Реквием по Земле. Цена звёзд

Пролог

«Две тысячи пятьсот сорок седьмой год. Космос. Последний рубеж. Человечество достигло вершины технического и морального прогресса. Это история звездолёта…» и бла-бла-бла.
Всё это ерунда, скажу я вам. Наши предки, глупцы, считали себя центром всего, что будущее у их ног, и они способны предвидеть его. Какими же они были глупцами.
Не мы отправились покорять космос, а космос вынудил нас покинуть родную планету. Не прогресс открыл нам новые рубежи, а инстинкт самосохранения толкнул нас в неизвестность.
Человечество обленилось, покорив одну планету. И поплатилось за это.
Мало кто выжил, но, кому удалось, попытался забыть прошлое. Каждый новый варповый скачок сопровождался (и сопровождается) молитвами капитана и холодным расчётом траектировщиков.
Никаких других цивилизаций нет. Только мы, люди, на сотни парсек вокруг. И не мудрено, ведь наша Звезда на отшибе основного скопления Млечного пути.
Но о чём это я?
Ах, да, о будущем. Глазами прошлого.
Так вот. Его нет. Будущего у человечества нет. Только жалкие попытки выжить.
Пусть нам удалось развиться достаточно, чтобы достойно смотреть в чёрные глаза мироздания, но для следующего шага нужно ещё очень многое…
Например, побороть себя.

Отсчёт пошёл

Рассказ пойдёт об отряде контрреволюционного вмешательства Лямбда. После успешно выполненного поручения по подавлению мятежа колонистов в системе Бетельгейзе, бойцы отправились в плановый отпуск в созвездие Парусов, где ожидали встретить при полном параде рождение Сверхновой звезды Гаммы Парусов. Зрелище редкое даже по меркам вселенной.
Поскольку отряд числится под Канцелярией Межгалактического Спокойствия, этакой ветви власти, занимающейся координацией боевых сил, им был отведён личный крейсер с техперсоналом и пилотами-траектировщиками. Проще говоря, кроме непосредственно боевых действий, отряд Лямбда ничем так такого не занимался.
Но иногда, во время выходных, к ним наведывался инспектор от КМС с какой-нибудь проверкой или же с внеплановым заданием. Последнему отряд был больше рад, поскольку пухнуть на борту желания нет, а проверки зачастую заканчивались руганью с вышестоящим начальством из-за несуразных косяков.
— Рокки, подлей фирменного! Хочу встретить рождение сверхновой с улыбкой на лице.
— Ты и так лыбишься, как идиот, Доза. Смотри, напьёшься раньше представления да пропустишь всё.
— Такое шоу грех пропустить! Слыханное ли дело, рождается новая звезда на месте мёртвой. В следующий раз подобное будет только через несколько сотен лет в Антаресе. Так что не сри мне на мозг, тащи выпивку!
— Может всё-таки хватит? А то ещё по пьяни дорвёшься до штурвала и в эпицентр вспышки наш и без того видавший виды крейсер заведешь. Ладно, я привыкший к палящему солнцу, но ведь тебя Тюфя зашибёт за испорченный загар.
— Ещё бы я об него руки марала. Легче Лапу попросить. Он до сих пор тебе не может простить те сто кредитов, которые ты выиграл у него краплёной колодой.
— Сколько можно повторять, что колода не была мечена! Это производственная кодировка товара, которую я забыл стереть. А то, что я побеждал во всех партиях, только подчёркивает узость его мышления.
— Что ты там опять про меня брякнул?!
— Про тебя? Ничего! Говорю, нужно движковые лопасти проверить сходить, а то этим инженерам ничего доверить нельзя…
— Капитан Рокки, истребитель с метками Канцелярии Межгалактического Спокойствия запрашивает разрешения на стыковку.
— Вот и закончился отдых, не видать нам шоу. Связной, передай добро. Пошли встречать инспекцию, ребятки.
Так, сейчас, дав добро на стыковку, Рокки, командир отряда, готовился к худшему. Нет, он был толерантен, терпел всегда и всех до конца, но иной раз даже ему простительно вспылить.
Сам Рокки коренной уроженец Юпитера, откуда улетел при первой же возможности. А возможностей не так много: кораблём колонистов, торговым эскортом, либо в рядах новобранцев в регулярные войска Межгалактического союза. Последним путём и пошёл нынешний командир Лямбды. Два года подготовки, медаль с отличием, служба по контракту, и вот он теперь командует одним из лучших подразделений галактик.
В стыковочный док прошёл весь отряд. Точнее всего четыре человека, оставшиеся за пять лет в живых от десятка. Лучшие из лучших.
По именам они отвыкли называть друг друга ещё в армии, где каждый получал подвеску с двумя жетонами. На одном боевой номер единицы подразделения, на который выдавались документы. На втором – прозвище. Некоторые оставляли до конца службы его чистым. У некоторых одна надпись была набита поверх другой… Жетон Рокки был чист. Он не понимал особого смысла в позывных, но не лишал этой возможности своих бойцов.
Доза, например, прямой потомок первых поселенцев Марса, получил своё прозвище после одной из начальных своих операций, когда, опьянённый боем, опрометью побежал на баррикады противника с воплём: «Ещё!». Благо, от смерти его боги сохранили, но, впоследствии, оказалось, что с этим он бороться не может, что тяга к боевому азарту в нём перевешивает все инстинкты.
О единственной девушке в отряде, Тюфе, можно сказать немного. Родилась на одной из колоний Нового Света где-то среди созвездий класса SD, прошла нелёгкую школу в пограничном патруле, постоянно подвергающемся нападениям пиратов. История прозвища Рокки не известна, да и вряд ли кто-то другой знает её, поскольку весь взвод Тюфи был уничтожен во время карательного похода пиратского союза. Она одна чудом и выжила, когда её истребитель взрывной волной отбросило в сторону от сражения, а команда зачистки пролетела мимо. И, как водится, её наградили орденом и приписали, чтобы зря не терять кадр, ко вновь сформированному отряду Лямбды.
О Лапе можно говорить долго и с упоением – мускул отряда, который прежде делает, нежели думает, но, несмотря на это, он очень даже добрый и отзывчивый… Если его не обманывают. Ну а коли до него доходит, что его используют, то Лапа начинает злиться. Тогда виновнику лучше быть за пару парсеков от него. Прозвище он получил соответствующее своим способностям, когда неугодного ему человека он размозжил по стенке своей дюжей ладонью. И всё благодаря стероидам, которыми его напичкали в лаборатории генной инженерии и совершенствования человеческих возможностей. Этакий суперсолдат. Жаль только соображает туго, но для этого ведь и существуют командиры: чтобы вовремя направлять таких людей…
Отряд Лямбда встречал гостей у стыковочного шлюза. Был, конечно, ангар, где ждали часа истребители, но канцелярщики почему-то предпочитали классическую стыковку, используемую поныне только транспортниками из-за своих габаритов, не вмещающихся в ангаре.
Наконец, шлюз открылся.
Гордой походкой вышел представитель КМС в чине майора, сопровождаемый парнем в очках двадцати лет с папкой документов, видимо, секретарём.
— Приветствуем на борту крейсера «Флюгель-5», майор,- сказал Рокки.
Вся четвёрка отдала честь.
— Отставить. Капитан, не будем церемониться и пройдём на мостик.
Прогнав с мостика пилотную команду, отряд Лямбда остался наедине с канцелярщиком и его сопровождающим. Майор получил папку из рук помощника и отдал для ознакомления Рокки, параллельно уточняя:
— Через четыре часа,- сверился с часами,- двадцать две минуты и четырнадцать секунд звезда Гамма Парусов начнёт переход в стадию суперзвезды, что, наверняка, вам известно. С единственной обитаемой планеты системы были эвакуированы в срочном порядке все обитатели, кроме самым упёртых. В частности, на планете остались местные контрабандисты под предводительством мага Пронея.
— Кого? Мага?!- изумились бойцы.
— Ну, чародея… Не важно как его называть. Ах, да, вы же наверняка не знаете. Планета Вахра, так она называется, является единственной в галактике, где добывается радий тринадцатого порядка. Он излучает поле, меняющее структуру клеток, не вызывая лейкемии и иных отклонений. Таким образом, некоторые жители, топчущие его изо дня в день, а некоторые с рождения, обретают патологию к воздействию на электромагнитные поля окружающих объектов. Если же повесить небольшой камешек на шею человеку иной планеты, он с вероятностью в пару процентов обретёт такие же способности. Для обывателей, магические. На чёрном рынке эти камушки стоят миллионы, а на обычном их не продают из-за государственного запрета высшей категории секретности. Проней пытается урвать свой кусок, пока это возможно. Именно поэтому ваша задача его остановить как можно скорее. Наш патруль смог уничтожить его основной ангар, так что ему нужно всё перенести в альтернативный. Он где-то под землёй. Мы знаем примерное место, но напалм не достанет. Успейте не дать улететь ресурсу с планеты и выживите сами. Так, вкратце, звучит ваше задание.
— Но документы были подписаны четыре дня назад, почему так поздно вы прилетели?!
— Вы думаете, у меня других дел нет? В Калипсо началась война за урановые шахты между крупными торговыми корпорациями, три спецотряда КМС уже из кожи вон лезут, потеряли пятерых, а на Станции Объединённого Совета очередные дебаты на тему «Стоит ли урезать бюджет противокоррупционной политики, ведь мы за мир во всём мире». И везде должен быть я. Сейчас, между прочим, они думают, что я в гальюн вышел. Так что давайте не махать руками, а принимайтесь за дело.
— Ещё вопрос: здесь написано, что у нас пополнение бойцом поддержки. Когда он появится?
— А вот он,- майор указал на сопровождающего.
Парень вышел чуть вперёд и представился:
— Военный медик Николай Дроздов, рад служить, капитан.
— Вы шутите?- даже не посмотрел на паренька Рокки.
— Нисколько. Мы учли ваш запрос на бойца поддержки. Руководство признало необходимость добавления в отряд полевого медика, а Николай лучший выпускник междупланетного медицинского вуза.
— Но, сэр, простите за прямоту, но ведь он ещё юнец! И… медик, серьёзно? Первую помощь мы сами можем оказать, а серьёзное ранение даже профессиональный врач не залечит. Ладно бы инженера прислали там, снайпера, даже радиста… Но медика! Пацана! Даже не бойца, а штатского!
— Разговорчики, капитан. Он летит с вами и участвует во всех операциях. Я всё сказал. Приступить к выполнению.
Майор не стал больше слушать причитаний Рокки и отправился на борт своего истребителя, на котором спокойно полетел к Солнечной системе.
Капитану отряда Лямбда же ничего не оставалось, как отдать приказ вернувшейся пилотной команде отправляться к Вахре.
Бойцы прошли мимо Николая, не обратив на него внимания. Только Лапа хищно улыбнулся и похлопал его по плечу, отчего медику чуть было самому не понадобилась соответственная помощь.
Весь путь прошёл в скорой подготовке: Доза старался утопить в алкоголе своё безрассудство и хандру боевого настроя, Тюфя обновляла драйвера сенсорных датчиков считывания местности на предплечном планшете, в бою служившем в роли боевого наруча. Лапа прочищал от плазмы дула каждого орудия из своего арсенала. Причём, не малого. Рокки нигде не было видно, но Дроздов не отчаивался его найти. Как-никак, ему должно представиться своему командиру, а то, как тот отреагировал, Николай хоть не понимал, но осознавал, что надо положение как-то исправить.
Плутая по коридорам и расспрашивая персонал крейсера, Николай Дроздов дошёл до медицинского отсека.
Здесь ему не были рады.
— Молодой человек, прошу покинуть объект без предварительной обработки антисептиками и халата! Это стерильное помещение, а вы бактерии из технического отсека приносите,- возник перед полевым медиком немолодой белобородый дед в белых одеждах с нашивкой главврача.
— Но я…- хотел ответить Николай.
— Никаких но! Эти инженеры совсем оборзели, присылая сюда некомпетентных сотрудников для техподдержки. У нас всё цело, так что вон!
— Да нет же, я…
— Вон, я сказал!
И, ведомый привитой со студенческой поры привычкой послушания, Дроздов вышел из отсека, ещё ошарашенный, но что делать в таком случае он не представлял. Подумать только, оперативного медика выгнали из медотсека! К такому его не готовили…
— За мной,- приказал прошагавший мимо Рокки.
Секунда замешательства, и Николай уже догоняет уходящего куда-то капитана.
— Куда мы идём?- спросил Дроздов.
— К технарям в оружейную. Ты же не будешь в хламиде гражданского носиться под перекрёстным огнём. Кстати, как знакомство с товарищами-медиками?
— Продуктивно,- не решился ответить правдой Николай.
Дальше шли молча. И только перед входом в оружейный отсек Рокки неожиданно схватил правой рукой за грудь Дроздова и прижал к стене.
— Послушай меня,- зашептал на ухо выпускнику медвуза капитан.- Это не учебная скамья, где закрывают глаза на ошибки, где долги прощаются за красивые глаза, а зачёты покупаются. Это иной мир, здесь ослушание приказа – смерть. Ошибка – смерть. Побег,- сделал паузу Рокки,- смерть. Всюду будь рядом, если что-то происходит – принимай решение молниеносно, замешательство может привести к гибели. Меня нисколько не устраивает, что прислали тебя, но махать руками уже поздно, так что прошу тебя об одном – не сдохни сразу. Позволь судьбе поглумиться над тобой.
Капитан отпустил побелевшего Николая и вошёл в оружейную. Дроздов засеменил на дрожащих ногах следом.
— Здорова, кэп! Какими судьбами? Операция ещё не началась же.
— Нужно приодеть новичка, Гвидо,- обратился к разукрашенному смазочным маслом мужчине сорока лет с неопрятной бородой-лопатой.
— Сейчас всё будет, кэп. Малой, дуй за мной… Вот, примерь,- достал из закромов многочисленных полок тонкий комбинезон техник.- Это десантный разведочный костюм с вольфрамовыми щитками и масхалатным датчиком. Во всей галактике таких шесть. И все у меня. Ткань подгоняется автоматически под телосложение, обволакивая надевшего, будто вторая кожа. Энергопроцессоры на левом запястье, в грудной пластине и за голенищами, что позволяет максимально эффективно использовать возможности брони и стелса. В микросхемы вшит маячок для тактического планирования командиром. Термоустойчивость и прочие прибамбасы военных разработок также присутствуют, рассказывать лень, да и тебе не интересно. Зайдешь через полчаса, я обновлю прошивку к шлему на… Какая твоя специальность, кстати? Снайпер, штурмовик?
— Медик,- бросил Рокки.
Дроздов ещё не достиг стадии понимания происходящего, поэтому просто молчал и выполнял указания.
— Оу, медик, значит… ну, датчики сердцебиения прошью, может, ещё что-нибудь придумаю… Держи пока,- Гвидо протянул эфес меча.- Под кисть как?
— Эм… А зачем мне рукоять без клинка?- оторопел Николай.
— Дурной что ли. Вас в военной академии чему сейчас учат?
— А он не академский. Вышку заканчивал,- пояснил командир.
— Да ладно! И какими звёздами на фронт залетел, голубчик? Не уж-то провинился чем перед комитетом, что они на смерть сослать решили?
— Нет, товарищ, по личной просьбе. Петиции писал каждый квартал года, вплоть до завершения интернатуры на орбитальной медицинской базе системы Х-23,- с гордостью рапортовал Николай.- Когда я уже хотел подавать документы на постоянное устройство на работу, наконец-то, пришёл ответ. И вот я здесь.

— Неудачник,- многозначно вздохнул Гвидо.- Ладно, давай к насущному. Стрелять умеешь?
— Ну… один раз на стрельбище был…
— Понятно, значит, не умеешь. Тогда вот,- техник протянул Николаю оружие.- Это, как я его называю, плазмомёт для чайников. В стволе хромированная сетка, разделяющая сгусток на несколько маленьких, что усиливает убойный эффект, но снижает точность. Та же дробь. В упор такая штука прожжёт человека надвое, но на расстоянии, во-первых, нужно умудриться попасть, поскольку не знаешь, куда полетят сгустки, а во-вторых, они рассеются раньше. Тебе в самый раз. На рожон не лезь, но, коли припечёт, показать, на какой планете предтечи зимуют, сможешь. Две обоймы к нему. Каждая на десяток выстрелов и самопополняющаяся, но мало ли что. В бою ждать дозарядки бывает некогда.
Дроздов обречённо посмотрел на оружие в руке, повертел, будто оценивая, как бывалый вояка иной раз рассматривает вооружение только что вышедшего с конвейера истребителя и причитает, что, дескать, всё уже не то, что прежде, хотя по-прежнему круто.
— У тебя аптечка укомплектована?- осведомился Рокки.
— Да, капитан.
— Тогда марш в каюту АВ-20431, разложи шмотки и до прибытия на орбиту чтобы я тебя не видел.
Ничего не ответив, Николай ушёл, а Рокки, пропустив мимо ушей причитания Гвидо о суровости командиров и податливости новобранцев, ушёл на мостик.
Но до мостика он не дошёл. На промежуточном ярусе бухгалтерского отдела он заметил пустой конференц-зал. Подвластный прихоти, он заперся, сел за стол и вперил взор в матовую поверхность стола.
Изгибы притягивали, их пляс затуманил думы, вспоминались прошлые операции. Павшие соратники. Он сам, когда-то молодой и зелёный в академии. Фиаско на Орионе. Первый полёт на истребителе. Повышение до капитана крейсера. Приглашение в Контору. Даже знакомство со своим отрядом, названным в честь идола начала двадцать первого века вызвал настальгию.
А теперь этот новичок, которого нужно учить всему, что каждый боец обязан знать с первых дней учёбы. Рокки не понимал, это кара Предтечей или его карма? Теперь рядовое, пусть и не ординарное, поручение может превратиться из прогулки в приключение ценой чьей-нибудь жизни.
Он ещё много думал, вспоминал, но время не терпит, и сигнал с командного мостика о прибытии на орбиту вынудил его покинуть укромный уголок и вернуться на пост капитана.
— Отряду Лямбда проследовать в оружейную за амуницией,- отдал приказ Рокки.
Все ждали только его.
Лапа со своим плазменным миниганом устрашал Николая до колик, но присутствие Тюфи и Дозы вселяли надежду, что он успеет за них спрятаться от этой махины.
— Кэп, высокая облачность не даёт нам просканировать местность для манёвра посадки.
— Значит, придётся по старинки,- улыбнулся Рокки.- Наша задача найти и ликвидировать контрабандистов до коллапса,- донёс приказ до сведенья команды капитан.- Сверить часы… У нас три часа семнадцать минут.
— Три часа семнадцать минут,- вторили остальные члены команды.
Один Дроздов промолчал, толком не поняв, что требуется, посмотрел на экран рукавицы, отображавшие его биологические часы. И только последняя команда привела его в чувства:
— Всё, ребята, отсчёт пошёл.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *