Наследник

Через месяц король вернулся в Кристал Спрингс. Его встречали как героя: по обе стороны от дороги, ведущей через город к замковым воротам, толпились местные жители, с восторгом приветствующие Бриана и его воинов. Под копыта коням летели цветы. Дети и юные девушки срывались со своих мест и бежали за всадниками, а те с охотой брали их к себе в седло. Юный король улыбался, щурясь на солнце, которое так помогло ему в битве на разоренных землях Ворона. Он прошел свое боевое крещение, и теперь подданные могут гордиться своим повелителем.
— Поздравляю, Бриан! – донесся до его ушей знакомый голос, и с вороным конем юноши поравнялся рыжий скакун Грегора. Герцог улыбался во всю пасть, довольно постукивая пальцами по своему объемистому животу.
— А, Люцифер! – воскликнул молодой король. – Ты где пропадал все это время?
— Как это – где? – надулся тот. – В генеральских палатках, где же еще?
— Да? – Бриан вздернул брови. – А мне казалось, что все генералы сражались на передовой…
— Ну, ты же меня знаешь, — виновато развел руками Грегор. – Посмотри на меня! Разве я похож на воина? Я и в седле-то с трудом держусь…
— Все понятно! – рассмеялся Бриан. И не заметил при этом, как мрачно поджал губы ехавший следом за ними Ольгерд. Повернувшись, он поманил к себе одного из командиров и, наклонившись, что-то прошептал ему на ухо. Тот понимающе кивнул и слегка осадил коня, не спуская глаз с широкой спины Грегора.

Уже спускаясь с лошади во внутреннем дворе замка и выискивая глазами бездельников-конюхов, Бриан заметил, какая тишина стоит вокруг, какой порядок царит на тенистых аллеях парка. Каждый куст был аккуратно подстрижен, каждая дорожка, вымощенная разноцветным булыжником, чисто выметена и избавлена от редких травинок, пробивающихся в щелях между камнями. На круглой площади вновь забил фонтан – над белыми струями вовсю цвела радуга. «Меня ждут» — усмехнулся про себя юноша. Но где же вся охрана?
Солдаты нашлись, едва Бриан в сопровождении Ольгерда, Грегора и генералов вошел в главный вестибюль дворца. Солнечный свет тонкими золотыми нитями проникал в прохладный коридор сквозь витражные окна и наискось падал на каменный пол, устланный старыми, вытертыми коврами. Стеклянные картины изображали то царей древности в главные моменты их жизни, то богов, дарующих благословение Титрану – Бриан видел эти картины сотни раз и знал их наизусть. Но он даже не представлял себе, что на них можно молиться, как на золоченые портреты или гобелены, которых во всем замке было не сосчитать.
Стражники стояли на коленях в ряд перед каждым окном, молитвенно сложив руки на груди. Они даже не оглянулись, когда король вошел в вестибюль, а продолжали неистово шептать молитву!
— Что это такое? – воскликнул Ольгерд, выждав несколько минут. Тон его был не столько возмущенным, сколько даже одобрительным. – Его высочество вернулся в столицу с победой! В две колонны становись! Равняйсь, смир-рно!
Очевидно, к этому моменту солдаты закончили молиться, потому что разом вскочили с пола и встали друг за другом по стойке «смирно».
— Начальник дворцовой охраны! – рявкнул Грегор. – Что у вас здесь происходит?
— По распоряжению ее светлости графини Мариан, — ответил начальник охраны, сделав шаг влево. – Каждый день перед сменой караула мы молились за вашу победу и благополучное возвращение.
— Что я говорил? – улыбнулся паладин. – Молодцы! К смене караула приступить.
Стражники послушно развернулись, но в эту минуту за дальней дверью отчетливо зазвучал звонкий цокот каблучков, и в коридор вылетела запыхавшаяся Мариан в сопровождении двух фрейлин. Бриан сам бросился ей навстречу, едва увидев, какой радостью светятся ее чудесные глаза.
— Бриан! Ольгерд! – завопила девушка, заключая в объятия молодого короля. – Как я рада! Как я волновалась! Не серчайте на стражников – это я их заставила…
— Да если бы не вы и не ваши ежедневные молитвы, — рассмеялся паладин. – Висеть бы нам теперь на пиках степняков!
— Все благодаря твоему подарку, — улыбнулся Бриан, покрепче обнимая Мариан. – Он нам здорово помог!
Карие глаза уставились на него с легким удивлением.
— Правда? И как же?..
— Ну, так мы будем праздновать или нет? – в нетерпении вскричал Грегор. – Я думаю, не только мне хочется побыстрее наесться и выпить за здоровье короля!

На этот раз гостей даже не требовалось приглашать. К вечеру дворцовый сад уже был заполнен каретами и поток лордов и графов вместе с наспех собранными дамами заструился в замок. Никто не требовал накрытых столов и стюардов с подносами, однако повара постарались приготовить хоть какое-то угощение. Бриан лично распорядился принести из погреба несколько бутылок «Драконьей крови», правда, молодой, не желая все-таки баловать гостей.
Первыми прибыло семейство генерала Матиаса Хонгвула. Леди Лоретта, дородная черноволосая женщина лет сорока в шелковом бордовом платье, с вечно обеспокоенным лицом заслуженной матери, сразу прибежала в тронный зал и после краткого поклона без прочих приветствий заговорила:
— Позвольте поздравить вас с блестящей победой, Ваше высочество. Мы все очень беспокоились за Вас и за тех, кого отправили в этот поход. Скажите, где сейчас мой муж и наши сыновья? Как они себя чувствуют?
Бриан улыбнулся. За широкой спиной матери жались друг к другу, как птички на ветке, смущенные дочки – две прехорошенькие востроносые девочки лет семнадцати. Три их брата вместе с отцом ушли на битву в графство Ворона, и у короля были хорошие новости для генеральши.
— Генерал Хонгвул находится в добром здравии, он здесь, во дворце: паладин Ольгерд попросил его подняться в верхний зал Ордена. Все Ваши сыновья также живы и здоровы, но сейчас они вместе с остальными солдатами расположились в казармах. Если Вам угодно, я немедленно распоряжусь дать им отпуск.
— Благодарю Вас, Ваше высочество, — сказала леди Лоретта и сама расцвела в улыбке. Очевидно, страхи, владевшие ею все эти месяцы, в одночасье отпустили ее. – Мы более не можем задерживаться, но я еще раз хочу поблагодарить Вас…
Семейство генерала покинуло тронный зал, но на его место приходили все новые и новые гости. Жены полководцев с детьми и без, пожилые дворяне, родители и дальние родственники – прием закончился далеко за полночь, и молодой король смертельно устал. Мариан стояла рядом с троном, иногда отвечая гостям вместо Бриана, когда он утомленно смыкал веки и представлял себя находящимся где-то далеко от дворца.
Наконец, последняя карета выехала в город через главные ворота. Юноша поднялся с кресла, ставшего вдруг таким жестким, и, погруженный в какое-то забытье, направился к лестнице, ведущей в его покои. Мариан тут же очутилась рядом: обхватила его за талию и прижалась к его боку, помогая идти. Бриан молчал, но, когда они дошли до двери, ведущей в его комнату, он слабым голосом произнес:
— Останься со мной сегодня…
— Хорошо, Ваше высочество, — с готовностью ответила девушка.
Она распорядилась, чтобы охрана встала у входа снаружи; потушила все свечи в комнате; даже помогла Бриану раздеться и уложила в постель. Раздумывая, чем ей теперь заняться, Мариан не заметила, как улеглась на краю широкого королевского ложа и задремала. Юноша не беспокоил ее – только тихо сопел рядом. И, засыпая, девушка продолжала размышлять, что же она значит для этого молодого человека, одарившего ее, как она полагала, таким незаслуженным вниманием и заботой.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *