Семь кругов Арены: на просторах Ада

Глава 8. Ворон

Зеркало Волка перенесло группу к широкой, длинной лестнице. Окруженная с обеих сторон высокой, железной стеной, она служила одним из нескольких переходов между кругами города. С точки переноса виднелись лишь крыши многоэтажных домов и следующая стена. Лестницы, однако, отсюда видно не было – ибо с каждым новым кругом они смещались в другие части района, дабы бойцы нижних кругов не могли издалека увидеть то, что ожидает их дальше.
Переместившись последним, Волк тут же приметил темноволосого человека в бордовой рясе и серебристой цепью поверх кармашана. Вокруг него расположился крупный отряд – белоглазый мужчина в пиджаке и несколько призрачных фигур в темных балахонах. Держа в руках косы, банши парили в воздухе, стараясь не сильно отдаляться от стоящего во главе их доноши.
— В двух минутах, — убедившись, что внимание приковано к нему – улыбчиво сообщил человек и спрятал руки за спину. – Никаких разрушений. Никаких убийств. Имеем дело с чем-то необычным.
— Вероятно, это Натанаэль, Ворон, — махнув рукой, чуть серьезнее обратился к нему Волк. – Он любит эффектные появления.
— Была такая мысль, — учтиво кивнув и направившись в сторону Волка, ответил Ворон. – К сожалению, данные пока не подтверждены.
— Он ведь появился посреди Камашиама, разве нет? – нахмурившись, холодно спросил Череп. – Прошел через шесть кругов, сейчас направляется в сторону седьмого. За все это время вы так и не выяснили, кто цель?
— Все сложнее, — виновато продолжил Ворон. – Если это и Натанаэль, то он прибыл… не в своей форме.
— Разрушений нет, жертв нет, а переполох навел? – усмехнулся Волк. – В своей форме или нет – но это точно Натанаэль.
— Да, пожалуй, — нервно улыбнулся Ворон и резко поднял голову вверх. – А, вот оно!
Легко уходя от метящих в него ударов косами банши, по лестнице вниз, петляя, побежала светловолосая девушка в широкой, черной юбке и с пленительными формами, подчеркиваемыми черно-красным карсетом. Словно играя со своими преследователями, она радостно смеялась, прыгая со ступеньки на ступеньку. Однако, добравшись примерно до середины и заметив крупный отряд, она остановилась и неуверенно склонила голову на бок.
Едва ее взгляд дернулся – ее рука тут же взмыла вверх, остановив прямой выпад косы банши. Тяжело вздохнув, девушка выпустила косу озадаченного стража и лениво забросила руки за голову.
— Надо же, даже Волка на уши поставили, — безразлично потянула она и продолжительно зевнула.
— Добрый вечер, Натанаэль, — скрестив руки на груди, заворчал Волк. – Опять хулиганишь?
— Ну, да, — пожав плечами, вновь улыбнулась девушка. Практически тут же – ее тело обдало яркой вспышкой света. Одежда изменилась и вытянулась в черный фрак, на ногах плавно образовались темные брюки. Волосы слегка приубавили в длине и приобрели вычурно белый цвет, с редкими, синими пядями. На пустующем до этого поясе же – теперь свободно болтался короткий, широкий кинжал на цепи, уходящей куда-то вглубь фрака. – Сильный переполох навел?
— Подняли на уши большую часть Братства, — недовольно заворчал Череп. – Пока Люся в отпуске…
— Так он в отпуске? – остановившись, с интересом перебил его Натанаэль. Призадумавшись, он виновато поник и спрятал руки в карманы брюк. – Вот же… я и не знал.
— Ты только к нему и собирался заскочить, что ли? – обиженно спросил Волк, отчего тут же поймал на себе недовольные взгляды товарищей. – Не, ну…
— Если есть что-то вкусное – считай, что теперь уже не только к нему, — тут же оживился Натанаэль, широко улыбнувшись. – Но, в целом, хотелось бы на пару дней где-нибудь задержаться…
— Исключено, — тут же встрял в разговор Череп, призвав кармашан. – До вечера и проваливай обратно на нулевой рубеж.
— Зануда, — поведя глазами, заворчал Натанаэль. – Волк, эм, если место есть… не хотел бы тебя удручать, конечно, но…
— Если ты уговоришь Князя предоставить мне Эдмунда на пару дней, и не будешь отвлекать во время работы – то, в целом, могу выделить свободную комнату, — украдкой взглянув на озадаченного Князя, усмехнулся Волк.
— Хозяин не понимает вашего запроса, мастер Акайо, — виновато ответил за Князя Эдмунд.
— Просто я заметил, что у тебя обновились суставы, — пояснил Волк свой запрос. – Судя по всему, это новая модель и до меня пока технологии не дошли еще. Хотелось бы получить преимущество над другими техниками. Разумеется, если Князь не возражает поделиться частичкой своего гения.
— Хозяин говорит, что это его собственная разработка, мастер Акайо, — посмотрев на Князя, быстро ответил Эдмунд. – Хозяин не планирует продавать технологию в ближайшее время, пока сам не убедится в ее надежности.
— Ну, осмотреть-то надстройку можно хоть? – оторвавшись от Эдмунда, взмолился Князю Волк.
Какое-то время Князь лишь молча смотрел на Волка. За все время, что они знакомы – он успел убедиться в одном: если Волк увидел что-то интересное, то потом можно рассчитывать на вкусности. Как правило, в виде очередного кулинарного шедевра со стороны, как он сам мысленно прозвал его, «пушистого механика».
— Хозяин не возражает, — оживился Эдмунд, едва Князь обреченно кивнул. – Однако хозяин хочет узнать, есть ли у мастера Акайо что-нибудь вкусное в запасе?
— Как обычно… — недовольно, но тихо потянул Волк. Поймав на себе взгляд восторженного Князя, он все же виновато почесал затылок и кивнул.
— Хозяин доволен, — просиял Эдмунд. – Мастер Акайо, может выдвигаться, как только…
— Так, стоп! – рассерженно вмешался в завязавшийся разговор Ворон, отчего вечно хмурый Череп даже случайно подернул уголками рта. – Натанаэль, если планируешь светиться в Донокене, то мне придется…
— Не ворчите, черный кардинал, буду вести себя тихо вплоть до донодатриама, — перебил его Натанаэль, учтиво поклонившись, чем вызвал легкий восторг на лице Волка. – Однако я позволю себе заметить, что против вас и вашей церкви – не имею ровным счетом ничего, поскольку уже давно положил на нее все, что только можно. Если Люсе весело с вами возиться – пускай возится; в аду не убудет.
— Тем не менее, правила есть правила…
Однако Ворон не договорил. Между ним и Натанаэлем — материализовалось зеркало, из которого тут же вышла девушка с розовыми волосами. Едва она прочно ступила ногами на асфальт – зеркало за ней растворилось в воздухе.
— Добра тебе, Натанаэль, — приветливо улыбнувшись, поздоровалась она. На мгновение зависнув, Натанаэль спешно присел на колено и потупил взгляд. – Прошу, не стоит. Я сегодня в чудесном настроении.
— Благодарю, мисс Аддерли, — выпрямившись и учтиво кивнув, серьезным тоном сказал он.
— Не стоит, — все так же улыбаясь, продолжила она и повернулась к Ворону. – Кардинал, добрый вечер. Возможно, я не вовремя вмешиваюсь, но я хотела бы попросить разрешение временного размещения в Донокене для Натанаэля.
— Но, он же бэрд, — нахмурившись, неуверенно воспротивился Ворон.
— Сроком на один месяц, — безразлично продолжила она, не спуская с лица широкой улыбки. – С возможностью посещать церковь в случае возникновения такого желания с его стороны.
— Да, разумеется, мисс Аддерли, — поклонился Ворон.
— Вот и славно, — по-прежнему пребывая в неоднозначной эйфории, продолжила она. – Натанаэль, Люцифер вскоре ответит на вопрос касательно своего возвращения. Насколько знаю, на этот раз он не планировал покидать ад слишком надолго. Возможно, прибудет раньше запланированного срока.
— Премного благодарен, мисс Аддерли, — вновь отвесив поклон, ответил Натанаэль.
— Чудно, — проведя рукой по воздуху и создав новое зеркало, безразлично бросила она. – Хорошего всем вечера.
И прежде, чем кто-то успел ответить – она исчезла вместе с зеркалом. Глупо глядя на пустующее место, собравшаяся группа перевела взгляд на Черепа, который также поспешил покинуть их, переместившись куда подальше от места действия. В его текущем положении – задерживаться дольше, чем необходимо было крайне невыгодно. Во многом, он просто не хотел тратить времени больше, чем этого требовала ситуация.
Тяжело вздохнув, и бросив на прощание недовольный взгляд на Натанаэля, исчез и Ворон, отчего сопровождающий его отряд, также поспешил разойтись в разные стороны. Охраняемые ими точки остались без присмотра из-за того, что Натанаэлю вздумалось прикинуться девушкой и навести шум на всех семи кругах города.
— Видимо, и нам пора, — виновато потянул Натанаэль, нарушив тишину, когда остались только они с Волком и Князем.
— Значит, на месяц с нами? – призвав кармашан, попытался разбавить хмурую атмосферу молчания Волк.
— Похоже на то, — усмехнулся в ответ Натанаэль и спустился вниз, едва в воздухе повисло зеркало Волка.
Коротко улыбнувшись в ответ, он пропустил остальных вперед. Едва Натанаэль, Князь и его Эдмунд – прошли через портал, он направился следом. Испорчено ли было настроение визитом Вивьен или нет – а пока есть возможность изучить очередную разработку Князя – Волк был вполне доволен. И даже визиты высшего руководства не могли испортить его восторженное настроение в подобные мгновения счастья.

Глава 9. Кошка

— Уходишь? – едва Дмитрий положил Мелиссу на кровать, недовольно заворчала она. Икнув, Мелисса повернула голову в его сторону и сощурилась, пытаясь сфокусировать изображение.
— Да, надо бы, поздно уже, — виновато ответил Дмитрий.
— Как добраться до дома помнишь? – поморщившись, спросила она.
Призадумавшись, Дмитрий виновато покачал головой. Улыбнувшись, Мелисса призвала перчатку и отправила собеседнику еще немного печенек.
— Возьми себе что-нибудь выпить, — едва он принял передачу, продолжила она. – А потом возвращайся, утром отвезу тебя домой.
— Я… — почесав затылок, потянул Дмитрий. – Хорошо.
— Вот и славно, — зевнув и повернувшись на бок, улыбчиво сказала Мелисса. – Постараюсь всю кровать не занимать. Веселись.
Еще какое-то время, Дмитрий молча стоял у кровати. Девушка внизу сильно озадачила его, говоря на родном ему языке. С другой же стороны, теперь он чувствовал себя виноватым перед вытащившей его в город Мелиссой.
— Я скоро вернусь, — чуть тише сказал он, от чего Мелисса сжалась в клубок.
Немного успокоившись, Дмитрий покинул комнату и, миновав коридор, направился вниз по лестнице.

Спустившись, и найдя взглядом девушку, к которой хостесс обращалась по прозвищу Кошка, Дмитрий направился в сторону прилавка.
— Извините, — аккуратно обратился он к девушке и поджал губу, едва та отвлеклась от беседы, глядя на него своими белыми глазами. – Эм…
— Что-то хотите заказать? – улыбчиво спросила она, подойдя ближе.
— А, да, — почесав затылок, кивнул Дмитрий. – Думал взять чай, но, пожалуй, от пива бы сейчас не отказался.
— Да, конечно, — бодро ответила хостесс. Еще какое-то время она озадаченно смотрела на, не менее озадаченного Дмитрия. Так и не дождавшись действий с его стороны, доноши тяжело вздохнула и призвала кармашан, вытянув его через прилавок. – Руку.
Нахмурившись, он кивнул, и их кармашаны сплелись в рукопожатии. По телу Дмитрия пробежал небольшой, едва ощутимый разряд, после чего хостесс улыбнулась и освободила его руку из плена.
— Темное, приблизительно четыре и два градуса, рожь и хмель, — сообщила Дмитрию его же алкогольные предпочтения хостесс. – Пятнадцать печенек за пол литра.
— Возьму пол тогда, — кивнул он и вновь озадачился, когда девушка нетерпеливо взглянула на него. – Что-то не так?
— Расплатись, — улыбнулась она, кивнув головой в сторону перчатки Дмитрия.
Нахмурившись и переведя взгляд на экран, он быстро поднял руку и принял запрос на передачу печенек хостесс.
— Чудно, — благодарно кивнула она. – Подождешь здесь или тебе принести?
— Если не трудно, то принести, — ответил Дмитрий, украдкой взглянув в сторону стола, за которым сидела Кошка с девочкой.
Лишь мотнув головой, хостесс прошла через дверь за прилавком. Проводив ее взглядом, Дмитрий тяжело вздохнул и неуверенно побрел в сторону нужного ему стола.

— Можно?.. – подойдя и поймав на себе недовольный взгляд Кошки, озадаченно спросил Дмитрий, качнув головой в сторону свободного места напротив.
— Ромалиец? – нахмурившись, спросила она. Получив в ответ утвердительный кивок, она жестом разрешила Дмитрию занять место напротив и с легким интересом окинула взглядом его одежду. – Воро или уже участвовал в боях?
— Воро – это новобранец? – попытавшись вспомнить, озадаченно спросил Дмитрий и, получив в ответ очередной кивок, продолжил: — да, три дня назад, эм, умер.
— Ясно, — хмыкнув, безразлично потянула она. – Странно видеть ромалийцев здесь. Как правило, они либо выжидают донодатриама, либо гниют в недрах Кайнакена.
— И за что нас так? – сдвинув брови, спросил Дмитрий.
— Сам подумай своим маленьким мозгом, — призвав кармашан и вытащив из инвентаря тряпку, усмехнулась она. Едва тряпка оказалась в ее руке, девочка, сидящая рядом, протянула ей серебристый короткоствольный пистолет. — Уровень грехопадения в Ромалии из-за всех этих священных войн находится в дичайшем хаосе.
— Уровень грехопадения? – с легким интересом переспросил Дмитрий, наблюдая за процессом заботливого протирания тряпочкой дула пистолета девочки. – Я помню что-то подобное, но…
— Соотношение хороших и плохих поступков, — перевернув пистолет, перебила его Кошка. – Не каждый грех можно назвать грехом, если таковой была ситуация. Каждый раз, когда кто-то умирает, специальный отряд банши в Забвении анализирует воспоминания умершего. Каждый его поступок рассматривается с трех сторон – с субъективной, объективной и метафиктивной точек зрения.
— Метафиктивной? – нахмурившись, спросил Дмитрий.
— Смотри, — положив пистолет на стол, бодро сказала она. – Предположим, ты убил человека. Объективно – это плохой поступок. Однако, для тебя – это может быть хорошим поступком, поскольку он мог угрожать чьей-то жизни. Поэтому, субъективно – это хороший поступок. Поскольку субъективность и объективность варьируются, и нет единой системы моральных ценностей – входит третье понятие, метафиктивность поступка.
— Ты слишком часто общаешься с Акайо, мама, — улыбнувшись, вставила сидящая рядом с ней девочка.
— Мама? – с легким интересом спросил Дмитрий.
— Долгая история, — пожав плечами, недовольно ответила Кошка, но все же уголки ее рта радостно подернулись. – Так, давай второй…
Счастливо кивнув, девочка спрятала почищенный пистолет обратно в перчатку и вытащила оттуда второй, такой же. Забрав его, Кошка продолжила свою работу по полировке.
— Так вот… — протерев дуло и повертев пистолет в руках, ловя блики от света лампы, продолжила она. – Понятие метафиктивности действий было введено у банши для понимания природы человеческих поступков через анализ общества, в котором этот человек вырос. Оказание влияния на него посредствам не столько общества, сколько круга его общения, отношения локального правительства к народу, политической ситуации и так далее. В целом, можно сказать, что банши – понимают людей лучше, чем они сами.
— То есть… — дослушав, потянул Дмитрий. – С метафиктивной точки зрения – убийство человека является естественным действием в случае, если на убийцу так повлияло общество?
— Можно и так сказать, конечно, — призадумавшись, ответила Кошка. – Я не знаю всех деталей. Лучше спроси у пушистого, если будет такая возможность.
— Пушистого? – повторил Дмитрий. – Волк из Акраса?
— О, так вы уже познакомиться успели? – хитровато улыбнулась девушка. – Забавно.
Остановившись, Кошка резко метнула голову вправо, практически сразу успокоившись и приступив к дальнейшей работе. Это была всего лишь хостесс, принесшая пиво Дмитрию.
— А, спасибо, — едва кружка опустилась на стол, поблагодарил ее он.
— Не стоит, — улыбнулась доноши и направилась обратно в сторону прилавка.
Проводив ее взглядом, Дмитрий прильнул к кружке и, отпив немного, вновь неуверенно посмотрел на собеседницу.
— Дмитрий… — протянув руку через стол, начал он, но тут же поймал на себе гневный взгляд.
— Кошка, — все еще недовольно глядя на него, коротко бросила она, но все же пожала руку. – Имена здесь ничего не значат, если только твое имя не стало твоим боевым прозвищем.
— Феникс, — дослушав, кивнул он, и Кошка успокоилась. – А…
— Виола, — заметив, что Дмитрий перевел взгляд на ее спутницу, холодно перебила его Кошка.
— Ясно, — кивнул Дмитрий. – Приятно познакомиться, Виола.
— Он что-то от меня хочет, мама? – глядя на протянутую руку, неуверенно обратилась девочка к Кошке.
— Нет, ничего, — опустив руку Дмитрия, улыбнулась она. – Послушай, Феникс. Небольшой совет, можно?
— А, да, конечно, — оторвав взгляд от озадаченной Виолы, разрешил Дмитрий.
— Будь осторожен, когда хочешь завести новые знакомства, — крепче сжав начищаемый ею пистолет, нахмурилась она. – Никогда не знаешь, кто может скрываться за приветливой улыбкой.
Решив не перечить, Дмитрий кивнул и отпил еще немного пива из кружки.
— Вот и славно, — вновь улыбнулась она и вернула Виоле второй пистолет. – Удачи в первом бою.
— Спасибо, — приподняв кружку, благодарно ответил Дмитрий, но Кошка лишь вновь нахмурилась. – Что-то не так?
— Удачи… в первом… бою… — более отчетливо, и выговаривая каждое слово, повторила она. Так и не дождавшись никакой реакции от Дмитрия, она обреченно вздохнула и показала пальцем на мерцающий экран его кармашана.
— А, о, — озадаченно взглянув на оповещение о новом сообщении, оживился Дмитрий. Поставив кружку на стол и, быстро пробежавшись глазами по пришедшему от Маркуса письму, он закрыл окно и неуверенно взглянул на Кошку. – Через два дня, массовый бой.
— Массовый? – с интересом спросила она и усмехнулась. – Видимо, Ромалийские конфликты дают результат, раз дело дошло до массовых сражений. Число участников не указано?
— Сказано было, что информация придет позже, — отпив из кружки, ответил Дмитрий.
— Чую, проблемы у Маркуса сейчас с графиком боев, — вновь хитровато ухмыльнулась Кошка. – Впрочем, не удивительно. Пока Люся в отпуске – на нем лежит не только арена, но еще и работа с бумагами и отчетами.
— А, Люцифер не может других людей назначить на это дело? – с легким интересом спросил Дмитрий.
— Заправлять бумажной волокитой в его отсутствие? – уточнила она. – И кому, по-твоему, он может доверить это дело?
— Ну, Волку тому же, — задумчиво ответил Дмитрий.
— Пушистый нужен ему для более важных задач, — усмехнулась Кошка. – Впрочем…
Бросив взгляд на экран кармашана, она неожиданно встала из-за стола. Следом за ней, встала и Виола.
— Спасибо, что напомнил о Волке, — обойдя стол и встав рядом с Дмитрием, сказала она. – Мне на ночное дежурство заступать сегодня. Однако, благодарю за компанию и, наверное, увидимся?
— Тебе спасибо, — привстав и пожав протянутую руку, улыбнулся Дмитрий. – Удачи на дежурстве.
Благодарно кивнув, Кошка приобняла Виолу за плечо и они вместе направились в сторону выхода. Попутно махнув рукой хостесс, она вскоре скрылась из поля видимости Дмитрия, а потом и вовсе покинула бар.
Задумчиво прильнув к кружке и допив остатки, Дмитрий погрузился в раздумья. Пока что к нему все относились очень добро. Словно пытаясь помочь пережить ситуацию, в которой он оказался. Возможно, здесь так было принято, но этого Дмитрий пока не мог утверждать. Он слишком мало времени провел здесь, чтобы хоть сколько-то понять причины тех или иных поступков окруживших его за это время людей.
Грустно взглянув на пустую кружку, он встал из-за стола и, спрятав руки в джинсы, побрел в сторону лестницы. Алкоголь и позднее время делали свое дело и его слегка уже начало клонить в сон. Да и к тому же, он обещал Мелиссе, что отойдет ненадолго. Учитывая, что до первого боя ему теперь ждать еще два дня – сейчас сохранение дружеских отношений с кем-бы то ни было стало для него задачей первостепенной. Возможно, что хоть как-то, да это поможет ему в дальнейшем.

Глава 10. Арена

17-ое октября 2010-го года.
Ошиам, нижний круг Редоренкена.
Квартира Дмитрия
«Дорогой дневник!
Прошло два дня с тех пор, как я последний раз тебя открывал. Два дня назад мне пришло сообщение, что сегодня состоится мой первой бой на арене. За это время мне удалось многое узнать о том, как выжить в бою и как не оказаться пушечным мясом на пути других бойцов. Спасибо Волку за его мудрые советы.
Тем не менее, я сильно волнуюсь. Я не знаю, что случится, едва придет время переноса. И, в каком-то смысле – даже боюсь узнать…».

Услышав монотонные звуки за спиной, Дмитрий отложил ручку и обернулся. Потянувшись, и одарив хозяина квартиры приветливой улыбкой, из-под одеяла лениво выплыла Мелисса.
— С добрым утром, — коротко бросил он, спрятав дневник с ручкой в, уже привычный ему кармашан. Как в случае с советами – этому трудному для неподготовленного бойца фокусу научил его Волк. Несмотря на то, что Дмитрий еще не мог свободно вытаскивать предметы из инвентаря без необходимости ползания пальцами по экрану – спрятать туда временно ненужные ему вещи он все же уже мог.
— Доброе, — подойдя к нему и обвив со спины руками шею, ответила она. – Ты рано сегодня. Не спалось?
— Нервничаю немного, — честно признался Дмитрий, уведя взгляд в потолок. – Первый бой, как-никак…
Аккуратно поцеловав его в темечко, девушка лишь выдавила из себя отрывистый смешок. Недовольно посмотрев на нее, Дмитрий тяжело вздохнул.
— Слишком явный намек получился? – запустив пальцы себе в волосы, бодро спросила она.
— Явнее не придумаешь, — грустновато усмехнулся в ответ Дмитрий.
— Ну… — перестав пушить и без того хаотично уложенные волосы, потянула она. – Можно и явнее было бы…
— Ты мастер подбадривать, — аккуратно зажав пальцами переносицу, заворчал он.
Широко улыбнувшись и выпустив на свободу очередной протяжный смешок, она покинула комнату, скрывшись в душевой. Оставшись наедине с собой, Дмитрий вновь увел взгляд в потолок.
Просидев так какое-то время в тишине, перебиваемой лишь звуком душа, он перевел взгляд на мерцающий экран перчатки.
Быстро пробежавшись по пришедшему сообщению, он встал из-за стола и вытянулся, прохрустев спиной. Маркус прислал долгожданную информацию. Бой начнется через полчаса и его перенесет в автоматическом режиме в лобби. Что бы это ни значило…
Размявшись и перепроверив все необходимые для успешного поединка кнопки на перчатке, Дмитрий вскоре ощутил странное чувство. Будто что-то с силой схватило его за кишки и потащило сквозь кромешную тьму, наступившую в глазах. Тьма продлилась всего несколько секунд – и вскоре, он появился в небольшой комнате, метра три на четыре со скамейкой и большим зеркалом напротив. Над ним красовалась надпись «подождите, идет подготовка арены» с электронным таймером.

— Доброго дня! – вскоре после того, как таймер дошел до нуля, и надпись погасла — прозвучал, словно эхом, голос комментатора арены. – Сегодняшний график боев мы начнем с молодого, пушечного мяса! Кучка безжизненных душ сойдется в баталии за право продолжить бои на следующих кругах!
Едва Маркус замолчал, зеркало напротив Дмитрия перестало функционировать, как зеркало. Изображение размылось и сменилось отчетливыми очертаниями арены. Полуразрушенные многоэтажки, перевернутые машины. Дмитрий уже видел подобное. Каждый раз, когда инквизиция отправляла вознесенных на зачистку – после них оставалась схожая картина. Никого не оставлять в живых и сжечь все следы.
На арене начали появляться люди. Посидев еще немного, Дмитрий все же смирился с мыслью, что ему нужно пройти через зеркало, дабы переместиться на арену. Подойдя вплотную и недоверчиво вглядевшись в изображение другого конца перехода, он шагнул вперед.
— Поскольку в свете недавних событий мы получили весьма крупное пополнение, — продолжил Маркус, пока Дмитрий вглядывался в лица озадаченных новобранцев. – Первый для многих бой пройдет в приятной, ознакомительной манере. Двести восемьдесят два бойца, до первой смерти. На второй круг перейдет пятьдесят человек, оставшиеся в конце. Думаю, это чуть более чем щедро с моей стороны.
Зевнув, Маркус старательно оттягивал момент начала боя. Откуда-то издалека, словно эхом, доносился рев трибун. Самих же их не было видно. Словно арена и ее зрители – существовали отдельно друг от друга. По крайней мере, со стороны перспективы бойцов.
— Что ж, жалкие душонки, — лениво продолжил он. – Ничего вкусного на арене вам не будет оставлено. Сражайтесь своими силами. И удачи победителям! Три…
Едва комментатор начал отчет, Дмитрий заметил, что многие бойцы начали разбегаться из точки переноса, в которой оказался он. Решив поступить так же, он быстро побежал вдоль улицы в сторону полуразрушенного двухэтажного дома. Из обломков стен торчала арматура, крупный кусок стены – послужил бы ему естественным укрытием на арене.
— Два… — прозвучало чуть протяжнее, чем раньше.
Оглянувшись назад, Дмитрий успел заметить, что в центре почти никого не осталось. Немного успокоившись и решив, что бой хоть сколько-то да затянется – он вновь глянул вперед, в сторону запланированного укрытия. Впереди, между домами, сновали другие бойцы из, видимо, других точек переноса.
— Один… — теперь голос Маркуса прозвучал мерзко. Он словно предвкушал запланированный хаос и не мог дождаться, пока все это начнется. – Да будет пролита кровь!
Едва успев кувыркнуться за укрытие, Дмитрий ощутил на боевой конструкции град выстрелов. По всей видимости, кто-то успел взять его на мушку, пока он старательно добирался до своего укрытия.
Вскоре, выстрелы прекратились, а толпа вновь загудела.
— Первая кровь! – радостно воскликнул комментатор. – Ну же, жмем! О, вот и вторая! И третья! Молодцы, молодцы!
С каждой новой смертью на арене, толпа все больше радовалась и шумела. Словно лишь для этого они и собрались – дабы посмотреть, как кучка таких же грешников, как и они – разносят друг друга на маленькие кусочки.
— Осталось двести пятьдесят человек, — вскоре анонсировал Маркус. – Жмем, жмем, жмем!
Пробежавшись по инвентарю и выделив свой, подаренный комментатором арены, вершитель – небольшой, но достаточно маневренный пистолет со слегка удлиненным, но узким дулом, Дмитрий аккуратно выглянул из-за верного куска стены. В следующий миг, рядом с ним пролетела пуля, чуть не попав ему в ногу рикошетом.
— Вот же… — поморщившись, выругался Дмитрий, но тут же пригнулся. Над головой просвистела пуля от подкравшегося к укрытию бойца.
— Я… — держа дрожащей рукой пистолет и глядя на потенциальную жертву, неуверенно начал он.
— Знаю… — направив на него вершитель, коротко сказал Дмитрий. – У меня тоже нет выбора.
Курок щелкнул, прозвучал тихий, характерный для этой модели пистолета короткий выстрел. Подкосившись, от прошедшей сквозь шею пули оппонент выронил оружие и упал лицом о каменный пол. Спустя несколько секунд, его тело объяло пламенем. За считанные мгновения, тело сгорело в странном, не обжигающем сидящего рядом Дмитрия огне. Не оставив и следа от поверженного врага.
— Сто пятьдесят человек! – радостно сообщил комментатор. – Ну же, давайте, активнее ребята!
Крепко прижимая пистолет к груди, Дмитрий тяжело дышал. Ему уже приходилось убивать, но до этого он никогда не смотрел в глаза своей жертве. Все это время, он либо стрелял издалека, либо не поддерживал зрительного контакта. Теперь же, на него пришлись страх и ненависть. Навсегда застывшие чувства в глазах только что убитого им бойца.
— Сто двадцать! – все также восторженно перебил поток мыслей дрожащего Дмитрия Маркус. – Бегом, бегом! Осталось чуть больше половины!
— Ублюдок… — пробубнил себе под нос Дмитрий. – Радуешься смерти, гад?
— Сотня! – словно проигнорировав вопрос, бодро объявил комментатор. – Поскольку все так замечательно спрятались, и отсеивание займет чуть больше времени – меняем правила!
— Меняем правила?.. – нахмурившись, повторил за ним Дмитрий.
— Никаких укрытий! – воодушевленно продолжил Маркус. – Все, кто будет находиться после сигнала в укрытии более трех секунд – сгорят заживо! Огнестрельное оружие – также заблокировано! Да начнется мясорубка!
Едва он закончил, над ареной разнесся громкий гул. Вершитель, который Дмитрий столь трепетно держал в руках – растворился в воздухе с яркой вспышкой. Вместо него – в руке появился клинок.
— Три… два… — начал вести отсчет комментатор. Решив не испытывать судьбу, Дмитрий выскочил из-за своей спасательной стены и с радостью заметил, что не он один озадачен новыми правилами. – Один! Кто спрятался – я не виноват!
Арена наполнилась криками. Теперь уже не трибун, но бойцов. По всей видимости, Маркус не шутил, когда сказал, что сожжет заживо всех, кто скрывался от сражения.
Остановившись, Дмитрий озадаченно посмотрел на руку. Прочно сжимающие рукоять клинка пальцы – теперь просто поддерживали форму. Оружие исчезло.
— Что же, выбежало лишь сорок девять человек из пятидесяти нужных для победы, — зевнув, недовольно заворчал Маркус. – Тем не менее, сорок девять бесполезных душонок – поздравляю вас! Ваши бесполезные трупы продолжат сражаться уже на втором круге. В любом случае, все сорок девять бойцов переводятся в Вашиам. И желаю вам удачи, сгустки собственных воспоминаний!
С этими словами, трибуны вновь взревели, а Дмитрий почувствовал уже знакомое ему чувство от автоматического переноса.
Едва тьма рассеялась – он вновь очутился в своей квартире. Однако теперь – все выглядело на порядок гостеприимнее. Дощатый пол покрылся более густым слоем лака. Исчезли зазоры и куски обваливающихся стен. Царапины на столе исчезли, а деревянный стул – покрылся мягкой обивкой.
Слегка недоумевая, Дмитрий подошел к окну. Оно выходило на, некогда родной ему Ошиам. Отсюда, даже через стену, большую часть низшего круга Редоренкена было видно, как на ладони. По дорогам лениво ездили машины, новобранцы, окруженные отрядами банши, боязливо осматривали новое место жительства.
На какой-то момент, Дмитрий даже проникся осознанием своего превосходства над ними. Он больше не был «воро», как его успели прозвать на языке банши. Теперь, хоть в каком-то смысле, он мог смотреть в глаза другим бойцам, как равным. Не столь равным, как ему хотелось бы – но все лучше, чем быть простым «воро» и быть источником «безгранично понимающих кивков и взглядов».

Глава 11. Прогулка со смертью

18-ое октября 2010-го года.
Вашиам, шестой круг Редоренкена.
Квартира Дмитрия.
«- У меня тоже нет выбора…»
Прогремел выстрел и Дмитрий проснулся. Воспоминания о первом убийстве на арене никак не хотели оставить его в покое и уже вторую ночь подряд возвращались во сне.
Присев и утерев лоб, он лишь недовольно сощурился, переведя взгляд на стол. Счастливо улыбаясь и размахивая ногами в воздухе, на нем сидела знакомая ему девушка в черном плаще и с розовыми волосами.
— Плохой сон, Феникс? – заботливо спросила она, не снимая с лица крайне довольной улыбки.
— Да, есть такое, — поникнув, пробормотал Дмитрий. Призадумавшись, он вновь перевел взгляд на девушку. – Вивьен, да?
— Ну, мне привычнее мисс Аддерли, — пожав плечами, ответила она. – Но, если хочешь, могу побыть и просто Вивьен.
— И давно вы здесь, мисс Аддерли? – коротко усмехнувшись, отчего Вивьен недовольно, но весьма миловидно нахмурилась, спросил Дмитрий.
— Я всегда здесь, — показав пальцем в сторону перчатки Дмитрия, ответила она и спрыгнула со стола, направившись в сторону кровати. – Ну, как всегда… трудно объяснить.
— Можешь попробовать, — поджав под себя ноги, когда Вивьен села на одеяло, предложил он.
— Ну… будучи кайши, Лимб разбивает меня на множество копий, — призадумавшись, начала она. – Каждая копия – находится в кармашанах бойцов, встречает мертвых и так далее. Есть я, и есть десятки тысяч копий меня. Вместе со мной, этому также подвержен и Маркус. Будучи комментатором арены, его, эм, копии встречают бойцов вместе с моими…
— То есть… — пытаясь переварить полученную информацию, нахмурился Дмитрий. Его надежды спокойно выспаться и проснуться сначала были прерваны кошмаром, а теперь еще и потоком новой информации. – Когда я умер, то меня встречали не вы с Маркусом, а ваши копии?
— В каком-то смысле да, — пожав плечами, ответила она. – Мы храним воспоминания, полученные не только нами, но и нашими двойниками. В целом, и наши копии опираются на наши воспоминания, когда действуют. Формально, будучи раздробленными на тысячи – мы все равно в каждом из тел остаемся собой. Я… это, в общем, трудно объяснить и особо тебя не касается.
Довольно высунув язык, Вивьен увела взгляд в потолок. Дмитрий же недовольно нахмурился и перевел взгляд на перчатку.
— Если ты всегда внутри кармашана, — неуверенно начал он. – То, когда мы с Мелиссой…
— Ну, ты неплохо справился, — усмехнулась Вивьен, не дав ему закончить. – Тем не менее, не будем об этом, я здесь по делу.
— Ты или твоя копия? – нахмурился Дмитрий.
— Хм… — почесав подбородок, задумчиво ответила она. – Смотри. В Лимбе, наши копии имеют свойство быть настоящими. Нас можно трогать, ударить – в принципе, то же самое мы можем сделать и в ответ. За пределами Лимба, скажем в городе – такой функции наши двойники не имеют.
— И что ты мне предлагаешь сделать? – с легким интересом спросил Дмитрий. – Попробовать потрогать тебя, чтобы узнать, настоящая ли ты?
— Ха, хорошая мысль, — обрадовалась Вивьен и проползла по одеялу, сев на подогнутых под себя ногах рядом с подушкой. Опершись на руки и нависнув над лицом Дмитрия, она хитровато улыбнулась и продолжила: — попробуй взять меня за грудь.
— Я не… — смутился Дмитрий.
— Ну же, давай, — сильнее обрадовалась она. – Все равно не сможешь дотронуться. И рука просто пройдет насквозь.
Недовольно сощурившись, Дмитрий все же смирился с предложением и неуверенно дотронулся до груди свободной от перчатки, правой рукой. Вцепившись в мягкую плоть, пальцы подверглись потоку тепла, а Вивьен лишь вздрогнула и напряженно схватила ртом воздух.
— Видишь, настоящая, — тяжело дыша и слегка покраснев, сказала она, от чего Дмитрий сразу же оторвал руку от груди, вызвав тем самым радостный смешок со стороны кайши.
— Извращенка… — нахмурился Дмитрий.
Выпрямившись и поправив волосы, она лишь коротко подмигнула. Глядя еще какое-то время на недовольно-смущенное лицо Дмитрия, Вивьен увела взгляд в потолок и уползла обратно на пол.
— Еще скажи, что не понравилось, — недовольно заворчала она.
— Нет, я не это имел в виду, — попытался оправдаться Дмитрий, но лишь вновь сдвинул брови, едва Вивьен рассмеялась. – Странная ты…
— Это ты странный, — успокоившись, ответила она. – Ты мертв, но ведешь себя, как живой. Переживаешь из-за убийств, которые совершаешь на арене. Боишься спать с вельши только из-за того, что чувствуешь себя неуверенно. Просто успокойся и наслаждайся жизнью после жизни, Феникс.
— Я… — коротко потянул Дмитрий, но помотал головой и выдавил из себя неуверенную улыбку. – Да, наверное, ты права…
— Вот и чудно, — обрадовалась она и спрятала руки за спиной. – Тогда собирайся.
— Куда?
— Ну, нужно отметить твою первую победу, — неуверенно сказала Вивьен. – Плюс ввести тебя в курс дел.
— А остальные? – с легким недоумением спросил Дмитрий. – Я ведь не один выиграл в бою, верно? Сколько там… сорок девять человек перешло на второй круг, разве нет?
— Во-первых – тебя не должно заботить, что происходит с другими бойцами арены, — вежливо заметила она. – Во-вторых, не ты первый и не ты последний, кому я помогаю. Просто так сложилось, что ты – немного быстрее остальных начал вклиниваться в общий процесс жизни в Редоренкене. Уже успел познакомиться поближе с Мелиссой, с бойцами из элиты.
— Тем не менее…
— Тем не более, — недовольно перебила его Вивьен. – Есть ряд причин, по которым я помогаю именно тебе. Однако они тебя не касаются.
— Эм… — виновато почесав затылок, потянул Дмитрий, но заметив на себе грозный взгляд кайши, коротко кивнул. – Я могу узнать об этом потом?
— Посмотрим, — холодно ответила она. – Ничего не обещаю. И сам тоже не думай об этом – пока что, твое дело быть благодарным за помощь. Остальным я просто отправила весточку, с двумя также встретилась лично. На всех у меня просто не хватит времени. По крайней мере, ты не более «уникален», чтобы ты там не думал своим примитивным мертвым мозгом, чем те двое, с кем я тоже решила пройтись лично.
— Я не…
— Довольно! – махнув рукой в сторону пола, громко перебила Дмитрия Вивьен. От ее выкрика, он на мгновение почувствовал, как сперло воздух вокруг. Что в тот миг ему было нечем дышать, а сердце – словно остановилось и лишь спустя мгновения продолжило гонять кровь. – Будь чуть сговорчивее, когда дело касается меня или Маркуса. Не задавай лишних вопросов – рано или поздно ты и так получишь на них ответы. И не будь занудой.
— С последним будут проблемы, — усмехнулся Дмитрий, но поймав на себе недовольный взгляд собеседницы – нервно сглотнул и кивнул.
— Чудно, — широко улыбнувшись и спрятав руку обратно за спину, продолжила она. – Тогда собирайся. Пройдемся по магазинам.
Неуверенно нахмурившись, Дмитрий тяжело вздохнул и выполз из-под одеяла. Что бы ни задумала Вивьен – очередного всплеска недовольства с ее стороны ему уже явно не хотелось.

— Пойдем, — выйдя из подъезда вместе с Дмитрием, бодро сказала она, глядя, как тот озадаченно встал на месте.
— Воздух… — неуверенно потянул он, почувствовав, что его потянули за рукав. – Он не такой, как в другом районе…
— Неужели? – хитровато улыбнувшись, спросила она, ведя своего спутника через парковку. – И какой же он здесь?
— Не такой спертый… — все также озадаченно ответил Дмитрий. – Не так давит.
— Ты еще в Донокене не был, — сказала она и отпустила многострадальную руку Дмитрия. – Тем не менее, нам сюда.
Свернув за угол и идя вдоль небольшой улочки между двумя жилыми многоэтажками, она лишь каждый раз безразлично поднимала руку, когда кто-то начинал садиться на колено. Вскоре, они вновь вышли на широкую дорогу, ведущую в сторону торговой площади.
— Хм… — добравшись до развилки между четырьмя магазинами, задумчиво потянула Вивьен.
— Что-то не так? – спросил Дмитрий.
— Да нет, думаю просто, — коротко взглянув на собеседника, отмахнулась она и вновь продолжила вглядываться в улицу. – Давай, для начала разберемся с гардеробом?
— Но, мне и так неплохо… — неуверенно начал Дмитрий, но тут же замолчал, когда Вивьен схватила его за руку и звонко рассмеялась, бегом потянув в сторону белоснежного здания, над входом которого висела вывеска с клубком ниток и иголкой. – Вот же…
— Замолчи и наслаждайся, — чуть не сбив озадаченного бойца по пути и безразлично махнув рукой доноши на входе, бросила она.
Поведя глазами, Дмитрий лишь обреченно усмехнулся и вошел следом за Вивьен в магазин.

Первое, что привлекло его внимание – антураж магазина. В отличие от привычных вешалок с кучей одежды, манекенов и прочего, к чему он привык – заведение было уставлено растениями и будками для переодевания.
— Добра, Кирстен, — все также воодушевленно поздоровалась Вивьен с рыжеволосой девушкой у прилавка.
— День добрый, мисс Аддерли, — кивнув, ответила она и перевела взгляд на Дмитрия. – На обучении?
— Нет, не совсем, — немного покраснев, ответила Вивьен. – Просто решила, что ему неплохо было обновить гардероб.
— Да уж, — усмехнулась Кирстен, оценивающе взглянув на Дмитрия. – Как зовут?
— Феникс, — коротко ответил Дмитрий, едва поймав на себе ожидающий взгляд Вивьен.
— Феникс, Феникс… — задумчиво потянула девушка, уведя взгляд в потолок и почесывая пальцем подбородок. – Хм, даже не знаю… можно, что-нибудь красненькое подобрать, под стать прозвищу. Может, плащик какой… о, или черное что-нибудь! Как Ворону, например – до сих пор в восторге! Хм…
— Эм… — почесав затылок, прервал ее обдумывание Дмитрий. – Понимаю, что выбора у меня нет, но… можно я тогда сам хоть выберу себе наряд?
— По памяти или так? – с легким интересом спросила Кирстен.
— Можно сказать, что и по памяти, — улыбнулся Дмитрий. – Если есть возможность, то я попробовал бы нарисовать… эм, Кирстен, что ты делаешь?
— Давай руку, — протягивая через прилавок кармашан, улыбчиво ответила продавщица.
— Вивьен, что она делает? – попытавшись еще помозговать насчет происходящего, обратился к своей спутнице Дмитрий.
— Точно, тебе же еще не приходилось делиться воспоминаниями… — призадумавшись, улыбнулась Вивьен и потянулась к кармашану Дмитрия. – Смотри…
Нажав на иконку, она вызвала практически пустую панель с одной только папкой – «Феникс». Зайдя в нее, она открыла Дмитрию практически безграничную по своему размеру видеозапись.
— Выдели нужный отрезок, — отпустив руку, предложила она. – Потом объясню, что делать дальше.
Кивнув, Дмитрий пролистнул запись до нужной ему точки два года назад. Призадумавшись, он нажал на начало воспоминания и провел пальцем по экрану, пытаясь выделить кусок. К его счастью, это сработало, и он облегченно протянул руку с выделенным отрезком Вивьен.
— Славно, — стукнув дважды пальцем в выбранный отрезок, коротко сказала Вивьен. – Сохраню в отдельную папку.
— Эм, хорошо, — озадаченно сказал Дмитрий, но решил больше не спорить. Пока что, действия спутницы ничем плохим для него не оборачивались.
— Готово, — закрыв воспоминание, сообщила Вивьен и вернулась обратно на экран с папками. Теперь, рядом с «Фениксом» появилась еще и папка «Отрывки».
— И, что дальше? – получив свою руку обратно и зайдя в папку, спросил Дмитрий.
— Нажми и выбери «передать», — улыбчиво ответила девушка. – Так твой кармашан будет готов к транспортировке воспоминаний в другой кармашан.
Немного смутившись, Дмитрий все же кивнул и сделал, как она просила. Протянув Кирстен руку, он вдруг почувствовал сильную головную боль. Перед глазами вновь пролетели воспоминания о трудном задании, которое он выделил на своем экране и теперь передавал продавщице.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *