Семь кругов Арены: на просторах Ада

Глава 28. Джек Уайт

Не успела первая группа поздороваться с троицей, как из туннеля уже показалась вторая, из шести человек. Следом за ними пришли еще двое.
Приветствуя новобранцев, некоторых испуганных и наоборот, настроенных очень даже бодро – Гелиас словно ожидал кого-то. Дмитрий же, решив не мешать работе бойца элиты – держался поодаль и наблюдал, как Натанаэль что-то напряженно высматривал в туннелях. Как будто глядя сквозь стены, он надолго зацикливался на одной точке, после чего лишь морщился и лениво поворачивал голову сантиметра на два.
— А, ну наконец-то! – обрадованно воскликнул Гелиас, привлекая к себе внимание Дмитрия и разошедшихся по лагерю бойцов.
Лениво махнув Гелиасу рукой, знакомый Дмитрию боец Череп оценивающе взглянул на собравшихся участников охоты. Постояв немного на месте, он обернулся в сторону туннеля и пропустил пополнение из еще трех человек.
— Феникс, на минутку, — наблюдая за Черепом, бросил Гелиас Дмитрию.
Неуверенно кинув взгляд в сторону Натанаэля, Дмитрий кивнул и направился вслед за Гелиасом в направлении каменной палатки.

— Трудные времена настали, — пропустив Дмитрия вперед, грустновато начал Гелиас. – Сегодня потерям Ламрана. Завтра еще кого-нибудь.
— Так за что его перевели-то? – дослушав, задал мучавший его все это время вопрос Дмитрий.
— Разрулил конфликт с мармурийцами, — жестом предложив Дмитрию сесть на каменную скамью, ответил Гелиас. – Право слово, когда он утром показывал мне воспоминания – я был в полном восторге. Такой умелой лжи и лести давно не слышал. Геката была просто вне себя от ярости, когда он пришел. Готова была разнести его на маленькие кусочки. Но он выкрутился. Сказал, будто мы хотели показать, насколько сильны мармурийцы и насколько опасны они, как потенциальный враг.
— Хитро, — усмехнулся Дмитрий.
— Да уж, пожалуй, — почесав затылок, оскалился Гелиас. – Впрочем, я тебя позвал не для этого…
Тяжело вздохнув, Гелиас сел на скамейку напротив, и какое-то время молча собирался с мыслями. Кинув неуверенный взгляд на Дмитрия, и получив молчаливый, подбадривающий кивок, он вытащил из кармана пачку сигарет и закурил.
— На арене ты выручил меня, — выпустив клубок дыма, начал Гелиас. – И, я так и не смог тебя нормально поблагодарить.
— Это ведь всего лишь арена, — выдавив из себя легкий смешок, слегка озадаченно сказал Дмитрий.
— Может и так, — пожал плечами Гелиас. – Но, ты был сильно ранен. А в первую очередь – подумал не о себе, а о товарище в бою. Я ценю такие вещи. Спасибо тебе. Бодрит.
— Не стоит, — уже без лишних ужимок, продолжил Дмитрий. – Я сделал то, что сделал бы любой на моем месте.
— Далеко не любой, — перебил его Гелиас.
— Все равно, ты преувеличиваешь, — все же не выдержал и усмехнулся Дмитрий.
— Да, пожалуй, — ответил с хриплым смешком Гелиас. – И… вот еще что.
Призвав свой, бордовый кармашан, Гелиас зажал сигарету в зубах и пробежался пальцами по экрану. Найдя нужное воспоминание и поднявшись со скамьи, он вытащил сигарету и протянул перчатку Дмитрию.
— Храни их, — поймав на себе неуверенный взгляд Дмитрия, продолжил боец элиты. – Из того состава мало кто остался в живых. А из оставшихся – никому нет дела до этих воспоминаний.
— Я…
— Смелее, Феникс, — стряхнув пепел, попытался добродушно улыбнуться Гелиас. – Пока предлагаю.
Тяжело вздохнув, Дмитрий вновь лишь коротко усмехнулся и взялся кармашаном за протянутую перчатку. В следующий миг, в голове заструились образы. Картинки. Даты. Запахи, звуки. Все до мельчайших деталей. Он быстро погружался в воспоминания Гелиаса.

24-ое октября 1962-го года.
Редоренкен.
Ошиам, окрестности моста на Кайнакен.
Расплывчатая картинка вскоре стала четкой. Знакомые очертания седьмого круга Редоренкена быстро пролетали мимо. Дмитрий словно сам шел по старым улицам города позади Гелиаса и двух других бойцов. Молодые, неопытные. Сбившись в кучку, они неуверенно шли в сторону небольшой группы людей у арочных ворот.
— А если нас определят на разные этажи? – неуверенно спросил Ламран.
— Выбьем зубы крылатым, Брайн, — усмехнувшись, хлопнул его по плечу Горжи.
— Только прошу, не лезь на рожон, Шон, — тяжело вздохнул Ламран. – Опять затянешь нас в неприятности. Ворон и так недоволен.
Сердце Дмитрия екнуло. Ворон уже был здесь в эти года. И, по всей видимости, уже занимал руководящую должность.
— А мне нравится эта идея, — попытался подбодрить товарища Гелиас. – Тогда нас точно всех троих сошлют вниз на охоту!
— Джек, и ты туда же? – взмолился Ламран, но по нему было видно, что он даже повеселел. – Даже не думайте о подобных вещах. Слышали, что сказал вчера комментатор?
— Винцент старый зануда, — усмехнулся в ответ Гелиас. – Ему уже давно пора найти достойную замену на посту комментатора арены.
— И кто его заменит? – с интересом спросил Ламран. – Ты?
— Если повезет, может и займу, — подмигнул Гелиас.
Воспоминания помутнели, а едва картинка восстановилась – вся троица уже стояла в самом начале очереди. Возле знакомой Дмитрию, черной машины с дырой для кармашана и круглым стеклом на крышке стоял Ворон, небольшой отряд из шести банши и ангел. В красном, длинном плаще, с массивными, белоснежными крыльями, каждое перышко которого было покрыто аккуратным, серебристым слоем. Словно, они были частично металлическими. Из-за спины же – торчала рукоять широкого клинка, кончик лезвия которого виднелся из-за ноги. Сам же он, с небольшой щетиной и длинными, сальными, черными волосами старался дружелюбно улыбаться и приветствовать бойцов арены.
— Удачи, Брайн, — едва Ламран собрался с мыслями и сделал шаг вперед, прошептал ему вслед Гелиас.
Приподняв кулак вверх, Ламран остановился возле машины и приветственно кивнул Ворону. Неуверенно засунув перчатку в отверстие, и слегка поморщившись, едва изнутри послышался небольшой скрип – он вскоре успокоился. Стекло на крышке замерцало, а мигом позже – с его поверхности в воздух поднялся небольшой, отливающий голубоватым светом, белокрылый шарик.
— Имя, прозвище? – слегка разочарованно проводив взглядом шарик, спросил ангел.
— Брайн Валмерт, — вытащив руку из машины и учтиво поклонившись, представился Ламран. – Пока без прозвища.
— Что же, Брайн, — тяжело вздохнул ангел. – Добро пожаловать в команду. В конце первого этажа вас направят дальше.
— Благодарю, — вновь поклонившись, улыбнулся Ламран и прошел метров десять, после чего остановился в ожидании друзей.
— Так и знал, что его к светлым определят, — усмехнулся Горжи и переглянулся с Гелиасом. – Пожелай мне удачи, что ли.
— Удачи, Шон, — кивнув, приподнял кулак Гелиас.
Стукнув кулаком о кулак, Горжи собрался с мыслями и подошел к машине. Как и в случае с Ламраном, вскоре со стекла вспорхнул белокрылый шарик.
— Издеваетесь? – злобно глядя на растворяющийся в воздухе результат анализа собственной души, недовольно обратился Горжи к Ворону.
— Что-то не так? – с легким, явно наигранным интересом спросил Ворон.
— Я не хочу к белокрылым, только и всего, — скрестив руки на груди, заворчал Горжи.
— Прости, Шон, но анализатор…
— Да пошел к черту ваш анализатор, — не дал Ворону закончить Горжи. – Требую повторного анализа. Я отказываюсь идти…
— Имя? – широко улыбаясь, перебил его ангел.
— Захлопнись, пернатый, — огрызнулся в ответ Горжи. – А то вышибу тебе мозги и скормлю их своему коту!
— У тебя есть кот? – словно проигнорировав все остальное, с интересом спросил белокрылый.
— Да, Клаус, белый с черным пятном на лбу… — восторженно начал рассказывать Горжи, но поняв, что был только что пойман с поличным – скорчил на лице недовольную мину. – Так, ты, даже не думай, что я к вам пойду!
— С этим разберемся позже, — попытался успокоить его ангел. – Пока, формальности. Мне нужно знать имя.
— Шон Кельтер, — приубавив спеси, все же представился Горжи. – Но, запомни…
— Знаю, знаю, — не дал ему закончить ангел и рассмеялся. – Ты к нам не хочешь. Но, увы, пока придется смириться. Если хочешь, потом расскажу тебе способ, как остаться в аду. Идет?
Недоверчиво глядя на подмигнувшего ему ангела, Горжи повел взглядом и недовольно направился вперед, к Ламрану. Гелиас же, слегка умилившийся подобной, вполне ожидаемой выходке со стороны своего друга – следующим подошел к машине.
Перчатка прошла сквозь отверстие. Вновь повторился механический скрежет. Стекло замерцало, а в следующий миг – на красных крылышках вылетел бордовый шарик и исчез во вспышке пламени.
— О, наш клиент, — радостно потер руки ангел. – Имя?
— Джек Уайт, — все еще неуверенно глядя в точку, откуда только что вылетел красный шарик, отречено ответит Гелиас. – Я…
— Вам в конец первого этажа, Джек, — перебил его ангел. – Получите дальнейшие указания там.
— Я… — вновь потянул Гелиас. – Да, хорошо, спасибо.
Взглянув на дрожащую руку, он встретился взглядом со ждущими его Ламраном и Горжи. Он мечтал остаться здесь. В аду. Дойти до элиты и сражаться на передовой. Но теперь, когда его верные боевые товарищи должны были со временем уйти. Он не знал, что ему дальше делать. Выглядел растерянным и беспомощным. Словно хотел спрятаться и заплакать. Заплакать о потере, величину которой еще сам не мог осознать.
Воспоминания вновь поплыли, Гелиас миновал первый этаж. Попрощался с друзьями и уверенно продолжал свой путь вниз. Белокрылый возле анализатора говорил, что есть способ остаться в аду. Значит, для Ламрана и Горжи еще была надежда. Значит, они еще могли обойти систему.
Сердце Дмитрия вновь екнуло. Едва Гелиас добрался до тренировочного лагеря – в толпе он увидел его. Знакомого ему бэрда. Чуть заметив Гелиаса, Натанаэль широко улыбнулся и приветственно помахал ему рукой. На этом – воспоминания оборвались.

— Знаешь, что самое обидное? – закончив передавать воспоминания, усмехнулся Гелиас. – Петр так и не рассказал Горжи, как остаться в аду.
— Петр? – спросил Дмитрий. – Ангел?
— Архангел, — поправил его Гелиас. – Их легко отличить. У архангелов на перьях серебристая окантовка. Считай как абсолютная защита. Хрен пробьешь.
— А пробовал? – усмехнулся Дмитрий.
— Ага, — неожиданно ответил Гелиас. – Петру дал бой в семидесятом, когда тот вернулся на очередной донодатриам. Мы тогда уже восемь лет ждали весточки, нервы сам понимаешь, на исходе были. Не выдержал, сорвался. Предложил ему честную сделку: если выиграю – он расскажет секрет.
— Видимо, не очень удачно прошел бой?
— Слабо сказано, — тяжело вздохнул Гелиас. – Как он размахивал своим двуручным клинком! Не побоюсь этого слова, божественное мастерство. Вроде и только зашел на удар – а у тебя уже из спины торчит кончик лезвия.
— Ты же с огнем неплохо управляешься, — задумчиво потянул Дмитрий. – Взял бы, да и поджарил его. Вон, Гекату на лопатки уложил практически.
— Сейчас-то да, может, и посоревновались бы в мастерстве с ним, — виновато продолжил Гелиас. – А тогда… я был просто не готов к противнику такого уровня. Видишь ли, мои способности требуют подготовки. Я не могу по щелчку выпускать пламя. Зарядить, прицелиться, уничтожить. Выбрать следующую цель. Повторить процесс.
— По щелчку говоришь? – усмехнулся Дмитрий. – Мне бы вредно было.
— С чего бы это?
— Привычка, — пожал плечами он. – Иногда начинаю щелкать пальцами, когда думаю. Помогает сосредоточиться. А с такой способностью… я бы и себя случайно поджарить мог бы.
— Справедливо, — улыбнулся Гелиас. – Пойдем?
Кивнув в ответ, Дмитрий вышел вслед за бойцом элиты из палатки. Череп с Натанаэлем, решив не терять времени, уже распределяли бойцов на группы и морально готовили их к предстоящей охоте.
— Спасибо тебе, — хлопнув Дмитрия по плечу, вновь поблагодарил его Гелиас.
— За что теперь-то? – усмехнувшись в ответ, спросил он.
— За то, что разрешил поделиться, — ответил Гелиас. – Теперь хоть не я один несу это бремя на себе. Возможно, когда-нибудь я расскажу тебе больше. Сейчас и так взвалил слишком многое.
— Прошу, не драматизируй только, — повел глазами Дмитрий.
— Хорошо, постараюсь. Дам тебе хороший совет, — усмехнулся Гелиас. – Слушай Натанаэля. Он, может, и дурак, и ублюдок временами, и вообще бессовестная сволочь, лицо которого было бы неплохо разукрасить всеми оттенками лилового, но демон головастый. Плохого он не посоветует, если хочет помочь.
Кивнув, Дмитрий продолжил слушать предупреждение Черепа о возможных опасностях в туннелях, да и самой охоты в целом. Натанаэль же изредка подшучивал и утрировал тот или иной момент, разбавляя монотонное повествование Черепа небольшими веселостями, чем сильно радовал собравшихся новобранцев. Подбадривал их, старался сделать так, чтобы им было не так страшно идти вглубь, но при этом – они не теряли головы и не бросались в самое пекло неподготовленными. Взгляд Гелиаса же, с интересом слушающего речь, явно говорил Дмитрию лишь об одном: сейчас он вспоминает свою первую охоту.

Глава 29. Амаранты

— Ох, как же вас много в этом году, — стоя перед пополняющейся толпой, виновато почесал затылок архангел в красном плаще. – Вот же…
Задумавшись, он огляделся по сторонам. Встретившись взглядом с одним из своих спутников – рядовым ангелом в кожаной куртке и протертых джинсах, он мотнул головой, одновременно цокнув языком. Кивнув в ответ, ангел спокойно направил руку на землю, откуда практически тут же выросла каменная лестница высотой в пять ступенек.
Забравшись наверх, архангел в красном все также озадаченно посмотрел на толпу. Отсюда, свысока – она выглядела еще внушительнее, чем снизу.
— Что же, надеюсь, что пока это все, — попытавшись найти взглядом Ворона, тяжело вздохнул он. – Доброго времени суток, бойцы!
В ответ прозвучало несколько неоднозначных выкриков, кто-то попытался посвистеть. В остальном же – реакция оставляла желать лучшего, что вызвало на лице архангела легкую, слегка нервную и очень натянутую улыбку.
— Раз уж вы здесь – значит, анализатор решил, что вы достойны чести ступить своей грешной ногой на безграничные, зеленые луга рая, — продолжил он. – Меня зовут Петр Войд, и я буду вашим проводником в новый, светлый мир прощения грехов.
Призадумавшись над собственными словами, Петр выдавил из себя очередную ухмылку и нарочито кашлянул.
— Тем не менее, для некоторых – сегодняшняя наша встреча может оказаться последней, — вновь начал он. – После сегодняшнего дня, поняв все основы прощения – вы сможете спокойно приходить сюда в любое, удобное для вас время. К сожалению, для прощения душ на постоянной основе – вам необходимо особое разрешение, которое можно получить, лишь вступив в наши ряды. Без него, однако, вы можете помечать души, которые захотите держать под своей защитой до следующего дня перехода. В общем… проще показать. За мной!
Взмахнув крыльями и обдав толпу волной воздуха, Петр устремился вдоль улицы. Проводив взглядом двух других ангелов, некоторые бойцы неуверенно направились следом.
— Не бойся, мама, — потянув за рукав озадаченную Кошку, улыбчиво попросила Виола. – Все будет хорошо.
— Знаю, что будет, — кивнув, улыбнулась она. – Просто думаю, как там тот ромалиец…
— За Феникса не беспокойся, — перебила ее Виола. – Ему сейчас хорошо. Он там, где должен быть.
Неуверенно взглянув на свою спутницу, девушка лишь тяжело вздохнула и попыталась улыбнуться в ответ. Толпа вокруг постепенно начинала уже подталкивать их сзади. Их замешательство умудрилось создать небольшую пробку.
Взяв Виолу за руку, Кошка потянула ее за собой и встроилась в ряд бойцов. Поглядывая по сторонам под дружелюбные взгляды местных жителей, следящих за происходящим из окон, она все же немного успокоилась. В конце концов, они пришли сюда, чтобы прощать грехи. Переживать не было смысла. Куда больше сейчас ее беспокоил Дмитрий. На подходе она отогнала от себя мысль окликнуть его, и даже замедлила ход. И уже не раз успела пожалеть о том, что не пожелала ему удачи в предстоящей охоте.

— Файнар, твою мать! – отстреливаясь из короткоствольного пистолета-пулемета, гневно закричал Гелиас. – Пропустил одного!
Загнав клинок в живот метившего в него лапой амаранта, Гелиас развернулся и открыл огонь по замахнувшемуся на союзника монстру. Несколько точных выстрелов по бронированной чешуе, и, зарычав, амарант потерял интерес к бойцу, побежав в сторону обидчика. Пара быстрых рывков, по полу, прыжок на стену, обратно и монстр уже одарил своим зловонным дыханием лицо Гелиаса. Сверкнул клинок, покрывшись пламенем – и, пробив тонкую кожу на шее, лезвие закончило жизнь существа.
— Разбирайте убитых, скоро еще подойдут, — сбросив тушу, глянув вглубь туннеля и убедившись, что звуков приближающихся амарантов не слышно, отдал приказ Гелиас. Забросив пистолет-пулемет на плечо и, крепко сжимая клинок в руке, он окинул взглядом бойцов. Цокнув языком, заметив Дмитрия, перевязывающего раненную руку оторванным куском рукава, Гелиас направился в его сторону. – Феникс, ты как?
— В норме, — оторвав взгляд от заматывания руки, коротко ответил Дмитрий и продолжил кропотливое занятие. – Оцарапал, гад.
— Бывает, — усмехнулся Гелиас. – Не трать время на перевязки. Само скоро пройдет.
— Тебе легко говорить, — затянув зубами узел, недовольно заворчал Дмитрий. – От Натанаэля слышно что?
Покачав головой, Гелиас осекся на пробежавшийся по стенам рев. Бойцы под его командованием, отдельно от группы Черепа, зачищали восточный туннель. Таким образом, как считал сам Череп, амарантам будет сложнее подойти с тыла к силам отстреливающихся бойцов. И сам Гелиас – с удовольствием с ним согласился. Разделить Черепа с Натанаэлем, которого, как он сам считал, любили только те, кому лениво его ненавидеть, казалось самым верным решением. Сам же Натанаэль первым же делом демонстративно направился вглубь туннеля. Пообещав особо их не нагружать и присылать небольшие отряды, да заодно поискать что-нибудь более-менее интересное.
— Не зевать! – заметив яркое, сиреневатое свечение от глаз вышедшего первым, крупного амаранта, бросил Гелиас. – Стихийный. Поглощать сразу, как только ляжет. Усекли?
Не ожидая ответа, Гелиас убрал огнестрельное оружие, сменив его вторым клинком. Побежав навстречу крупному зверю, прикрываемый градом выстрелов своих союзников, он резко взял в сторону. Не успевший среагировать монстр врезался в стену и, помотав головой, гневно зарычал. В ответ ему – зазвучал рык из туннеля и послышался тяжелый шум от входящих в грунт лап приближающейся группы.
Побежав в сторону амаранта, Гелиас прыгнул вперед и прокатился по земле под его лапой. Резко перегруппировавшись, он вогнал клинок в открытую, мягкую часть лапы и под оглушительный вой взревевшей от боли твари, помчался обратно в сторону группы. Следом за ним, слегка прихрамывая и пытаясь хоть как-то уклоняться от обрушившегося на него огня, поспешил амарант, гневно рыча.
— Давай! – едва амарант подошел достаточно близко, отдал команду Гелиас.
Осекшись, амарант лишь успел громко взреветь от боли. Один из бойцов пробил его череп своей перчаткой. Едва рука зашла по локоть – ее обдало лиловым свечением, а на открытой части до плеча словно выступили призрачные, лиловые жилки. Рыча, амарант пошатнулся и завалился вместе с поглощающим его бойцом на бок.
— Отлично! – глядя, как боец резким движением выдернул руку из головы поверженной твари, бросил Гелиас. – Так, еще идут! Что б мне…
Во главе вырвавшегося из туннеля отряда амарантов, гордо восседая верхом на крупном, с ярко-красными глазами, выехал Натанаэль. Набросив на шею своего нового транспорта длинную цепь, он неустанно бил его пятками по бокам. Брыкаясь, монстр пытался хоть как-то сбросить с себя бэрда, но тщетно.
— Так, не отвлекаемся! – заметив, что оседланного амаранта уже начали огибать другие, крикнул Гелиас и открыл огонь.
Кое-как приструнив недовольного амаранта, Натанаэль успешно направил его в сторону группы. Несколько быстрых скачков – и оседланный монстр уже обошел своих, меньших по размеру, сородичей.
Забравшись во внутренний карман фрака свободной рукой, бэрд вытащил кинжал на цепи. С силой вогнав его между чешуйками перед собой, от чего амарант оглушительно взвыл от боли, Натанаэль перебросил вторую цепь через шею. Словно повинуясь желанию хозяина, цепь растянулась на глазах и свободно обошла огромную морду амаранта. Вытащив второй конец, и найдя взглядом Дмитрия, он резко метнул кинжал в стену возле его ноги.
Лишь успев обернуться на лязг, Дмитрий почувствовал, как его резко потянуло за ногу. Завалившись на землю, он краем глаза поймал пролетающих мимо бойцов.
— Дальше сами! – громко крикнул Натанаэль и с силой стеганул пятками амаранта.
С болтающимся позади на цепи Дмитрием, монстр устремился вглубь туннеля, оставив отстреливающуюся группу наедине с приближающейся ордой.

— Наслаждаешься видом, Феникс? – обернувшись и радостно оскалившись, глядя, как Дмитрия носит из стороны в сторону на цепи, усмехнулся Натанаэль.
— Катись к черту, Натанаэль! – пытаясь дотянуться ободранной рукой до цепи, гневно крикнул в ответ он. От продолжительной прогулки за спиной амаранта, его белый плащ уже успел изодраться в клочья и пропитаться багряной кровью.
Безразлично пожав плечами, бэрд резко вписался в поворот, отчего голова Дмитрия чуть не врезалась в стену туннеля. Не успев опомниться, у него появился новый повод для размышлений – вдалеке были слышны звуки выстрелов и взрывы.
— Держись! – скомандовал Натанаэль, и Дмитрий почувствовал, как его оторвало от земли.
Где-то внизу пролетали озадаченные лица бойцов группы под командованием Черепа. Некоторые безразлично продолжали огонь, включая и самого лидера отряда. Даже когда амарант начал приближаться к земле, он не перестал отстреливаться. По всей видимости, он ожидал чего-то подобного от Натанаэля.
— Живой? – проехавшись на амаранте по земле, сбив попутно несколько его сородичей, бросил бэрд через плечо.
Заворчав, Дмитрий лишь продолжил пытаться ухватиться за цепь. Успев сгруппироваться, и задеть плечом вражеского амаранта во время приземления, ему удалось частично избежать удара. Однако окровавленная спина, уже торчащая через слои изодранной одежды, все же давала о себе знать. Сейчас он прекрасно понимал одно. Если он не предпримет что-нибудь в ближайшее время – он может остаться в туннеле в качестве кровавого ковра. И никакая регенерация здоровья ему уже не поможет.
— Здесь мягче будет, — едва Дмитрий заметил, что покрытие стало более гладким, бросил Натанаэль. – Свернем из туннелей, да и направимся прямо в логово Ахерона.
— Это еще кто? – шикнув, спросил Дмитрий.
— Лидер амарантов, — отозвался Натанаэль. – В целом, лидер он – лишь формально. Сами они с куда большим удовольствием подчиняются локальному бэрду, чем ему.
— Бэрду?
— Да, — чуть грустнее ответил Натанаэль. – Одному из древнейших. Вельзевулу. О, почти на месте!
Нахмурившись, Дмитрий резко вытянулся и схватился рукой за цепь. Крепко держась за нее, он попытался телом сдвинуться в сторону. После успешной попытки, ему открылся вид на ярко-красный конец туннеля.
Дорога взяла вверх, и Натанаэль вывел амаранта на длинный мост. Рыхлая, каменистая поверхность туннелей, постепенно сглаживаясь – здесь стала практически полностью гладкой. Местами даже, на удивление, мягкой.
Сам же мост – вел через широкую, словно горящую реку. Освещая массивные, пещерные своды, ведущие в очередной туннель, по руслу текла раскаленная лава.
— Так, почти приехали, — едва мост остался позади, резко свернул вправо Натанаэль. – Держишься?
— У меня есть выбор? – усмехнулся Дмитрий, постепенно подтягиваясь по цепи.
Очередной резкий поворот – и рука бойца схватилась за выпирающий нарост на ляжке амаранта. Поймав момент, и схватившись второй рукой чуть выше, Дмитрий кое-как подтянул себя наверх и аккуратно пробрался по спине, хлопнув Натанаэля по плечу.
— О, отлично, — обернувшись и увидев окровавленное лицо Дмитрия, холодно попытался изобразить радость Натанаэль. Вновь завернув, словно пытаясь избегать необходимости подбираться слишком близко к обозначенному им логову, бэрд начал постепенно замедлять амаранта.
— Мы уже близко? – заметив это, спросил Дмитрий.
— Нет, мы пропустили нужный поворот, — ответил Натанаэль. – Не стоит привлекать лишнего внимания.
— Боишься? – с легким интересом продолжил боец.
— Если бы, — усмехнулся бэрд. – Годная штука попалась просто. Не думаю, что Ахерон просто возьмет и даст тебе поглотить душу этого малыша.
— Поглотить… душу? – озадаченно потянул Дмитрий.
— Объясню на месте, — свернув в очередное ответвление, коротко ответил Натанаэль.

Глава 30. Интоксикация

— Выдвигаемся, — коротко прохрипел мужской голос в рации. – И да прибудет с нами Севестра.
Опустив забрало округлого, черного шлема и сняв скорострельную винтовку с предохранителя, элитарный боец Ромалийской армии перекрестился. Посмотрев последний раз на лучи заходящего солнца и услышав выстрелы, он вышел из укрытия и открыл огонь.
Операция должна была быть простой. Зашли, провели зачистку, вышли. Но, как выяснилось – появились… осложнения. На стороне противника – двое вознесенных. Один из них находился до этого под личным руководством Севестры, и подобное предательство для нее оказалось сильным потрясением. Отдав короткий приказ не брать пленных и убить всех на месте, она больше не выходила на связь.
Дважды щелкнув курком и закатившись за укрытие, боец снял с пояса гранату и бросил в сторону нарастающих шагов. Выхватив запасную обойму и перезарядившись, он выглянул из-за угла и лишь жадно схватил воздух, едва длинный, острый клинок прошел сквозь нагрудный жилет.
— Твое? – держа гранату, обволоченную ледяным куполом, в левой руке, оскалился вознесенный.
Попытавшись ответить, боец лишь коротко прохрипел и попытался поднять винтовку. Но, не смог. Коротко усмехнувшись, враг со скрежетом вытащил клинок из его тела.
Завалившись на каменный пол, боец повернул голову и попытался разглядеть своего убийцу через запотевший шлем. Однако тот, присев на колено, направил ладонь ему на лицо. Глаза обожгла боль от ледяной корки. Следующее, что он помнил – как открылось забрало его шлема. Закрылось. И взрыв, закончивший все. Взрыв его же собственной гранаты. На этом, воспоминания прервались, а Кошка опустила руку.
— Я… — виновато поник житель Кайнакена. – Знаю, что не заслуживаю прощения. Севестра говорила нам, что попытка убийства вознесенного – страшный грех перед церковью. Но…
— Не все вознесенные служат на благо Ромалии, — улыбнувшись и присев на колено, попыталась успокоить его Кошка. – Иногда и самим вознесенным приходится убивать друг друга. Церковь гордится твердостью твоей веры. Думаю, я смогу простить тебя и…
— Я, прошу, — еще сильнее поник бывший военный и увел взгляд в сторону. – Я не хочу в рай. Я хочу остаться здесь, стать одним из вас. Сражаться и прощать тех, кто заслуживает прощения!
— А, так можно? – слегка смутившись, обратилась Кошка к стоящему рядом Петру.
— Нужно, — усмехнулся в ответ архангел. – Если он этого хочет, то почему бы не дать ему такую возможность? Скажи, грешник…
— Да? – подняв голову, отозвался мужчина.
— Как тебя зовут?
— Самуэль Амедео, сэр, — слегка поклонившись, ответил он. – Игумен третьей степени, заместитель командира двадцать первого элитного подразделения Ромалийской инквизиции.
— Игумен? – с легким интересом спросил Петр. – Почему не стал заводить семью?
— Прошу прощения, но… я был женат, — вновь поник Самуэль. – После конфликта на севере, выжившим было запрещено возвращаться к их родным. Риск заражения был слишком велик, и подставлять мирных жителей – хуже, чем идти против желания церкви. Каждый инквизитор это знает. Нас, конечно, в дальнейшем подняли в звании и возвели в сан белого духовенства за проявленное мужество и за разрешение ситуации в целом, но из-за конспирации возвращаться к семье запретили.
— Долго же ты жил во лжи, получается, — сокрушительно вздохнул Петр.
— Семь лет, сэр, — ответил Самуэль. – На седьмой год меня убили.
— Семь лет лжи – долгий срок, — признал Петр. – Впрочем, если это все, почему ты здесь – не вижу причин стоять на пути твоего желания. Самуэль, если вы хотите на арену – вы попадете на арену. Я поговорю с Маркусом после окончания праздника.
— Я… — неуверенно начал боец. – Да, спасибо, сэр! Я не подведу!
— Уж надеюсь, — улыбнулся Петр. – Кошка, отметь его. А то отправим куда-нибудь не туда по ошибке.
Кивнув, она забралась в экран перчатки. Найдя нужную вкладку, она встала с колена и прислонила кончики указательного и среднего пальцев к центру лба грешника. Мягкое, голубое свечение – и на лбу Самуэля остался значок, словно из шрамов: шарик и два крыла по бокам.
— Чудно, — хлопнув в ладоши, радостно закончил за Кошку ритуал Петр. – Самуэль, вы свободны. Информация поступит напрямую в кармашан. Ожидайте информации. В крайнем случае, все же переведем вас в рай по блату. Хороший человек, творящий зло под чужим приказом – не достоин вашей участи.
— Благодарю, сэр, — вновь кивнул Самуэль. – И вам спасибо, девушка. Может, в этих старых костях еще остался боевой потенциал? Хе-хе.
— Насчет старых костей – это к Акайо, — добродушно отшутилась она, и Самуэль покинул их, направившись в сторону домов. – Что дальше, Петр?
— Подзываешь следующего, пока не надоест, — пожал плечами архангел и кинул взгляд на толпящийся крупный отряд местных жителей. По одному, их подзывали другие члены делегации из рая, помогая подопечным разбираться, что к чему. Некоторые же из бойцов арены уже действовали самостоятельно. По всей видимости, не первый раз уже здесь. – Так, следующий!
Отозвавшись, мужчина достаточно крупного телосложения лениво повернулся и, бросив на подозвавшего Петра недовольный взгляд, направился в их сторону. Поигрывая в руке кожаным браслетом, он с интересом разглядывал Кошку. Подойдя достаточно близко, он коротко усмехнулся и молча протянул ей браслет.
— Что это? – взяв в руку безделушку, с недоумением спросила она.
— Подарок, — пожал плечами он и протянул кармашан. – Ручная работа.
— Спасибо, — смутившись, кивнула она и взялась своей перчаткой за его. – Покажи мне, за что ты здесь.
— С удовольствием, — вновь усмехнулся мужчина.
Воспоминания нахлынули потоком. Одинокий, полузаброшенный дом на окраине. Десятки напуганных, молодых женщин. Прикованные в подвале цепями к стенам, они были избиты. Некоторые окровавлены. До одной напуганы.
Рядом с ними, раз за разом обрывистые воспоминания показывали, как грешник складывал мертвых в кучу. Девушки боялись. Кричали. Но никто не спешил им на помощь.
Мертвый мужчина на входе. Сброшен в кучу к остальным. Тупиковые расследования, приличная работа на крупную компанию – служило отличным прикрытием. Пока однажды, одна из девушек не сбежала и не убила его.
Но на этом воспоминания не закончились. Определенный на Кайнакен, он поймал девушку за пределами города. В лесу за адом. Далеко за его границами. Она кричала, звала на помощь, но перчатка не работала. Сигнал не поступал. Изнасилование, убийство. Глубокая яма. На ноге девушки – открытая часть тела. Кожа – срезана полосками. Браслет…
Вырвав свою перчатку из рукопожатия, Кошка какое-то время смотрела в холодные, бездушные глаза мужчины. Ее сердце бешено колотилось. Этот браслет он сплел из ее кожи.
Завалившись на колени, она подергивающимся взглядом посмотрела на подарок. Внутренняя сторона, бордовая, слегка коричневатая. Запекшаяся корка крови.
— Кошка, что случилось? – присев на колено рядом, озадаченно спросил Петр. Выбив из ее рук браслет, он вскочил на ноги. – Ворон здесь?
— Нет, он на мосту, Петр! – отозвалась крылатая девушка. – Что у тебя?
— Проклятье, — выругался архангел, но тут же нахмурился, переведя взгляд на дом. С подоконника спрыгнул мужчина в темной накидке и обмотанной бинтами левой рукой. Капюшон частично закрывал его лицо, а из-за спины виднелись рукоять и топорище. Встав, он спешно подошел и присел рядом с Кошкой, прислонив ладонь к ее лбу. – А ты еще кто?
— Друг, — коротко ответил мужчина и перевел взгляд на стоящую рядом девочку. – Эмоциональный шок, сильное потрясение, возможна интоксикация воспоминаний. Виола, отправь ее в церковь. И отправь весточку Ворону, чтобы стер полученные воспоминания.
— Хорошо, Палач. Насчет Ворона не беспокойся – он и так получит информацию от Вивьен, — кивнув, ответила Виола и забралась в экран перчатки. – Петр, можно просьбу прежде, чем ты поймешь, что происходит?
— Да, конечно, — недоумевая, отозвался архангел.
— Этот мужчина не заслуживает жизни, даже загробной, — продолжила она и направила руку на Кошку. – На его совести сто сорок семь смертей. Он убивал из удовольствия для подавления собственного желания убивать. Его отправили на Кайнакен для исправления, но, видимо, это не прошло столь удачно, как предполагал Маркус, давая ему второй шанс.
Кивнув и глядя, как появившееся под Кошкой зеркало унесло ее с Кайнакена, Петр вытащил из-за спины клинок.
— Не клинком, — остановила его Виола. – Поглоти его душу.
— Но, нам нельзя…
— Нарушать правила? – улыбчиво закончила за него девочка. – Скажи мне, Петр, сколько раз ты уже «не нарушал правила»?
Нахмурившись, архангел тяжело вздохнул и ловким движением пробил рукой голову мужчины. Мигом позже, на его руке появился кармашан. Лиловые, призрачные жилки окутали ее, а серийный убийца – жадно вдохнул воздух ртом. В следующий миг, его тело развалилось на маленькие кусочки, а жилки исчезли. Сам же Петр, слегка поникнув, перевел взгляд на пальцы, закованные в вороной металл. Доля секунды, поглощение завершилось, и перчатка исчезла, вернув руке привычный вид.
— Чудно, — просияла Виола, привлекая к себе внимание Петра и Палача. – Так, Палач, у тебя есть фора в пятнадцать секунд, пока Петр соображает. Под тобой достаточно тонкий грунт. Обычный боец не пробьет, но ты – вполне сможешь.
— Палач?.. – задумчиво потянул Петр, когда появившийся боец кивнул и с силой ударил в землю у своих ног. – Подожди, разве не его?..
— Да, его разыскивает Маркус, — глядя на дыру, в которой исчез Палач и, спрятав руки за спиной вместе с медвежонком, улыбчиво ответила Виола. – Можешь отдавать сигнал тревоги.
— Гельмон, Адриана, срочно сообщите Ворону, что мы вышли на след Палача! – громко закричал Петр. – Отправьте крупный отряд банши следом!
— Есть! – хором отозвались ангелы и покинули своих подопечных, расправив крылья и устремившись в сторону выхода.
— Ты потеряешь его след, если отправишься, — оторвав Петра от провожания своих подчиненных, вновь привлекла его внимание Виола. – Не бойся, скоро все вопросы утрясутся, и его ждет достойное наказание.
— Я не хочу, чтобы его наказывали, — нахмурился Петр. – Я знаю, почему Маркус не хочет, чтобы Палач светился на глазах у других.
— Так из-за этого ты не станешь его ловить? – слегка удивилась Виола. Призадумавшись, она широко улыбнулась, закрыв при этом глаза, и даже слегка взбодрилась. – Что же, видимо, я еще не могу увидеть все настолько детально, как хотела бы.
— Ты меня пугаешь, девочка, — тяжело вздохнул Петр.
— Как и многие в аду, не правда ли? – все также широко улыбаясь, ответила вопросом на вопрос она.
— Так, все, иди отсюда, — загнав клинок за спину, обиделся архангел. – Заскочи к Кошке, узнай, как у нее дела и отправь мне весточку. Хорошо?
— У нее все будет отлично, могу сказать сразу, — крепче сжав медвежонка, продолжила Виола. – Что-то еще интересует?
— Просто… уйди, — проведя ладонью по лицу, заворчал архангел и, расправив крылья, устремился сквозь оставленный Палачом туннель. Следом за ним, отправился и отряд посланных Вороном банши. Сам же Ворон, по всей видимости, как и сказала Виола, сразу переместился в церковь. В приподнятом настроении, Виола окинула на прощание взглядом озадаченных участников праздника и, напевая с закрытым ртом себе под нос какую-то песенку, направилась вдоль домов в сторону выхода с Кайнакена.

Глава 31. Искра

Амарант дышал коротко и отрывисто. Потеряв немало крови и двигаясь под чутким руководством Натанаэля, который раз за разом заставлял его резко поворачивать, он устал. Это чувствовал и Дмитрий – движения твари замедлялись. Постепенно его спесь угасала. Да и сам Натанаэль замолчал; по всей видимости, нужное ему место было уже недалеко.
— На месте, — когда туннель начал заметно расширяться, бросил через плечо бэрд.
Несколько тяжелых рывков из последних сил – и амарант завалился на бок посреди обширной пещеры. Словно небольшой островок в бесконечном лабиринте туннелей Кайнакена, локация, куда вывел подконтрольного зверя Натанаэль, была чем-то на подобии развилки. Достаточно богатое пространство для маневров, заметно большее расстояние от пола до потолка. И несколько проходов для возвращения в извилистые ходы.
— Так, отлично, — вернув кинжалы на место, довольно потер руки Натанаэль, обратившись к Дмитрию. – В норме?
— Болеть долго будет, — попытался отшутиться окровавленный боец. Раны постепенно затягивались, а кровь на плаще – заметно потеряла былой, багряный окрас.
— Чудно, — улыбнулся бэрд. – Пробей ему голову.
— Зачем? – озадаченно спросил Дмитрий, и амарант, словно услышав, через силу взглянул усталыми глазами на Натанаэля.
— Поглотишь его, — присев на колено возле головы поверженного монстра, спокойно объяснил бэрд. – Выносливый, сильный. Скушал немало душ, чую. Хороший экземпляр.
Озадаченно наблюдая за тем, как Натанаэль с садисткой заботой поглаживает напуганное существо, Дмитрий тяжело вздохнул и подошел ближе. Встретившись взглядом с бездушными зрачками амаранта, он закрыл глаза и сосредоточился. Тяжелый вздох, глаза открыты, кармашан, обдав лицо Дмитрия капельками крови, без особых проблем прошел сквозь череп.
Руку обдало теплом. Вместе с выступившими, призрачными, лиловыми жилками – он получил и охапку воспоминаний. Воспоминания обрывистые, разные. Картинки и образы сменяли друг друга, разные люди, разные истории. Все они – постепенно погружались сквозь жилки в бойца арены. Он чувствовал их присутствие. Не мог понять, как, но ощущение того, что он больше – не один в собственном теле не хотело его отпускать.
Вырвав руку и озадаченно взглянув, как жилки исчезли, а по самой перчатке пробежалась яркая вспышка пламени, Дмитрий перевел взгляд на Натанаэля. Тот, опустив веки умершему амаранту, встал с колена и с легким интересом проводил взором угасающее пламя.
— Огонь, — коротко сообщил он. – Что же, поздравляю. Можешь пойти к Гелиасу, как освободишься. Не сомневаюсь, что он будет рад.
— И… как мне пользоваться огнем? – дослушав Натанаэля, спросил Дмитрий, переведя взгляд на мерцающий экран кармашана. Нажав пальцем на появившуюся кнопку, он слегка нахмурился, увидев открывшуюся ветку с иконками. Первый квадрат на ветке – отдавал легким, красным светом. Дальше ветки дробились, а иконки – были блеклыми, серыми.
— Чем чаще пользуешься огнем – тем выше растет твое мастерство, — ответил на немой вопрос Дмитрия Натанаэль. – В целом, у тебя сейчас не так много времени, чтобы вдаваться в подробности. Давай я тебе просто покажу, как этим делом пользоваться, а дальше – сам разберешься. Идет?
Получив в ответ одобрительный, слегка озадаченный кивок, Натанаэль направился к стене, попутно копаясь в перчатке. Остановившись в метрах десяти от нее, он закрыл перчатку и дождался, пока Дмитрий встанет рядом.
— Представь, что пламя – это часть твоего тела, — подняв руку и направив ее ладонью на стену, необычно серьезно для него начал Натанаэль. – Та часть, от которой ты хочешь избавиться. Та, которую хочешь выпустить на свободу.
— Смутно себе представляю… — виновато ответил Дмитрий, глядя, как ладонь Натанаэля покрылась пламенем.
— Сосредоточься на стене, — продолжил бэрд. – И на счет три – попробуй дать огню свободу. Раз. Два.
Яркий шар огня вырвался из ладони бэрда, осветив ненадолго сумрачный зал. С громким треском, пламя врезалось в стену и спешно угасло. Переведя взгляд на Дмитрия, который напряженно рассматривал кончики пальцев и пытался толкнуть воздух перед собой, Натанаэль лишь коротко усмехнулся.
— Не выходит, Феникс? – заботливо спросил он.
— Как видишь, — обреченно вздохнул Дмитрий.
— Можно? – показав на перчатку, продолжил Натанаэль.
Получив в ответ очередной кивок и протянутый экран кармашана, бэрд с интересом, и слегка напряженно, забрался в открывшуюся Дмитрию панель. Какое-то время он хмурил брови, после чего закрыл ветку и, словно обдумывая что-то, поджал губу.
— Повезло, однако, — усмехнулся он. – Ксондиан дотро.
— Ксонди… что? – пытаясь мысленно заставить Вавилон перевести услышанное, спросил Дмитрий.
— Божественная искра, на языке банши, — оживился Натанаэль. – У всех пяти стихий – есть, так называемые, «редкие» души. В одном теле, к сожалению, может ужиться только одна душа такого типа, но ты всегда можешь расщепить ее и попробовать поймать новую. В целом, вырвешься в элиту – можешь экспериментировать сколько угодно.
— Расщепить? – смутился боец.
— Потом, — улыбчиво ответил бэрд. – Умеешь щелкать пальцами?
— Ну, да… — начал Дмитрий и поднял руку, но замолчал, едва Натанаэль схватил его за запястье и увел в сторону. – Что-то не так?
— Не смотри на меня, — успокоившись, сказал Натанаэль. – Когда щелкаешь пальцами.
— Почему? – еще сильнее озадачился Дмитрий, и уже успел слегка напрячься. Сейчас – он больше всего на свете не хотел, чтобы появившаяся у него в голове, пугающая мысль оказалась правдивой.
— Это твое оружие, — разрушил надежды бойца Натанаэль. – Искры. Переведи взгляд на стену, сосредоточься на стене, ни в коем случае не думай обо мне и щелкни пальцами.
Сглотнув, Дмитрий вернул себе выпущенную из плена бэрда руку. Уведя взгляд на стену, и постаравшись всеми силами не думать о своем спутнике, боец щелкнул пальцами.
Словно маленький разряд тока, искра обдала кончики пальцев теплом и резво устремилась по грунту. Едва добравшись до точки, на которой сосредоточился Дмитрий, она с силой взорвалась, обдав бойца и бэрда щебенкой.
— Вот же… — коротко потянул Дмитрий, глядя на угасающее пламя и открывшийся вид на черное, выжженное пятно. – Можно отключить?
— Перевести в мирный режим? – спросил Натанаэль. – Да, вполне. Как и все мутации, которые найдешь со временем. В целом, тебе еще предстоит многому научиться и многое раздобыть, прежде…
Бэрд осекся и счастливо скалился, глядя куда-то вдаль.
— Прежде, чем станешь самостоятельной боевой единицей, — закончил он. – Не думаю, правда, что Гелиас сможет теперь тебе помочь. У него тоже поглощена редкая душа, правда, но совсем иного типа. Ксондиан голиом, божественное солнце. Он способен концентрировать пламя в одной точке. Чем дольше он собирает его – тем сильнее становится атака. Не советую давать ему время для подготовки. И есть третий тип, Ксондиан флормо. Он же божественное пламя. Позволяет своему хозяину поджигать любой предмет, которого тот касается. И… очень не советую пересекаться с последним.
— И много этих… редких душ вообще? – озадаченно спросил Дмитрий.
— По три на каждую стихию, — кивнул Натанаэль. – В целом, можно собрать все пять стихий, но в качестве обычных душ. Как-никак, редкая – в тебе может быть только одна. У меня, например, собрано четыре – не хватает ледяной для полной коллекции. Как-то не везет мне с поисками.
— Странное ограничение… — нахмурился боец.
— Не ограничение, — пожал плечами бэрд. – Просто души будут конфликтовать за власть внутри твоего тела. Не думаю, что тебе хочется однажды проснуться и узнать, что кто-то захватил трон в твоем теле и действует от твоего имени.
— Искра может захватить меня в плен? – усмехнулся Дмитрий.
— Пока она одна в тебе? – уточнил бэрд. – Нет, пока одна – ей нет смысла пытаться это сделать. Она твой товарищ, боевой друг, спутник. Уважай ее – и она будет уважать тебя, как своего хозяина. Благодаря тебе – она может становиться сильнее. Собственно, считай это симбиозом двух душ в теле одной. В целом, благодаря ее защите – поглощаемые тобой редкие души сразу же расщепляются, пока у тебя в активе уже есть другая.
— Даже так? – улыбнулся Дмитрий. – Постараюсь подружиться с ней. Слушай, Натанаэль…
— Да? – оживился бэрд.
— А у тебя есть редкая душа? – переведя взгляд на кармашан собеседника, продолжил он.
— Фатио желло, — кивнул Натанаэль. – Цепи судьбы, если интересно. Душа земляного типа, позволяет мне подчинить себе металл и деформировать его так, как мне вздумается.
— Металл? – нахмурился Дмитрий, оторвавшись от разглядывания кармашана. – А какое отношение земля имеет к металлу?
— Прямое, так-то, — забравшись в экран перчатки, ответил Натанаэль. – Как и металл, земля – это минералы. В целом, я могу создать любое оружие из металла и заставлять его вести себя, как живое. У одного из твоих знакомых, кстати, тоже редкая душа этого типа.
— У кого же? – с интересом спросил боец.
— А вот тебе скажи, — усмехнулся бэрд. – Сам поймешь, если доведется скрестить с ним клинки. Он так-то человек достаточно холодный и рассудительный, но если заденешь его за живое – можешь серьезно пострадать. Он и без того на редкость искусный мастер клинка, а подобная душа – была для него просто находкой и лишь усилила его боевой потенциал.
— Буду внимательнее с живым оружием, что уж там, — кивнул Дмитрий и перевел взгляд на мертвого амаранта. – А с этим что делать?
Слегка озадаченно посмотрев на бойца, Натанаэль также взглянул в сторону амаранта. Какое-то время он молча сверлил его глазами, после чего резко сорвался с места и подбежал, раскрыв веко существа. В черном, погасшем, некогда огненном глазу – бегал сиреневатый зрачок.
— Сколько душ ты поглотил? – обратился к Дмитрию бэрд.
— Ну, это мое первое…
— Сколько душ ты поглотил из него? – перебив, дополнил вопрос Натанаэль.
— Четыре или пять, кажется, — почесав затылок, ответил Дмитрий. – Да, пять, определенно пять. Помню воспоминания пяти человек.
— Всего пять? – подернув глазом, продолжил бэрд. – Черт, что…
Прикрыв лицо рукой, едва тело существа покрылось пламенем, Натанаэль отошел назад. Недовольно взглянув на Дмитрия, он вновь посмотрел на тело амаранта. Постепенно, оно разваливалось на части, а обломки – тут же устремлялись в сторону живота.
— Проклятье… — цокнув языком, коротко выдавил из себя бэрд. – Надо было убедиться, что ты высосал все до последнего.
— Что происходит? – глядя, как из обломков туловища зверя формируется новое тело, спросил Дмитрий.
— Можно сказать, что ты только что стал папой, — усмехнулся Натанаэль. – Ты прервал конфликт редких душ в теле амаранта. Хрен знает, какая была вторая, но теперь она свободна.
— Папой?.. – слегка отречено спросил Дмитрий.
Виола. Она называла Кошку мамой. Но, как это возможно? Он сам видел ее в очереди к анализатору – значит, она еще не была определена наверх или вниз.
— Девушка, — радостно сообщил Натанаэль, прервав размышления Дмитрия, и направился в сторону черного, женского тела с длинными, не менее черными волосами. – Так, секунду…
Забравшись в перчатку, он быстро пробежался по экрану, пока кожа девушки приобретала светлый окрас. Словно найдя что-то, он направил на девушку ладонь. Как и в случае с призываемыми предметами, кармашан выпустил на свободу яркую вспышку света. Мигом позже, на девушке материализовалось темно-синее, короткое пальто с длинным, раздробленным надвое от поясницы шлейфом. Ее волосы – приобрели слегка сиреневатый оттенок, а молодое лицо устало засопело.
— Она еще будет без сознания какое-то время, — нарушил тишину Натанаэль, облегченно вздохнув. – Дня два, может три.
— И… что мне с ней делать? – озадаченно спросил Дмитрий.
— Быть хорошим папой, — усмехнулся Натанаэль. – А так – да что угодно. Можешь научить ее, помочь ей познать мир Забвения. Можешь просто стать ей другом и не пытаться строить из себя неведомое нечто. Можешь сделать из нее рабыню для своих эротических фантазий. Она будет рада в любом случае. Ты дал ей жизнь, она это уже знает, хоть и не знает больше ровным счетом ничего сейчас.
— Я могу отправить ее отсюда домой через зеркало? – подойдя ближе, продолжил Дмитрий.
— Отсюда нет, — покачал головой Натанаэль. – В целом, мог бы, но ты пока лишь на пятом кругу. И на тебя действуют некоторые ограничения по дальности перемещения. Например, ты вообще не имеешь право перемещаться на Кайнакен и с него напрямую.
— А ты можешь ее переместить?
— Я? – усмехнулся бэрд. – Да, могу. Но взять на себя такую ответственность…
— Перемести ее ко мне домой, если не трудно, — перебил Дмитрий Натанаэля.
— И помочь тебе загладить твой косяк? – оскалился он. – Ой, не, думаю я не в праве это делать. Лучше дам тебе побегать с ней на руках.
— Побегать? – удивленно спросил Дмитрий. – От кого?
— А, да, я же тебе не сказал, — обрадованно оживился бэрд. – Видишь ли, пока мы тут охотимся – на первом этаже случился небольшой переполох. Некий «Палач» объявился и дал деру. В общем, если Вивьен была права, то на третьем этаже он предпочтет свернуть как раз сюда, в туннели. Так или иначе, он пробежит здесь, дабы не подходить слишком близко к опасным местам. И, если верить расчетам – здесь он будет…
Посмотрев на экран перчатки, Натанаэль усмехнулся и самодовольно закинул руки за голову.
— Секунд через сорок, — коротко закончил он. – А я – пожалуй, предпочту тебя покинуть. Ваал!
С протяжным скрипом, дальняя стена начала деформироваться. Выпуклая форма постепенно приобретала форму округлого, вертикально овального человека. Постепенно каменная порода приобрела светлый, песчаный оттенок, а от человека – в Ваале остались лишь глаза на нужном для человека месте. Да и конечности на четырехметровом теле напоминали человеческие. Сами же глаза Ваала – были вычурно черными, с белыми, маленькими зрачками.
Оставляя за собой полоску песка от рассыпающегося тела, Ваал направлялся в их сторону. Сам же он попутно с легким интересом рассматривал девушку на полу.
— Удачи с дочкой, Феникс, — усмехнувшись, оторвал Дмитрия от разглядывания Ваала Натанаэль. – Так, слышу шаги. Ваал!
Словно повинуясь приказу бэрда, Ваал сел на колени и склонил голову, давая Натанаэлю возможность забраться на его плечо. Едва тот устроился, из-за угла выскочил человек в бежевой накидке и топором за спиной. Глянув назад, он хотел, было, продолжить бег, но остановился, озадаченно разглядывая собравшуюся компанию.
— Добра, Палач, — чуть не врезавшись головой в потолок, едва Ваал безразлично выпрямился, крикнул Натанаэль. – Знакомься: это Феникс. Он дурак, поэтому возьми его с собой.
— Эй! – обиженно вставил Дмитрий.
— Натанаэль? – словно проигнорировав слова бэрда, озадаченно спросил Палач. – Какого, скажи мне, черта ты здесь делаешь?
— Принимал роды, — усмехнулся бэрд. – Так, Ваал, валим отсюда. Палач, у вас две минуты, потом банши вас догонят. И не советую тебе сейчас подставлять себя под удар, Феникс. На твоей ответственности эта очаровательная девушка.
Отсалютовав, Натанаэль задержал дыхание, а Ваал, поглотив его песком, рассыпался на части и слился с каменным полом, оставив Палача и Дмитрия в озадаченном молчании.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *