здесь.

— Отлично, — глава Гильдии удовлетворенно кивнул. – Подарю тебе, пожалуй, сотни две золотых… сам понимаешь, мне тоже нужно готовиться к зиме…

— Разумеется, Десото, — улыбнулся Крысолов. Двести золотых даже по меркам воров – весьма приличные деньги, особенно в Брестоле, где у простых людей на счету каждый медный грош.

Тропой Кота: 3 комментария

  1. О! Наследник был на очереди, а теперь еще и Кот готов :). Совсем со временем туго уже. Нужно все же перебороть себя, отключить себе интернет на компе и-таки дочитать Наследника :). Держи пятерку за релиз :D.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *