Семь кругов Арены 2: в погоне за Апокалипсисом. Часть первая.

Глава 5. Натанаэль

— Пуля явно быстрее меня добралась до этого места,… — тяжело дыша и стоя на краю огромной, огненной ямы, проворчал себе под нос Дмитрий. Оглядевшись по сторонам, и стукнув два раза по стеклышкам очков, от чего те из зеленых стали черными, он убрал ночное видение, заменив его защитой от яркого света, исходящего от пламени.
Едва формирование нового покрытия завершилось, Дмитрий поднял перед собой руки. Щелкнув несколько раз пальцами, он какое-то время смотрел на искры, хаотично скачущие из стороны в сторону перед ним. Резко махнув руками, он сильно всколыхнул искры, но вместо того, чтобы разлететься – они наоборот набросились на тело своего создателя. Постепенно набирая скорость, пути искр стали расплывчатыми. Периодически соединяясь и вновь расходясь, им удалось создать вокруг Дмитрия пламенный кокон.
На мгновение, закрыв глаза и убедившись, что свободных мест на коконе не осталось, он вновь щелкнул пальцами. Резко сомкнувшись, огненный кокон оставил от себя лишь блестящее, красноватое покрытие на теле бойца, периодически мерцая, исчезая и появляясь вновь.
Поглядывая на мир через черные стеклышки, Дмитрий выпустил пламя из ладоней. Взмыв в воздух, и перевернувшись, он взял большой разгон, после чего стремительно метнулся прямо в самое пекло.
— Осторожно, опасная зона. Ожидается сильный ущерб здоровью, – прозвучал знакомый, женский голос из перчатки, но Дмитрий отказывался как-либо реагировать. Его одежда, кожа и кончики волос постепенно превращались в обожженные угольки, все ближе подбираясь к опасному состоянию.
Наконец, примерно на полпути к заветной цели, кожа не выдержала и на его руке, защищенной коконом, появилась микроскопическая, обугленная трещина, из которой, не заставляя себя ждать, под влиянием скорости – брызнула кровь. По мере расширения ранки, кровь оставляла за Дмитрием все большую красную полосу, практически моментально испаряясь в окружающем пламени.
Слегка поморщившись от боли, Дмитрий глубоко вздохнул и прибавил скорости, увеличив выброс пламени из рук. Вырвавшийся огонь, в несколько раз превышая собственного предшественника, выдал намного больше тяги. Не выдерживая перегрузок, кожа постепенно стала лопаться в разных местах, обдавая бойца собственной кровью.
В конце концов, впереди появилось очертание темноты. Последний рывок перед вечной мерзлотой нулевого рубежа. Практически захлебываясь от боли, Дмитрий вырвался из пламени перехода, пролетев еще несколько сотен метров вниз, пытаясь остановиться, и с силой врезался в бесконечные, песчаные просторы. Подняв вверх огромную тучу из песка и собственного пепла, Дмитрий откашлялся и вновь стукнул по стеклышкам. Повелеваясь желанию господина, покрытие стеклышек вновь приняло форму пластин, переворачиваясь и возвращая старый, зеленый оттенок.
Утерев кровь и оглянувшись по сторонам, он заметил приближение по пустыне человека. В нескольких сантиметрах над поверхностью, не шевеля собственными, кожаными, полуразложившимися крыльями, он уверенно летел в сторону появившегося гостя.
— Ох, неужели это опять ты, – лениво зевнув и махнув рукой в сторону поднявшегося в воздух песчаного бедствия, наконец, начал человек. После взмаха руки от летающего песка не осталось и следа, словно человек махнул не рукой, а гигантской резинкой по рисунку. – На кого теперь охотишься, пернатый? Кто-то из твоих подопечных опять сбежал?
— Натанаэль, не смешно. Все гораздо хуже, чем ты думаешь,… — сплюнув набежавшую кровь и отряхнувшись, недовольно ответил Дмитрий. Теперь образ человека окончательно можно было разглядеть. Помимо двухметровых, кожаных крыльев на спине, в нем не было ничего необычного. Аккуратные, длиной до плеч, белые волосы, торчащие из-под черного цилиндра. Высоко поднятый воротник черного плаща, едва ли хоть как-то скрывающего израненное и полное шрамов тело собеседника и длинные, черные мокасины. Завершал образ длинный, узкий клинок, опутанный цепями, проходящими под плащом и, по всей видимости, по всему телу.
— Будет тебе, не кипятись. Просто, когда видишь тебя уже не первый раз здесь, в моих владениях невольно догадываешься о твоих планах, – сняв цилиндр и театрально поклонившись, поддержал беседу Натанаэль. Во время выступившей на его лице улыбки, Дмитрию открылись два знакомых, заостренных клыка.
— Не слишком ли высокомерно? Ты здесь всего лишь пленник. А я пришел, чтобы дать тебе свободу, мой дорогой друг, – подойдя ближе и положив руку на плечо собеседника, попытался надавить на больную точку демона Дмитрий.
— Знаю я, какую свободу ты даешь. Слышал уже от Баала и Вельзевула. Они недавно с банши контактировали, так те много чего интересного о тебе рассказали. Свыше полумиллиона душ уже поглотил, ненасытная сволочь? – аккуратно смахнув руку Дмитрия с плеча, нахмурился Натанаэль. Неожиданно, прямо из-под его плаща вылетела маленькая, голубая искра, моментально влетевшая в очки собеседника, выдавая ему на стеклышках кучу разной информации. – Что за черт?
— Четыре сотни тысяч душ на твоем счету, демон. Не правда ли? – слегка усмехнувшись и рассмотрев цифры, перебил его Дмитрий. – Мои результаты почти вдвое больше. Как думаешь, сможешь ли ты меня одолеть, если откажешься от моего предложения?
— Будучи поглощенным тобой, я просто растворюсь в безграничном пространстве твоего бессознательного «я». Как думаешь, мне хочется иметь столь бесславную смерть? – опустив аккуратно ладонь на рукоять клинка, подернув глазом, слегка рассердился Натанаэль.
— А если я скажу, что мне удалось найти способ выпускать души на свободу? – потянул Дмитрий, чтобы демон смог расслышать каждое слово в отдельности.
На мгновение, наступила тишина. Вышедшие из орбит глаза демона давали прекрасно понять, что обратный поглощению процесс невозможен.
Воспользовавшись паузой, Дмитрий замахнулся металлической перчаткой и помчался на демона, метя ему в лицо кончиками блестящих пальцев.
Слегка опешив, Натанаэль успел заблокировать удар. Сотни искр разлетелись в стороны, разрываясь и превращая поле боя в очередной клубок пыли. Защищаясь рукавом от взрывов и клинком от ударов Дмитрия, демон постепенно стал отходить назад.
— Что же ты не достанешь оружие, пернатый? – покинув зону с пылью и взмыв в воздух, усмехнулся Натанаэль. – Своей перчаткой все бьешь меня. Думаешь, выйдет?
Выронив клинок, демон замолчал. Прямо через его лоб прошла насквозь пуля из черного пистолета Дмитрия. Пытаясь оправиться от выстрела, Натанаэль почувствовал, как его тянет вниз. Все попытки пошевелиться лишь усугубляли положение. Однако, перед самой землей он неожиданно увидел, как под ним сверкнула вспышка пламени. Секундой позже, металлические пальцы Дмитрия схватили его за лицо.
— Так я и думал, – усмехнулся Дмитрий. Держа Натанаэля перед собой, он слегка раздвинул пальцы, пытаясь поймать его взгляд. – Как и любой бэрд, как любой амарант, ты лишь кучка душ, соединенных в одном теле. Ты не способен понять всей той прелести обладания таким числом поглощенных, готовых отдать себя, чтобы защитить собственного господина.
— Что,… что ты задумал? – пытаясь вырваться из захвата Дмитрия, болтая ногами и заикаясь, спросил Натанаэль. Хоть рана в голове уже и успела затянуться, новая душа, пришедшая на место убитой, еще не успела запустить себя на полную мощность.
— Обещаю, друг мой. Я найду способ. И обязательно освобожу тебя, когда все закончится, – сдавив пальцы и пройдя сквозь череп, пообещал Дмитрий.
Взвыв от боли, Натанаэль еще несколько секунд пытался сопротивляться. Мгновением позже, от бойца и величайшего из бэрдов – осталось лишь обмякшее, бездыханное тело в руке Дмитрия. – Баал! Я знаю, ты слышишь меня! Позаботься о его теле, пока я не вернусь!
Закончив поглощение, Дмитрий с силой кинул мертвое тело в сторону бесконечных просторов пустыни. Едва оно покинуло его руку, его поглотила громадная песчаная волна. Практически также мгновенно, как и появилась, волна растворилась в песках, не оставив и следа от своего прибывания.
Оглядевшись по сторонам и перекрестив ушедшее в пески тело, Дмитрий посмотрел вверх. Впереди его ждал очередной неприятный проход через пламя. К тому же, теперь нужно было вернуть Рафаэля из лап банши, а это также могло оказаться проблематичным.
Стукнув два раза по стеклышкам, от чего те вновь стали черными, он воссоздал вокруг себя еще не успевший до конца исчезнуть красный, блестящий слой и выпустил из рук пламя. Движение вверх было более трудным и болезненным, но все же теперь ему просто необходимо было сделать это. Иначе весь его спуск сюда был просто пустой тратой времени.
Задержав дыхание и предвкушая предстоящий жар огненного пекла, он выпустил очередной столп пламени, устремившись вверх через огненный проход.

— Рафаэль еще у вас? – прорвавшись сквозь пламенную бездну и успешно добравшись до пятого этажа, первым же делом спросил окровавленный Дмитрий, повергнув в небольшой шок обитателей просторов. Едва он прекратил движение, вокруг сразу же слетелось несколько банши, смотря на него своими бездушными глазами и понять, почему комментатор весь окровавлен.
— Мы отправили его наверх вместе с Камикадзе. Решили сами не предпринимать никаких мер до получения приказа сверху, лорд Феникс, – поклонившись, язвительно заговорил один из банши. – Сожалею, если это граничит с вашими планами, но все же ему безопаснее находится в башне владыки, чем среди тех, кто питает лютую ненависть к представителям белокрылых.
— Замечательно. Меньше веса тащить, – отдышавшись и усевшись на камень, потихоньку вытирая собственную кровь, облегченно проговорил Дмитрий. На миг, переведя взгляд на потолок и мысленно считая расстояние до поверхности, он вытащил из кармана плаща пачку сигарет и нервно закурил.
— Не знал, что вы курите, – хмыкнул второй банши, взглянув на сигареты. – При правлении Комментатора во время боев за вами этого не было замечено.
— Знаешь,… я всегда хотел попробовать это при жизни, – выпустив небольшой клубок дыма, тут же ответил ему Дмитрий. – Потом решил, что состарюсь, отойду от дел и тогда уже попробую. Но так и не удалось. Говорят, что курение убивает. Формально, будучи мертвым, я неуязвим для подобной нелепой смерти, верно? – усмехнувшись, Дмитрий поднялся с камня и направился в сторону еще не заделанной дыры. Словно следуя за мессией, банши медленно, паря над поверхностью этажа, направились за ним. – Мелочь, а так приятно. И земную жизнь не испортил, и вечные муки свои в аду разнообразил хоть.
— Не знаю. По-моему, курить мерзко. Но, вам решать, – пожав призрачными плечами, банши развернулся и направился вглубь темноты этажа. Словно повинуясь невидимому приказу, оставшиеся сопровождающие комментатора направились следом.
— Неужели, амаранты опять? – хмыкнул себе под нос Дмитрий и вновь стукнул пару раз по своим очкам, вернув их в изначальное, оранжевое состояние. Вздохнув и пытаясь всмотреться в темноту четвертого этажа через пробитую Вельзевулом дыру, он щелкнул окурок в сторону и вновь выпустил из своих рук пламя, исчезнув в темноте пробоины.
Этаж за этажом, где крики мучеников перебивались лишь трепетанием черного плаща Дмитрия, развивающегося на лету, ему удалось быстро выбраться на поверхность. Теперь он был готов для боя. Вместе с поглощенной душой бэрда Натанаэля, общее их число уверенно и упрямо двигалось в сторону миллиона. Не важно, насколько силен враг, ему уже, как минимум, удастся дать ему хороший бой. А при удачном стечении обстоятельств еще и одержать победу.

Глава 6. Ад в ледяных оковах

— Как больно то,… — сидя за столом на крыше высокого здания, постепенно стала приходить в себя Мишель. – Михаил, или как там тебя. Что произошло?
— Черепно-мозговая травма. Один из легких способов вызвать кому, – закинув ногу на ногу, сидя напротив девушки, усмехнулся архангел. – Но не стоит бояться. Обычно такие вещи проходят бесследно. Может, шишка будет, но не более.
— Ты меня дубиной ударил, что ли? – нахмурившись, девушка встала из-за стола и подошла к краю крыши. Окружающий вид был невыносимо знаком ей, словно она уже не раз побывала здесь. Защитные стены Годграда и водные просторы, которые должны были сдерживать любую попытку вторжения. С каждым новым кругом города – старые стены оставляли, а центр развивали вверх настолько, насколько позволяли опоры. – Скажи, а как мы тут оказались? – подняв взор к небу и разглядев там лишь отражения снующих внизу людей, она повернулась в сторону Михаила. – И где именно «тут»?
— Мы внутри твоего сознания, – повернувшись в сторону девушки, ответил Михаил. – Это твой мир. Я немного позволил себе повольничать и покопался в твоей памяти. Насколько я понимаю, это балкон твоей бабушки?
Девушка промолчала и отвернулась обратно в сторону края крыши. Она бывала здесь всего пару раз за свое детство, но картинка сильно отпечаталась внутри ее памяти. Свою русскую бабушку, Светлану, она помнила лишь образно. Единственное, что сильно запомнилось, это ее улыбка. Она никогда не сходила с лица престарелой дамы.
— Да, это ее балкон,… и вообще! – резко обернулась Мишель в сторону архангела. – Я же вроде сказала, что не хочу участвовать в твоей вакханалии!
— Хочешь или нет, теперь у тебя нет выбора, – разведя руками, попытался состроить миловидную улыбку Михаил. – Ты уже здесь, а значит, только я смогу вернуть тебя обратно.
— Разве не ты только что говорил, что это мой мир? Мое сознание? – подойдя вплотную к архангелу, хмыкнула девушка. – Я же могу просто стереть тебя отсюда, верно?
— Ну, так легко у тебя это в любом случае не выйдет. Должно пройти какое-то время, чтобы мозг окончательно осознал мое присутствие и помог тебе в выборе правильного решения. Как бы там ни было,… — пытаясь уйти от неприятной темы, архангел встал с места и подошел к краю крыши. Подняв вверх руки, он поводил ими из стороны в сторону, словно что-то стирает.
Мигом позже, отражение людей рассеялось, словно туман, а вместо ожидаемого лазурного неба – взгляду Мишель открылась картина в виде гигантских чертежей. Усеяв собой все небо, тысячи схем, схематически изображающих процесс сборки того или иного вооружения, были больше похожи на отражение огромной библиотеки.
— Значит, ты копался глубже, чем я подумала. Ты бессовестное животное, знаешь? – наконец, придя в себя, недовольно заметила девушка. Все планы, что теперь украшали собой небосвод – были знакомы ей, как собственные пять пальцев. Отцовский кабинет, замечательный источник столь необходимой мозгу информации, практически весь он теперь был потолком ее собственного, внутреннего мира.
— Это лежало на поверхности. Их там настолько много, что я даже не стал все просматривать, – все еще открывая новые и новые участки на небе, вздохнул архангел. – Мне бы просто не хватило времени на это.
— Понятно. И зачем ты кидаешь их на небосвод, мой белокрылый друг? – встав рядом с вторгшимся в ее сознание существом, съязвила девушка. Едва вопрос был задан, Михаил опустил руки, переведя взгляд на слегка смутившуюся Мишель. – Что-то не так?
— Твое сознание, человеческий детеныш. Пока твоя душа находится здесь, а не в теле, твоя сила практически безгранична, – присев на одно колено, чтобы глаза были примерно на одном уровне, попытался объяснить ситуацию архангел. – Попробуй что-нибудь воссоздать из того, что ты помнишь.
— Предложение, конечно, интересное, – приподняв руку, потянула девушка. Сдвинув брови, она старательно посмотрела на кончики пальцев.
Сжав руку так, словно держит пистолет, Мишель наставила руку на собеседника. Закрыв глаза и положив вторую руку поверх первой, она принялась за воспроизведение процесса сборки одного из последних видов вторичного оружия для бойцов Годграда.
Едва процесс восстановления достиг своего апогея, вокруг рук появилось легкое, призрачное свечение. Отовсюду, маленькими шариками, словно насекомые – в ее руки влетели сотни металлических кусочков, постепенно формируя облик пистолета в ее руках. Новая разработка, последняя модель «грифона», оставляя на лбу архангела яркую, красную точку, сформировалась за считанные секунды.
— Можешь попробовать выстрелить. Твои боевые припасы должны быть бесконечными, – слегка смутившись от наставленного на него оружия, попытался хладнокровно продолжить диалог Михаил. Приготовившись к выстрелу, он зажмурил глаза. В следующий миг, лоб ощутил легкое прикосновение.
— Бах. Сойдет за месть? – убрав оружие, усмехнулась девушка. Архангел на данный момент интересовал ее меньше всего. Куда больше восторга вызывало оружие, появившееся из воздуха.
— Вполне, – потерев лоб, хмыкнул Михаил, поднявшись на ноги. Замахнувшись руками и дождавшись появления в них дубины, он с силой ударил по воздуху, оставляя острыми шипами прорез в пространстве. Наконец, когда он убрал оружие, прорез раздвинулся. Теперь он чем-то напоминал портал. – Буду считать, что ты готова. Пойдем?
— Разве не ты говорил, что у меня нет выбора? – тяжело вздохнув, потянула девушка, сделав первый неуверенный шаг в безграничную пустоту. Едва ее стопа коснулась чего-то твердого, девушку мигом втянуло внутрь.
— Буду считать, что ты очень хочешь мне помочь, – проводив взглядом исчезающую девушку, съязвил напоследок Михаил. Прокрутив дубину в руках и заставив ее исчезнуть, архангел шагнул следом.
Как только архангел покинул внутренний мир девушки, портал затянулся. Свет погас, а здания развалились, словно карточный домик. Осталась только тьма.
Мишель и Михаил навсегда покинули землю. Местом назначения была планета из их собственной галактики – Эльтрас, населенный истинными блюстителями морали и чести, Элирами.

— Апчхи! – послышалось еще издалека со стороны зала Люцифера, едва Дмитрий вошел в коридор.
Слегка смутившись от звука, он прибавил шаг. Выпавший снег и наступившая темнота, встретившая его после выхода из Кайнакена, теперь остались далеко позади. Куда больше интересовало повторяющееся чихание из палат владыки ада.
— Вот ты где, глист бесхребетный! Апчхи! – сидя за прожженным столом и укутанный заботливым Камикадзе в плед, тут же принялся отчитывать Дмитрия Люцифер. Вырвавшиеся сопли, словно кислота, оставили на столе еще несколько дыр. – Ты какого черта там внизу натворил? Я думал, ты на амарантов пойдешь охотиться! Апчхи!
— Натанаэль был слаб. Со всеми теми душами, что ему удалось собрать, операция обречена на успех, – холодно ответил Дмитрий, с легким недоумением смотря на простывшего Люцифера. – А с ним что? Еще в себя не пришел или симулирует? – заметив лежащего на полу Рафаэля, продолжил расспросы Дмитрий.
— Ему по голове сильно попало. Банши притащили его, но не знаю, как долго Рафаэль еще пробудет в этом состоянии, – создавая вокруг Люцифера небольшие, огненные шары, парящие в воздухе, даже не поворачиваясь в сторону вошедшего комментатора, ответил Камикадзе.
— Сожрал бы лучше Федора. От него все равно толку никакого. Апчхи! – попытался вставить свое веское слово Люцифер, но чихнув, попытался тут же уйти от собственного предложения. – Ты хоть понимаешь, что натворил, микроб? Три из шести адских солнц погасло. Это половина! Целая,… апчхи! Твою мать! Половина! Температура упала до рекордного минимума, дороги промерзли. Бои временно даже отменить пришлось, сейчас в срочном порядке грешников кидаем вниз, к амарантам. Молодчина, пернатый! Апчхи!
— Федора? У него же одна душа, верно? – копаясь в перчатке и слушая краем уха вопли владыки ада, неуверенно переспросил Дмитрий. Наконец, он нашел, что искал и нацелился на Рафаэля черным пистолетом. Получив подтверждение, что вероятность попадания абсолютна, он тяжело вздохнул и убрал оружие.
— Он бэрд. В отличие от тебя, он не стареет, если не заметил еще. Апчхи! – холодно заметил Люцифер, встав со стула и подойдя к Дмитрию, сверля его своими красными, а теперь еще и больными глазами. – Или ты не знал?
— Не имел доступа к этой информации, Люсь. И вообще, ты болеешь. Хватит тут свои бациллы разносить, – легко стукнув кулаком в плечо Люцифера, за что тут же получил подзатыльник, съязвил Дмитрий. – Что будем делать дальше то? Рафаэль покинул этот бренный мир, а без него – как-то особо не удастся мне смотаться отсюда. Э, Люсь? – ошарашено глядя, как демон пытается ногой пробудить спящего архангела, неловко добавил Дмитрий.
— Что делать, что делать. Как не грешник, прямо. Помогай будить. Камикадзе! Апчхи! – резко обернувшись в сторону своей сиделки, чихнул Люцифер. – А ну, буди его!
Молча кивнув и создав легкий, водяной шарик в руке, подышав на него холодным паром изо рта, Камикадзе запустил его в сторону архангела. Разлетевшись в воздухе на капли, вода покрыла почти всего Рафаэля. Резко вскочив, архангел ошарашенно схватился за стену.
— Вы это чего? – забыв, что он промок, едва заметив дыры на полу от соплей Люцифера, первым же делом спросил архангел. – В меня целитесь?
— Хотелось в тебя, но,… не получилось как-то, что ли, – пожав плечами и лениво направившись в сторону своего законного стула, хмыкнул Люцифер. – Так что, мы уже закончили свои дела. Можешь приступать ко второй фазе. Если не забыл, конечно, про разработку Федора. Апчхи!
— Спасибо, – кивнув протянутой руке Дмитрия и поднявшись, благодарно посмотрел на него Рафаэль. – Нет, не забыл. Еще с первых дней у тебя ж хранится, нет?
На мгновение остановившись, демон подернул бровью. Быстро пощупав себя по карманам, он кинул взгляд на свое огромное тело, покрывшееся легким слоем инея от резко упавшей температуры.
Скинув с себя плед и выпустив из кольца косу, он разделил ее на две части, соединенные между собой цепью. Запустив одну из них в сторону потолка и зацепившись за что-то, владыка ада быстро забрался к месту своего заточения. Практически провалившись между мышцами, чуть ли не балансируя на краю пропасти, виднелась небольшая коробочка с прозрачной крышкой. Под ней виднелась красная ампула, в которой словно была заточена некая крошечная вселенная.
— Вы ничего не видели, – убрав оружие, подняв коробку и в очередной раз благородно чихнув, недовольно начал возмущаться Люцифер. – Да, все на месте. Я это, проверял тебя, архангел.
— Мне не трудно создать новую, сам знаешь. Но для этого пришлось бы возвращаться обратно в рай, а меня там на данный момент не особо ждут. Сейчас Грейс заправляет поисковыми отрядами. И лишнее вмешательство в их работу было бы нежелательным.
— Оправдаться не удалось, знаешь ли, – усмехнувшись, вставил Дмитрий, краем уха слушая речь архангела и наблюдая за спуском Люцифера обратно с гигантского, демонического тела. – Значит, процесс уже запущен, белокрылый?
— Да. По всей видимости, до финальной стадии осталось совсем немного. Если память мне не изменяет, то в две тысячи тридцать втором году они уже успели выкрасть тотем с земли. Из-за вмешательства в земную жизнь началось ужасное восстание, которое чуть ли не стерло половину вашей расы, – с легкой ухмылкой наблюдая, как чихающий демон пытается отмахнуться от Камикадзе и его пледа, все же с серьезным лицом закончил архангел.
Перебивая разговаривающих, постепенно увеличивался нарастающий шум каблуков Люцифера. Молча подойдя и недовольно покосившись на Дмитрия, он отдал коробку Рафаэлю.
— Это что за демонстративное молчание было, м? – поведя бровью, нарушил тишину Дмитрий.
— Ты специально, да, слово «демон»стративное использовал? – словно обиженно, хмыкнул Люцифер, переведя взгляд на Рафаэля. – Я еще успею ему отомстить. Пернатый, красная или синяя?
— Что «красная или синяя»? – слегка смутившись, переспросил Дмитрий.
— Таблетка. Мог бы и подыграть. Апчхи! – едва выпятив нижнюю губу, обиженно чихнул демон. – Отдавай ему, пусть проглатывает.
— Опять старые фильмы смотришь, Люсь? – недоверчиво вглядываясь в содержание ампулы, протянутой архангелом, попытался съязвить Дмитрий.
Взяв таблетку, он на секунду приподнял ее вверх, все еще теша себя надеждами разглядеть содержимое, и проглотил. Едва дойдя до пищевода, таблетка лопнула, а черная субстанция внутри нее разлетелась по организму. Мигом позже, Дмитрий потерял сознание, улетая в бесконечную тьму своего внутреннего мира.
— Быстро на него подействовало. Надо будет взять у тебя на заметку ре,… ре,… апчхи! Блин. Рецепт таблетки этой оставишь, а то надоедает до жути. Мне даже это чихание столько недовольство не доставляет, как этот полудохлый микроб, – довольно посмеиваясь над завалившимся на пол комментатором, перебил наступившее молчание Люцифер. – Слушай, а может его кастрировать, пока он это, без сознания?
— Делай, что хочешь. Он мне нужен в том мире. Да и не мне одному. Как думаешь, если ты его кастрируешь, он захочет потом помогать? – подмигнув, архангел разлетелся на тысячи маленьких, светящихся шариков, устремившись в сторону лба Дмитрия. Едва последний шарик достиг места назначения, бессознательный боец сделал резкий, глубокий вдох и вновь безмолвно замолчал.
Пожав плечами и благородно матюгнувшись, наконец, забрав у успокоившегося Камикадзе плед, Люцифер направился обратно, в сторону стола. По его расчетам, до поглощения обратно в гигантское тело оставалось немногим более пятнадцати земных минут. И лучше все это время побыть в теплом пледе, чем без него.

— Где,… где это я? – лежа на водной глади и пытаясь скрыть уши от тысяч воплей, исходящих со всех сторон, неуверенно поднялся Дмитрий. Вопреки всем законам физики и здравого смысла, вода держала его на себе, словно лист стали.
Оглядевшись по сторонам и не увидев ничего, кроме воды и голубого, ясного неба, он направился в случайно выбранную сторону. Однако, буквально уже через несколько шагов, он врезался во что-то невидимое, при этом прочное и явно больное.
— На твоем месте я бы аккуратнее перемещался. Не забывай, сколько у тебя душ поглощено, – прозвучал сзади ехидный голос.
Резко обернувшись, Дмитрий лишь краем глаза заметил, как растворяется образ недавно поглощенного им Натанаэля. Сняв на прощание цилиндр, и отвесив поклон своему хозяину, он окончательно исчез.
— От части, он прав. Поэтому, лучше отойди от клетки, – зазвучал совсем рядом голос. Улыбаясь, и словно из невидимой клетки, на него смотрел один из первых поглощенных им бойцов арены. Вестрок, боец, пытавшийся нарушить закон, и создавший в пределах арены оружие, которое не приобрел, был отправлен в пыточные залы, а потом уже и лично к Дмитрию за попытку бегства оттуда. Миловидно улыбнувшись на прощание отскочившему в сторону хозяину, Вестрок также растворился, как и его предшественник.
Словно выжидая какого-то определенного момента, перед Дмитрием из воздуха слетелось несколько сотен светящихся шаров, которые начали быстро собираться вместе. С прилетом последнего шара, получившийся образ окрасился и перед ним, с довольной ухмылкой наблюдая за слегка напуганным Дмитрием, появился Рафаэль.
— Добро пожаловать в безграничность твоего внутреннего мира, Дим, – опустившись на поверхность воды, начал архангел. – Нравится? Это твой собственный мир. Не особо ты трудился над его развитием, не правда ли?
— Фигуры. Образы. Я видел их раньше, – схватившись за воротник рубашки архангела, обрывочными фразами озадаченно и испуганно начал Дмитрий. Его кроваво-красные глаза смотрели на Рафаэля так, будто это был не посланник, а бог, пришедший на его спасение.
— Тише ты. Это поглощенные тобой души. Они не имеют ровно никакого права навредить тебе. Смотри, – махнув рукой в сторону, где недавно появлялся Вестрок, предложил Рафаэль.
Словно рассеявшийся туман, голубое небо расступилось, открывая бесконечные просторы клеток, где ступая по головам безликие, голые тела, истощенные от голода и ограниченности, пытались вырваться сквозь проржавевшие прутья гигантских клеток.
Едва заметив их, зрачки Дмитрия расширились. Словно ожидая реакции хозяина, прутья покрылись свежим слоем стали, окатив заодно и завопивших от боли пленников.
— Молодчина. Тебе нужно периодически заходить сюда. Если контроль ослабнет до самого низкого – они смогут вырваться на свободу и тогда тебе придется смириться с тем, что одна из душ покорит твое тело, свергнув твою собственную, – в легкой, хвалебной форме, попытался поддержать Дмитрия Рафаэль. Вместо этого, он лишь вынудил бесстрашного комментатора еще сильнее вцепиться в воротник рубашки.
— А как Натанаэль оказался вне клетки? Он же тоже должен быть поглощен, как пленник, верно? – наконец, успокоившись и отпустив архангела, задумчиво спросил Дмитрий. – Мой контроль над ним настолько слаб?
— Напротив, мой пернатый друг, – вновь прозвучал голос знакомого бэрда. Из-под воды, сидя на длинном, каменном столбе, выехал поглощенный недавно демон. Сняв цилиндр и наклонив на мгновение голову в сторону архангела, Натанаэль нацепил обратно головной убор и спрыгнул вниз, обдав брызгами хозяина. – Я не нахожусь в клетке, а существую в свободной форме только потому, что я согласен с твоими методами. Пусть наш бой и был коротким, но я успел за него ощутить всю твою мощь и всесилие, хозяин. Мне никогда не удавалось встречать еще столь сильного оппонента.
— Лестно. Принимается. Но, в чем именно ты согласен со мной? – нахмурив брови, недовольно спросил Дмитрий, едва бэрд замолчал.
— Все очень и очень просто. При жизни я стремился к власти. К всесилию. К многочисленным открытиям и новым победам. Сам я уже не смогу это сделать, как понимаешь, но находясь в тебе – я могу ощущать то же, что и ты. Видеть то, что видишь ты, если ты мне разрешишь, разумеется. Я могу даже думать, как это делаешь ты, – улыбнувшись и присев на одно колено перед Дмитрием, попытался, как можно более точно передать ему свои мысли Натанаэль. – Позволь мне стать твоей правой рукой здесь, где твоя власть столь же безгранична, сколь была моя в пределах нулевого рубежа Кайнакена. Я смогу сдерживать под контролем то, что не всегда способен ты, мой хозяин.
Махнув рукой в сторону Натанаэля, от чего тот растворился в пространстве, проговорив легкое «спасибо, хозяин», Дмитрий наивно перевел взгляд на Рафаэля.
— Браво. Никогда еще такого не видел. У него должно быть очень сильная душа, – пытаясь осознать, что только произошло, наконец, заговорил архангел. – Так, мы ж тут по делу. К тому же, теперь есть, кому контролировать твое бессознательное «я». Думаю, что он тебя не подведет, если он и правда хочет хоть чего-то добиться в своей загробной жизни.
Замолчав, архангел скрестил руки на уровне груди. Склонив на мгновение голову, закрыв при этом глаза и напряженно вздохнув, он резко махнул руками в сторону. Перья на его крыльях, равно как и у Михаила, покрылись легкой, металлической коркой, слетаясь и формируя оружие в руках белокрылого, постепенно приобретая форму двух, закругленных, заостренных и словно надкусанных в нескольких местах, клинков.
Прокрутив их пару раз в руках, и глянув на Дмитрия, он самодовольно улыбнулся и соединил клинки над головой, резко махнув и рассекая безграничное пространство сознания. Оставшийся зазор в точности до малейшей детали повторял то, что сделал Михаил.
— Ну что ж, я тогда первым пойду. Если что, смогу хоть прикрыть сразу, – убрав клинки и вновь переведя взгляд на Дмитрия, предложил Рафаэль. Дождавшись кивка с его стороны, архангел шагнул вперед, практически тут же исчезнув в безграничном пространстве перехода. Следом за ним шагнул и Дмитрий, создав темноту внутри собственного сознания.
На мгновение, клетки развалились и души хлынули из них с громкими криками и воплями. Последнее, что прогремело до появления полной темноты – звон цепи клинка Натанаэля и визг скованных ею душ. Теперь в его задачу входило сдержать их до того, как вернется Дмитрий, умчавшийся на бесконечные просторы вечных баталий и кровопролитных сражений. Его ожидал Орынд.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *