Изгнанные в никуда

Глава 3

Максимилиан:
Мысль о том, что нас ждет встреча с нечестивыми созданиями темных богов, не давала мне покоя всю ночь. Оказавшись в изгнании на забытом континенте, я понимал, что теперь опасности будут подстерегать меня на каждом шагу: нападение гоблинов в первый же день было тому подтверждением. Но к встрече с вампиром и демоном я – по крайней мере, духовно – был еще не готов.
Впрочем, утро принесло с собой некоторое успокоение, и постыдный для рыцаря страх растворился вместе с ночными сумерками. Погода выдалась такой же теплой и солнечной, что и вчера. Позавтракав, мы с эльфами свернули лагерь и отправились в лес на поиски существ, наводивших ужас на жителей окрестных деревень. Вспомнив, что говорили крестьяне, я пытался представить себе, что эти твари могли сделать с ребенком: даже на моей родине, в Империи Бестиаполь, известно множество подобных случаев. Однако Михаэль почему-то был твердо уверен, что с деревенским мальчишкой было все в порядке.
Несколько часов мы бегали по густым, тенистым рощам, окаймлявшим Лягушачьи Заводи, но безрезультатно. Нам пришлось свернуть на дорогу, уводившую на север, и подниматься по ней, сильно удаляясь от намеченного ранее пути. По правую руку от нас тянулись обширные пашни, пустые и заброшенные в это время года, а позади них сиротливо жались друг к другу крестьянские домики.
Когда солнце минуло зенит, мы вышли на поросшие соснами берега реки. Она брала свое начало из самого сердца болот и сверкающей на солнце лентой устремлялась по каменистому ложу на восток. Ни моста, ни переправы поблизости не было, и мы медленно побрели вверх по течению, пытаясь разглядеть среди деревьев хоть какое-нибудь укрытие, где могла бы спрятаться нечисть.
Поиски привели нас к большому скалистому холму, у подножия которого лежали в тени развалины старой церкви. Прямо к стертым от времени ступеням паперти вела едва различимая в лесной подстилке тропка. Солярный символ – трехрогое колесо на шесте – был сброшен с колокольни и расколот на несколько частей, витражные стекла выбиты, а по земле разбросаны обломки церковной утвари. От руин веяло холодом – верный признак затаившегося зла.
Все указывало на то, что человек давно покинул это место, и все же оно не было заброшено – свиде-тельством тому была вороная лошадь, которая паслась неподалеку, привязанная длинной веревкой к сосне. Никакого другого жилья или хотя бы его следов поблизости я не видел.
— Оскверненный храм – идеальное место для подобных тварей, — с довольной улыбкой произнесла Миранда и извлекла из-за спины кинжалы. – Ждите здесь. Пойду, посмотрю, что там внутри…
— Нет, — остановил ее Михаэль. – Если ты опять пустишь в ход оружие прежде, чем здравый смысл, у нас ничего не получится. Мы пойдем вместе и попытаемся договориться с ними, — темная эльфийка раздраженно фыркнула, но убрала клинки. – Держитесь поближе ко мне. Мы пришли с мирными намерениями, но они пока об этом не знают.
— Это тебе надо держаться ближе к нам, дипломат, — насмешливо отозвалась Миранда и первой вошла под каменный свод церкви. Я и Михаэль последовали за ней, оставив Тила и Гил на страже.
Притвор и наос встретили нас голыми стенами и обвалившимися кое-где потолочными балками. Между камней на полу проглядывали клочья желтой травы. Перегородка, отделявшая ныне пустующий алтарь от остального помещения, лежала на полу, а на ней – я невольно отшатнулся, когда разглядел их в сумраке – три человеческих скелета в истлевших ризах. Очевидно, когда-то эта церковь подверглась разграблению и осквернению, а ее беззащитные служители встретили здесь свою смерть…
Стояла гнетущая тишина, нарушаемая лишь свистом ветра в прохудившейся крыше. Однако я готов был поклясться, что слышал голоса, доносившиеся откуда-то сверху, но они затихли, едва мы переступи-ли порог храма. Судя по тому, как насторожились эльфы, от их чутких ушей это не ускользнуло.
— Жители этого места! – крикнул Михаэль. – Кем бы вы ни были, мы не причиним вам зла! Мы пришли предупредить, что люди хотят убить вас! Выходите!..
В ту же секунду над нашими головами раздался рассерженный рык, и из дыры в потолке прямо к нам спрыгнула суккуб: лицо перекошено яростью, кошачьи глаза горят огнем, когтистые лапы сжимают страшные зазубренные ножи. Действуя скорее по воле инстинкта, я схватился за рукоять палаша, но демоница бросилась на меня, с силой ударила копытами в грудь, и мы оказались на полу. Я был придавлен ее весом и не мог даже вдохнуть как следует.
— Слепые поборники света! – в бешенстве шипела она, хлеща себя длинным хвостом, словно кнутом. – У вас еще хватает наглости лгать?! Думали, если найдете нас, мы сдадимся? Я выпущу вам кишки прежде, чем вы вспомните свои поганые молитвы!
— Спокойно, — ледяным тоном произнесла Миранда – кинжалы снова очутились у нее в руках. – Приглядись и, может быть, поймешь, что мы не инквизиторы.
Суккуб снова зарычала и кинулась на темную эльфийку, выставив вперед острия ножей. Но серая сталь встретилась с фиолетовой, и Миранда оттолкнула нападавшую легким пинком в живот. Копыта с тяжелыми подковами высекли искры из камней, но демоница устояла и, ничуть не расстроившись, прыгнула снова, намереваясь достать эльфийку ударом снизу. Это был коварный прием, но Миранда с ловкостью зайца отскочила в сторону и сделала собственный выпад, однако промахнулась.
— Прекратите! – закричал Михаэль. – Мы пришли сюда не драться, а помочь! – Демоница обернулась к нему. – Жители деревни собираются выследить вас и убить, и мы здесь, чтобы не допустить этого. Скажите, что случилось с ребенком, которого вы похитили, и может быть…
— Меня никто не похищал! – раздался голос из дальнего угла зала, отгороженного от нас частью стены. – Манетт, остановись! Дай мне поговорить с ними!
По ступеням, спускавшимся со второго этажа церкви, к нам бежал мальчик лет четырнадцати, босой, в худой крестьянской одежонке. Мы с удивлением глядели на ребенка, который подошел к демонице и несколькими словами заставил ее убрать ножи. Потом он взглянул на нас: в глазах у него явственно читались страх и раскаяние.
— Значит, ты и есть сын деревенского старосты, пропавший два дня назад? – суровым тоном учителя, который отчитывает нерадивого ученика, спросил эльф.
— Д-да, — ответил тот, заикаясь. – Меня Хавроном зовут…
— Зачем ты ушел из дома, никого не предупредив, Хаврон? Селяне думают, что ты мертв. Твой отец серьезно болен, а соседи взялись за оружие, чтобы отомстить за твою смерть.
— Я этого не знал…. Н-но я сам пришел сюда! Они меня не похищали! Им требовалась помощь…
— Неужели тебе и в голову не приходило, что ты попал к самым страшным существам на свете? – закричал я, поднявшись на ноги и сумев, наконец, перевести дух после удара. – Только подумай, что они могли с тобой сделать!..
А тем временем на лестнице показалась еще одна фигура, с ног до головы закутанная в плащ. Она медленно приблизилась к нам и остановилась, никем не замеченная. Но, когда я закончил говорить, фигура сбросила с головы капюшон и произнесла тихим, глубоким, доносившимся как будто из другого мира, голосом:
— Я полагаю, нам стоит объяснить, как все было на самом деле. Конечно, мальчика следовало бы отчитать за побег, но уверяю вас, его поступок не был свидетельством глупости.
Даже храбрая Миранда, увидев его, отступила на полшага назад и крепче сжала рукояти кинжалов. Перед нами стоял вампир – высокий, худой человек средних лет с мертвенно-бледным лицом, на котором горели, словно два уголька, узкие черные с красным проблеском глаза. Одет он был довольно броско, но красно-белые одежды скрывались под плотным зеленым плащом; руки были спрятаны под перчатками.
— Мы направлялись на восток, к четырем городам, — продолжал вампир. – Но по неизвестным причи-нам нами вдруг заинтересовалась небольшая компания паладинов из Теола. Возможно, в ходе нашего путешествия мы имели неосторожность напасть на рыцаря, принадлежавшего к их ордену – хотя я постарался сделать все возможное, чтобы он не умер…. Так или иначе, паладины выследили нас и атаковали, но нам удалось спастись и даже оторваться от преследования.
— Они здорово потрепали нас в той битве, хотя их было немного, хвала Велиару, — подала голос суккуб. – Мы скрылись в лесах, и нашли эту старую церковь. Ее темная аура позволила нам восстановить силы, но пожить спокойно не получилось – местным крестьянам не понравились такие соседи, как мы.
— Выглядит правдоподобно, — произнес Михаэль. – Но при чем здесь ребенок?
— Они пришли к нам в деревню как-то ночью, — выпалил Хаврон. – Умирали от голода, просили хотя бы самого худого поросенка. Но отец пришел в ярость и выгнал их за околицу, а я все видел, и мне стало их жалко. В ту же ночь я утащил с отцовского двора поросенка и убежал из дома, а следы привели меня сюда. Они набросились на свинку, но Алексо ее крови было недостаточно, и я дал ему своей, — он закатал рукав грязной рубахи, стянул тряпицу, перетягивавшую руку ниже локтя, и мы увидели на темной от загара коже багровый разрез. – Так я и прожил здесь два дня, по ночам возвращаясь в деревню, чтобы утащить цыплят из нашего курятника. Это правда! Я помогал им, только и всего!
Повисло молчание: вампир, демоница и деревенский мальчишка ожидали, что скажут эльфы. Миха-эль обдумывал их слова, в то время как Миранда стояла между ними, словно стена, сверля недоверчивым взглядом суккуба и готовая снова, если понадобится, пустить в ход кинжалы. Что до меня, то я вовсе потерялся в этой истории, пытаясь понять, каким простодушием должен обладать человек, чтобы по доброй воле вверить свою жизнь милости самых злобных и жестоких из обитателей Рандалтая.
— Мы взяли с крестьян слово, что они не станут преследовать вас, если мы отыщем сына старосты и вернем его домой, — наконец, заговорил светлый эльф. – И мы сделаем это. – Мальчик угрюмо склонил голову в ответ.
— В таком случае мы просим вас о защите, — ответил вампир. – Без этого юноши мы погибли бы здесь, но угроза, исходящая от паладинов, все еще тяготеет над нами. Если бы вы согласились сопроводить нас хотя бы до Кенара…
— Мы сами идем туда.
— Выходит, нам как раз по пути, — вампир улыбнулся как можно приветливее, хотя от вида его жутких белых клыков стало только хуже. – Но, быть может, ваша конечная цель простирается дальше восточных городов? Слышали ли вы что-нибудь об Арзахеле?
— Город, куда устремляются все изгнанники в надежде обрести новую жизнь, — бесстрастно произ-несла Миранда. – Мы планируем отправиться туда после того, как подготовимся к такому длительному путешествию.
Вампир откинул в сторону полу плаща, снял с пояса небольшой мешок, судя по звуку, наполненный монетами, и протянул его нам.
— Мы можем внести небольшой вклад. Здесь пятьдесят гелионов , все, что было у того рыцаря. Немного, конечно, но я думаю, что этого хватит на самое необходимое. Мы тоже намереваемся найти этот Арзахель, и раз уж наши цели совпадают, то мы готовы оказать вам всякое возможное содействие.
Михаэль удивленно поднял брови, но с благодарностью принял из рук мертвеца этот щедрый пода-рок. Таким образом, в нашей и без того разношерстной компании появились еще два попутчика – вампир Алексо и демоница Манетт.

Если вы спросите меня, как я отнесся к такому повороту событий, то могу сказать без утайки: с ужасом. Когда я догадался о намерении Михаэля пополнить наш отряд нечестивыми тварями, то решил, что он шутит, но когда догадка подтвердилась, я пришел к выводу, что эльф, должно быть, спятил. Да с такими спутниками никаких врагов не надо! Уличив минутку, когда никто из них не мог слышать нас, я прямо поинтересовался у Михаэля, что заставило его принять такое решение.
— Когда я нашел Миранду, — ответил он мне. – У меня поначалу были те же мысли, что и у тебя. Я ведь хотел убить ее, но волки помешали мне. Вспомни, Максимилиан, что даже те создания, что принадлежат силам зла, не попадают в изгнание просто так – они оказались в беде, и им нужна помощь. Со временем ты привыкнешь к их присутствию.
Но я сомневался, можно ли привыкнуть к постоянному ощущению опасности, которая находится на расстоянии вытянутой руки от тебя. Нужно сказать, уверенности Михаэля не разделяла и Миранда – она все время была начеку и не сводила глаз с вампира и демоницы. Зная, что темная эльфийка бдительно следит за ними, я до поры до времени был спокоен.
Впрочем, наши новые друзья, если можно их так назвать, вели себя довольно миролюбиво. Алексо, как и полагается нежити, был существом молчаливым и скрытным; да и Манетт вела себя вполне в духе своего грязного отродья – ругалась, огрызалась, постоянно куда-то убегала и даже пыталась заигрывать с Михаэлем, хотя тот как будто не замечал этого. Я надеялся только на то, что мне не придется ожидать от них чего-то худшего.
Вечером того же дня мы оставили заброшенную церковь. Хаврон отправился к себе домой, перед этим очень сердечно попрощавшись с Манетт (та, впрочем, отнеслась к его робким признаниям довольно прохладно), а наш отряд продолжил свой путь. Вскоре мы вышли на широкую, укатанную дорогу, которая вывела нас на перекресток, а там по путевому указателю мы без труда определили направление.
Места здесь были тихие, и, чтобы как-то скрасить нашу безмятежную прогулку, Михаэль попросил новых спутников рассказать нам историю своего изгнания.
— Я не думаю, что вам нужно знать, какие события стояли за моим перерождением, — говорил Алексо. – Достаточно сказать, что я быстро достиг определенных высот в обществе немертвых. В этом мне помогал мой наставник, военачальник Мегрол – он считал, что у меня есть некоторые способности. Однако даже при поддержке такого могучего союзника я не пользовался уважением среди магов нежити. Более того, Мегрол сам оказался в центре невероятного клубка интриг, который сплел вокруг него лич по имени Шарас-Сохрен.
Все это происходило во времена тех судьбоносных событий, которые впоследствии получат назва-ние «Битва Совы и Ворона». Великий Магический Султанат объявил некромантам войну после того, как они покинули Сепи и обосновались на соседнем острове Халагаус. Однако магам требовалось время, чтобы создать армию зверолюдей, и они долго откладывали начало вторжения. Это позволило нам подготовить оборону, а Мегролу – создать пять артефактов, которые могли даровать нам победу: Мантию Мрака, Броню Паутины Душ, Лик Смерти, Меч Отчаяния и Корону Всевидящего.
К несчастью, подпольная деятельность Шарас-Сохрена и других алчущих власти личей принесли нам сокрушительное поражение в войне против магов. Мегрол был убит, а артефакты похищены заговорщиками, которые тут же исчезли с Халагауса. Однако мне удалось выжить, и с тех пор я пытаюсь исполнить последнюю волю моего учителя: отыскать этих предателей и отнять похищенные реликвии.
За несколько веков я объездил практически весь мир, побывал на многих материках и островах. Мне удалось найти и уничтожить четырех некромантов, отнять артефакты и спрятать их в старом поместье Мегрола. Но Шарас-Сохрена с Короной Всевидящего я не нашел. Поиски привели меня сюда, на забытый материк, и с этим путешествием у меня связаны самые большие надежды. В частности, надежда на появление союзников – и один такой союзник в лице Манетт буквально свалился мне на голову!
— Мой рассказ может показаться вам даже забавным, — продолжала суккуб. – Это была моя первая в жизни серьезная миссия. Я нашла свою жертву – симпатичного талантливого мага и… влюбилась в него. А он воспользовался этим и, когда я потеряла бдительность, отправил меня обратно в Геенну.
Какой там поднялся скандал! Где это слыхано, чтобы суккуб влюбилась? Князь, недолго думая, просто вышвырнул меня на улицу. Я долго скиталась по Геенне, пытаясь куда-то приткнуться – без толку. Я ведь ничего не умею делать, кроме как драться и соблазнять – да и то не так, как надо. В отчаянии я вернулась на Рандалтай, разыскала своего возлюбленного и попросила забросить меня в какой-нибудь отдаленный уголок мира, где я могла бы жить в полном одиночестве. Он тогда сжалился надо мной и открыл портал, через который я прошла сюда. Правда, выход был метрах в двух над землей… — она хихикнула. – Но внизу в это время стоял Алексо, и посадка была более-менее мягкой.
— Познакомившись, мы решили, что нам выгоднее будет держаться вместе, — добавил вампир. – Некоторое время мы просто бродили здесь без цели, прячась от солнца и отыскивая источники огня — видите ли, Манетт боится воды и вместо нее пьет языки пламени. Встречаться с местными жителями было опасно, но нам нужны были сведения о том, куда мы попали и куда можем пойти. В пути мы встретили некоего рыцаря, который… был столь любезен, что одолжил нам деньги, ножи и своего боевого коня. Что было дальше, вам уже известно.

Ночевать нам снова приходилось в поле, но на четвертый день, к полудню, из-за холмов вдруг выросли безмолвные каменные часовые четырех городов – сторожевые башни, окружавшие предместья с севера, запада и юга. Их серые стены были сплошь покрыты буро-зелеными пятнами мха, а с перил смотровых площадок под остроконечными крышами свисали уже выцветшие стяги. Должно быть, эти башни стоят здесь уже много веков, угрюмо взирая узкими окошками-бойницами на окружающую их пустошь, ожидая оттуда пришествия вражеской армии. Нас без особых расспросов пропустили через форпосты, поставленные скорее для красоты, чем по необходимости, и через несколько часов мы прибыли, наконец, к нашей первой цели.
Из четырех восточных городов богаче и ослепительнее всех выглядел Кенар. Ровные мощеные улицы, вдоль которых тянулись аккуратные городские домики, словно приглашали прогуляться по ним и полюбоваться царящими здесь порядком и чистотой. Черепичные крыши блестели в лучах заката; сиреневые флаги с изображением канарейки и полосатые навесы хлопали на ветру, будто аплодируя путникам, только что прибывшим в город. И везде, куда бы ни кидался взгляд, были люди – горожане, крестьяне, торговцы, комедианты, бродяги и еще много кто. Везде слышалась знакомая, трескучая и журчащая бестиапольская речь, хотя иногда попадались обрывки разговоров на тягучем, слегка шипящем брестольском диалекте или рубленые, резкие фразы на гномьем языке, носителей которого здесь было едва ли не больше, чем представителей моей расы.
Как я был рад оказаться в городе! И дело было даже не в долгожданной возможности нормально поесть, поспать в постели, а не на голой земле, и смыть с себя дорожную грязь. Кенар напоминал мне о Родине, и эти воспоминания, с одной стороны, причиняли боль, а с другой – придавали сил и уверенности. Я не знал, что ждет меня в будущем, но видел перед собой четкую цель, к достижению которой стремились мы все: каждый со своей причиной, но объединенными усилиями. Когда к прошлому отрезаны все пути – не будет ли мудрее отказаться от попыток вернуть его?
Мы сняли несколько комнат в таверне на центральной площади Кенара и до следующего дня отды-хали, приводили себя в порядок, обдумывали план дальнейших действий. Поговорив с местными жителями, мы выяснили, что ближайший горный перевал находится к югу от Пераваля, но его необходимо преодолеть до тех пор, пока не выпадет снег, иначе есть риск застрять там на всю зиму. Погода пока благоволила нам, но Михаэль говорил, что уже появились первые предвестники снегопадов, и нам следовало поторопиться.
Поэтому на следующий день после прибытия в город мы отправились на местный рынок, и этот поход ознаменовался для нас еще одним весьма полезным приобретением.

Осенью в Кенаре проходит грандиозное событие, называемое Ярмаркой четырех городов: сюда приезжают крестьяне со всех окрестных деревень, торговцы и ремесленники из Теола, Пераваля и Соррела, а также гости из поселений, расположенных по ту сторону Драконьих гор. Целый месяц длится один нескончаемый праздник: в городе проходят великолепные представления, людям на улицах раздают угощение, а среди товаров на прилавках можно найти диковинки со всех концов света. В разгар Ярмарки торговля идет бойко, но наш приезд пришелся на более позднее время, поэтому мы застали на рыночной площади только тех лавочников, чьи дела в этом году обстояли не так хорошо, как хотелось бы.
Мы брели по торговым рядам, разыскивая необходимые в походе вещи. Завидев нас, хозяева при-лавков необычайно оживлялись, очевидно, полагая, что у тех, кто обладает оружием, обязательно водятся и деньги. Но их ждало разочарование: цены на этом рынке были такие, что пятидесяти гелионов едва хватало на одну, самую маленькую палатку. Все мои попытки поторговаться ни к чему не приводили, а тут еще девушки замерли, как вкопанные, у навеса с красивыми меховыми курточками, и после безуспешных попыток увести их оттуда мы продолжили путь втроем.
— Видимо, придется нам зимовать в Кенаре, — удрученно сказал я, устремив взгляд себе под ноги. – Или найти способ заработать триста гелионов до вечера. Или отправиться в горы налегке.
— У нас есть в запасе еще несколько дней, — бодрым тоном произнес Михаэль. – Мы можем остано-виться в Перавале и поискать что-нибудь там. В конце концов, по словам здешних торговцев, переход через Драконьи горы не должен занять слишком много времени…
— Простите? – раздался голос позади нас. – Я случайно услышал ваш разговор. Вы собираетесь идти через перевал на юг?
Мы обернулись. По левую руку от нас, прямо на краю торгового ряда, возвышался темно-синий шатер, расшитый золотыми звездочками. У входа в него, придерживая рукой полог, стоял довольно тучный человек в цветастых одеждах, смуглый, с длинными каштановыми волосами, собранными в конский хвост. Его маленькие карие глаза на упитанном, улыбчивом лице смотрели прямо на нас, так что вряд ли этот человек мог обращаться к кому-то другому.
— Верно, — осторожно ответил Михаэль. – Вы хотите нам что-то предложить?
— Да, если вы согласитесь уделить мне немного времени. Вижу, вы недавно прибыли в Кенар, поэтому вряд ли знаете обо мне. Позвольте представиться: Сендабар Джалал Аль-Азим, боевой маг.
Мы по очереди назвали ему свои имена. Этот неожиданный собеседник нас очень заинтересовал, поэтому мы решили его выслушать.
– Как видите, я днями и ночами сижу в этом шатре, предлагая горожанам погадать или посмотреть на какие-нибудь пустяшные фокусы за пару золотых, — продолжал маг, подкрепляя жестами каждое свое слово. – Занятие это довольно прибыльное, но дело в том, что одаренному магу всегда хочется большего. Откровенно говоря, я устал мерзнуть в этой тундре и хочу перебраться, так сказать, в теплые края…
— В Арзахель, например? – усмехнулся Михаэль. Однако его шутка внезапно угодила в точку:
— А почему бы и нет? Я много читаю, и в некоторых старых книгах упоминается знаменитая арза-хельская магическая библиотека. Секреты, которые величайшие в истории чародеи унесли с собой в могилу, можно отыскать только там! Я был бы счастлив, если бы мне довелось посмотреть на нее хоть одним глазком…
— Так за чем же дело стало? – осведомился я. – Вы ведь маг. Открыли бы портал и сразу очутились на месте. И нас бы перенесли заодно.
— Сразу видно, что вы ничего не смыслите в магии, молодой человек, — Сендабар укоризненно покачал головой. – Во-первых, открыть портал, не имея портального ключа, не получится – вот и у меня его нет. Во-вторых, чем больше человек проходит через него, тем короче расстояние переноса. И в-третьих, в этой области странный магический фон, который сбивает настройку портала, а в этом случае нас может выкинуть куда угодно, только не в нужное место. Как видите, не все так просто…
— Так в чем же заключается Ваше предложение? – перебил его Михаэль.
— Ах, да, простите. Вы, насколько я могу судить, сугубо боевая компания, то есть полагаетесь только на грубую силу, так сказать. Но, согласитесь, всегда приятнее иметь за спиной надежного и сильного мага, который в случае чего может эту самую спину прикрыть? – Сендабар широко улыбнулся. – Вот мое предложение: вы берете меня в свой отряд и сопровождаете в Арзахель, а я взамен обеспечиваю вам магическую поддержку. Более того, я заплачу вам… ну, скажем… тысячу гелионов. Идет?
Я присвистнул. Мы, конечно, не какие-нибудь подзаборные наемники, но подобная сумма могла бы превратить весь наш дальнейший путь просто в приятную прогулку!
— Что ж, это весьма разумный довод, — согласился эльф. – Макс, Алексо, что вы скажете, если мы позволим господину Сендабару присоединиться к нашему отряду?
Мысль показалась мне замечательной, и я горячо поддержал ее – и не только из-за тех денег, что он предлагал нам за охрану. Испокон веков человеческий род был связан крепкими узами дружбы с мудрыми чародеями Сепи, потому что когда-то мы с ними были единым народом. Объединенные армии людей и магов сражались во многих крупных войнах, в том числе и против демонических орд, и слава об их победах гремела по всему Рандалтаю. Подданные Магического Султаната не оставляли Империю Бестиаполь даже тогда, когда авалонские эльфы отказывали нам в помощи. Поэтому я ни секунды не сомневался, что этот нескладный, но с виду очень веселый и добродушный чародей станет незаменимым звеном в нашей компании.
Алексо же сказал с плохо скрываемым раздражением:
— Прежде чем принимать такие решения, я думаю, стоит поинтересоваться у девушек, как они к этому отнесутся…
Глаза мага сверкнули, а лицо расплылось в улыбке.
— В вашей команде есть девушки? Потрясающе! Не сочтите за дерзость, но я очень люблю проводить время, свободное от магических изысканий, в компании красавиц – это, знаете ли, так вдохновляет…. Но где же они, в таком случае?
— Как раз направляются сюда, — ответил Михаэль и махнул рукой Миранде и Манетт, бегущим к нам в сопровождении волков.
Сендабар взглянул в ту же сторону – и вдруг с ним произошла разительная перемена: он стал похож на вора, застигнутого на месте кражи. Лицо его побледнело и вытянулось. Удивительно, но демоница тоже застыла как вкопанная, не сводя глаз с мага, которого должна была видеть впервые в жизни. Их немой диалог длился несколько секунд, после чего был прерван вопросом озадаченного Михаэля:
— Вы знакомы с нашей Манетт, господин Сендабар?
— Эээ, да… — протянул тот, судорожно вздохнул и отвернулся от суккуба. – М-мы встречались рань-ше… в прошлом. И, увы, эта встреча не принесла нам обоим ничего хорошего.
— Так вы и есть тот маг, который помог ей попасть сюда! – догадался я. – А что же случилось с Вами? Она как-то причастна к тому, что Вы тоже оказались здесь?
— Нет, слава Сулефану! Это произошло позже, когда я…. Ох, простите мне мою рассеянность! Гово-рить с достойными господами о делах и при этом даже не предложить им войти! Прошу вас… — и он откинул в сторону полог шатра, приглашая нас внутрь. Мы решили не обижать хозяина.
Сендабар усадил нас на шелковые подушки, которые были разбросаны по полу, достал из сундука поднос с серебряной посудой и угостил каким-то чудеснейшим напитком, который мне никогда раньше не доводилось пробовать. Устроившись во главе нашего круга и приосанившись под нашими вниматель-ными взглядами, он принялся рассказывать о себе:
— В Школе общих магических наук меня всегда считали одним из самых сильных и способных учеников. К сожалению, ничего хорошего не могу сказать в ответ об этих так называемых «наставниках», «магистрах» и так далее. Глупцы и слабаки! Слушать их нудную болтовню на уроках было подчас просто невозможно: что бы они ни говорили, я все знал наперед и гораздо лучше них самих. Гораздо интереснее было исподтишка наколдовывать им в кубки кактусовый спирт вместо воды или поджигать краешек мантии – ну знаете, это довольно примитивные и даже невинные школьные шалости. Думаете, меня ругали после этого? Нет! Меня боялись и уважали, вот так!
Когда я, наконец, вырвался из застенков Школы, у меня появился шанс поступить в Серебряный Университет Стихийной Магии – а это, на минуточку, недостижимая мечта многих молодых волшебни-ков. Я решил ухватиться за этот шанс и поступить сразу же, безо всяких проверок, бумажной волокиты и так далее. Если безголовые колдунишки, которые в разы слабее меня, умудряются туда поступить, то у меня не было никаких сомнений, что экзаменаторы не могли придумать ничего сложнее ледяной глыбы или создания фантома ближайшей пальмы. Но я не учел одного – слишком уж сильна на Сепи культура заговоров и подковерной возни. И, похоже, магистры тогда сговорились против меня.
В назначенный день я вместе с другими испытуемыми пришел на тренировочный полигон и, когда подошла моя очередь, с легкостью справился с пятью заданиями. Оставалось последнее, и тогда один из магистров сказал:
— А теперь, господин Джалал Аль-Азим, попробуйте оживить вон те кости, — и указал на скелет дракона на постаменте посреди полигона. Это было несложно: одно простенькое заклинание – и костяной дракон уже взлетает над площадкой. Но магистру этого показалось мало:
— Ну, это просто, только мое задание заключается не в этом. Оживить кости сумеет каждый дурак, а вот сотворить из них настоящего, живого дракона, способны очень немногие…
И вот тут я понял: обложили, шакалы. Применить некромантию или, на худой конец, создать иллю-зию было мне по силам, но воскрешение недоступно даже многим выпускникам Золотого Университета. Я начал что-то выстраивать, но допустил ошибку, и кости моментально рассыпались.
Мне тут же объявили, что я провалил экзамен, а за «недостойное поведение» приговорили к изгна-нию. Меня, Сендабара! Впрочем, я ничуть не жалею об этом. Если Султанат отказался от такого перспективного мага, как я, это говорит только об его непроходимой тупости. Я прошел в портал на забытый материк, захватив с собой волшебную палочку и карманный кальян, — тут Сендабар сделал паузу в своем рассказе и извлек из-за пазухи нечто, похожее на изящную бутылочку из хрусталя и золотистого металла с трубкой и мундштуком, демонстрируя ее нам. – Так что смерть от голода и скуки мне не грозила. В Кенар я забрел случайно, здесь же наткнулся на какого-то проходимца, который притворялся ясновидящим, и занял его место. Весть обо мне мгновенно разнеслась по всем четырем городам, и вскоре деньги потекли мне в руки. Но, конечно, мне хотелось чего-то более интересного и достойного моих талантов. Я был прекрасно осведомлен, что где-то на юге находится город, обладающий несметными богатствами, в том числе и магическими, но отправиться туда в одиночку не рисковал. А тех, кто согласился бы сопровождать меня туда, все не находилось – по крайней мере, до этого дня.

Выслушав рассказ Сендабара, мы еще раз обсудили его предложение присоединиться к нам. Манетт, похоже, была в восторге от такого предложения; Миранда долго молчала, но в конце концов согласилась, хотя и с неохотой, как мне показалось.
— Вот и прекрасно! – воскликнул маг, поднялся с подушки и направился к сундуку. Откинув крышку, он извлек оттуда сундучок поменьше и отпер замок с помощью какого-то заклинания. Золота в нем было действительно много. – Я вижу, у вас возникли трудности с покупкой снаряжения. Я прекрасно знаю этих торгашей, и боюсь, что без моей помощи вам не удастся приобрести хоть что-нибудь по приемлемой цене. Но не волнуйтесь – раз уж у нас теперь общая цель, я обеспечу нас всем необходимым!
На том и порешили.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *