Темнокрылый

Он дернулся. Звякнули цепи, до боли сдавив руки. Бесполезно. Отставив руки назад, он вновь рванулся. Нет, оковы слишком крепкие. О, нет, ему отсюда не выбраться. Послышался волчий вой. Вышла полная луна.
В её свете выделялся силуэт. Человек, даже нет, человекоподобная тварь, замкнутая в цепях. Он рыкнул. Они слишком наивны, чтобы понять что истинно, что ложно. Но цепи… Рывок! Их дребезжание стало похоже на марш. Именно под такую музыку идут революционеры. Злые и голодные, глупые людишки! Больше всего бесили, пожалуй, оковы на шее. Раб. Худший «среди равных». Безвольный, безправный, не имеющий ничего. Кукла… Игрушка в руках хозяина. Его глаза налились кровью.
-Умрешь, тварь!-сквозь зубы прошептал он.
Это существо не было похоже на нормального человека. Кроваво-красные глаза на самом деле коричневые. Тело… На спине частично покрыто шерстью. На руках когти. Что это? Падаль? Отбросок общества?
Он зарычал вновь. Неет, его таким сделало само общество. Серая масса! Безвольные куклы в руках у Кукловода. Толпа… Именно они сделали его таким. Он рванулся. Седьмое чувство подсказывало, что враг уже рядом. О, да, волки. Они пустят на него волков. Это боль. Да. Он до боли сжал в руки в кулаки. Гниль! Они жаждут зрелища. Как только наступит рассвет, здесь соберётся толпа безвольных мертвых душенок. Они будут наблюдать за тем, как его тело разрывают на части звери. Человек специально воспитал их так. Продажные шкуры!
Он взвыл на луну, подобно тем волкам, что с утра его раздерут. И останется лишь несколько следов его крови, что смоются через пару дней пролетными дождями.
Он сделал еще несколько рывков. Оковы шевельнулись. Ему так показалось. Нет, он не умрет безвольным рабом! Свобода! Этот запах почти неощутим, но когда ты попадаешь в неволю, четко осознаешь, что он был.
-Тварь!-зло, сквозь зубы процедил он.
До рассвета оставалось часа два-три, не больше.
-Беги,-раздался чей-то тихий голос.
-Ангел,-он ухмыльнулся.
Радовало, что хоть блох не было. Позор! Он теперь задумывается о такой мелочи! Его довели… Нет, так никуда не годится, нет! Он не спустится на их уровень! Эта падаль, эти твари, неспособные на сочуствие! О, мерзость!
Он не собирался выть. Хотя очень хотелось. Вой-признак поражения, слабости. Рабства…
В душе была Пустота. Такая дыра, что разъедает изнутри, не оставляя ничего. Только Пустоту.
Он вновь рванулся. Бесполезно! Вездесущая Тьма охватывала разум.
Становилось светлее и светлее.
Теперь четко было видно трибуны. Футбольное поле. Он печально ухмыльнулся.
Первые жаждущие крови уже рассаживались на передних рядах.
А на его лице, вернее, морде, четко был виден шрам. Рассекающий левый глаз, он расширялся и на правой щеке заканчивался частью голого черепа. Любое прикосновение туда несло боль.
А еще крылья… Да, почти черные, сильно пошарпаные и ободраные, но все же крылья… Словно сотканные из Тьмы, сейчас они были сложены за его спиной.
А вот и ведущий. Тот, что заковывал. Заметив его еще на другом конце поле, он рванулся вперед.
Бесполезно! Не достаточно сил одного Темнокрылого для борьбы со Злом. Ведь именно Злом были скреплены цепи, именно благодаря этому держались они, не срывались. Даже простой человек с такими усилиями выдрал бы их.
А он-Темнокрылый. Когда ведущий приблизился, закованный недобро зарычал.
На трибунах собиралось все больше и больше народу. Когда первые шесть-десять рядов были заполнены, ведущий достал микрофон и сообщил ,по какому поводу собрание.
Темнокрылый дернул ушами, схожими с собачьими. Он не желал слушать этого морального урода.
Солнце уже полностью взошло над горизонтом. Ведущий махнул рукой. Трибуны затихли. С другой стороны поля огромные волки, ужасная мутация человека, пса и медведя застыли. С них сняли все оковы, и те моментально рванулись к нему.
Темнокрылый отвел взгляд. Пятеро огромных тварей оказались возле него.
Одним глухим ударом Темнокрылый был повален наземь. В тот же миг все пятеро кинулись на него. Его оковы усиливали боль и последствия. Он это уже знал.
С одной стороны тварь впилась ему в плечо, с другой он ощутил хруст и боль… Нога. Они сломали ногу. Темнокрылый взвыл, так как в этот же момент другая тварь вывернула его крыло. Хруст! Он взвыл от боли! Крыло осталось в зубах нападавшего. На глаза наворачивались слезы отчаянья.
С каждым мгновением в нем оставалось все меньше и меньшецелых костей. Второе крыло вырвали самым варварским образом.
В душу его прокрадывался ужас. Ужас боролся с его извечным хладнокровием. Вновь рванувшись, он ощутил, что цепи действительно ослабли. Мимолетная радость. Он рванулся вновь.
Нет, он не умрет рабом! Нет! Нет! Нет! Очередной рывок! Свобода. Несмотря на его теперешнее положение, глоток свободы был лучшим из всего, что могло с ним произойти.
Твари взвыли громче.
В местах, где были крылья, невидимый огонь проедал дыру. Такую же, душевную. Темнокрылый вновь рванулся. В глазах помнутнело. Трибуны взвыли. Темнокрылый потерял сознание. Последнее, что он ощутил-как твари раздирают плоть. Его плоть.
Через пару секунд он оказался перед Смертью. Капюшон и черный плащ она одевала очень редко, и сейчас был тот случай.
-Пусти меня,-почти взмолился он,-Я убью его. Убью. Нет, жалкую падаль по прозвищу люди я не трону, знаю, ты сама их души уносишь,-его глаза из коричневых стали почти черными, его побуждала не жажда праведной мести, а, скорее, желание избежать следующих жертв.-Я убью только его! Только лишь! Никого больше! Клянусь крыльями,-при этом он поморщился, вспомнив ту боль. Крылья восстанавливались очень болезненно. Теперь каждое неловкое движение несло новый приступ боли. И они никогда не станут прежними…
Смерть склонила голову. Под капюшоном её лица небыло видно, однако, ясно было, что это не череп.
-Если я отпущу тебя, клянись заставить его выкопать себе могилу,-на полном серьезе сказала она.
Да, Смерть та еще любительница поиздеваться. Но лишь над достойными этого. Именно поэтому её все так боятся.
Темнокрылый кивнул.
-Клянусь. Лишь дай мне убить его, дабы не убил он больше никого.
Смерть махнула рукой, Темнокрылый прикрыл глаза. Через пару секунд он оказался возле ведущего. Именно эта кучка гнили и была его целью. Именно он организовывал убийства и кровопролития. Не долго думая, Темнокрылый схватил ведущего за шею.
-Копай,-прошипел он,-Копай!
Темнокрылый до боли сдавил чужое горло и ткнул лицом в землю врага. Напуганный ведущий тут же заковырял руками землю. Грунт был мягкий, копалось легко. Перепуганный враг уже через пару минут выкопал яму, в которой, согнувшись в три погибели мог бы поместиться он сам.
Темнокрылый хмыкнул.
-Копай!
Прошло минут пятнадцать-двадцать. Яма, в которую поместится человек, готова.
Темнокрылый удовлетворенно хмыкнул.
-Ложись,-насмешливо сказал он.
Ведущий не послушался, кинулся бежать.
-Дурак, ты!
Темнокрылый схватил за шиворот ведущего, как провинившегося котенка, и пинком втолкнул его в яму.
Одним сильным порывом ветра он завалил яму землей.
-Прости,-почти беззвучно шепнул он,-Сам ты виноват. Убивать меньше надо.
В следующий момент его забрала Смерть.
-Хорошо сделано, молодец,-она кивнула.-Свободен.
Темнокрылый покинул Смерть, сразу перенесясь в лес. Он хотел отдохнуть от всего этого.
Кто он? Неужто порожденье Тьмы,
Что ночью пробирается в сны?
Убийца, аль маньяк серийный,
Что заключил со Смертью пари?

Мол, кто убьет поболее других,
Тот сможет стать своим среди чужих?
Так полагает смертный люд,
Они ведь достойные души жгут

В Адском огне. Вечно, в мгле…
Их души навеки в петле,
Что не душит, а сводит с ума…
Это их вечная тюрьма.

Но кто, кто же он сам?
Он-Темнокрылый, идет против программ,
Что сводят с ума, убивая наш мозг,
Губят тело, не используя розг.

Его темные крылья, как ночь,
Он память свою гонит прочь,
Дальше! Дальше! Слишком сложно
Это понять. Но все же можно…

Он Темнокрылый, он не маньяк.
Но люду сего не понять никак!
Убивает не из злобы аль мести,
И не для поддержания дьявольской чести,

А лишь из того, что души люда мертвы,
Что толпы сегодня все, как один, серы…
Лишь призывает наших людей
Улыбаться, смеяться, искренней и веселей!

«Ломайте схемы, изгои серой толпы!
Не оставляйте после себя пустоты!
Думайте! Ломайте схемы!
Плюньте на правила и системы!

Промолчать конечно же проще,
Но к таким мои меры будут жежче!
Они не умрут, их задавит серая масса,
В которою мешаются все наши расы.

А я-Темнокрылый, обижаю лишь Зло,
Лишь тех, у кого в душе непроглядно темно…
Если ты добр, тебя я не трону,
Носи свою бумажную корону,

Ведь знаю, светел ты, али нет.
Такой тебе мой совет:
Думаешь, корона-знак Зла?
Ошибаешься! Душа твоя слишком светла!»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *