Аргтэтрас. Книга первая. В поисках Велиаса

Глава 13. Ущелье дракона

С момента атаки прошло несколько часов. Постепенно покрываясь слоем песка и сливаясь с местным пейзажем, едва живой и периодически подергивающийся от боли Иван по-прежнему лежал у подножия бархана. Каждый удар редко бьющегося сердца разносился эхом по всему телу. Словно защищая хозяина от невыносимой боли, тело никак не хотело дать ему проснуться. Наконец, когда солнце почти скрылось за горизонтом, и пустынный жар сменился легким, прохладным бризом, он начал приходить в себя.
Поддерживая глаз в закрытом состоянии и тяжело дыша, Горычев все же поднялся на ноги. Его рука до сих пор прочно сжимала клинок, которым он пытался отбиваться от врага. Не успев даже понять, почему он не может выпустить из руки меч, Иван взвыл от боли. Спина, суставы, конечности – все разом защемило, не давая ему даже подвинуться.
Завалившись на песок, он кашлянул кровью и, опершись рукой, попытался встать. Перед открытым глазом все поплыло, а уже через пару секунд, в рот вновь набежала кровь.
Перевернувшись на спину, он вновь взвыл, но уже не так сильно, как раньше. Боль постепенно стала уходить.
Отдышавшись, он аккуратно дотронулся до пострадавшего глаза. Как оказалось, очень зря. Все, что он ощущал до этого – теперь ему показалось обычной царапиной. Несмотря на корочку из запекшейся крови и песка, успевшей образоваться у него на пострадавшем глазе, боль была просто невыносимой. Секунды растянулись в вечность. Теперь каждая попытка подвинуться сопровождалась новым приступом по всему телу.
Пытаясь терпеть боль, Иван замер. Постепенно, она отошла и, решив, что лучше пока будет не трогать пострадавший глаз, Горычев вновь встал на ноги, засунув клинок в ножны.
Быстро найдя взглядом второй, слегка засыпанный песком, меч, он медленно побрел в его сторону. Нагнувшись над ним, Иван замер. Несмотря на темноту, в нем отчетливо было видно отражение его лица. Как оказалось, глаз вовсе не был закрыт. Из клинка на него смотрел человек с одним нормальным глазом и вторым, бордово-красным, окруженным коркой. В центре красного глазного яблока красовалась маленькая, черная точка. Видимо, это был его зрачок, пытающийся пробиться через плотные слои полопавшихся сосудов.
Наморщив лоб и вернув клинок на историческую родину, в ножны, Горычев забрался на бархан. Кровь и останки уже почти не было видно под песком, а растерзанные лошади лежали неподалеку в куче. Видимо, мантикоры побросали их вместе, дабы позже придаться трапезе. Возможно, они пытались сбежать, едва всадники покинули их, но также тщетно, как и сами же всадники.
Сглотнув и заметив Зезету с выпотрошенным брюхом, Иван подошел к куче. Глаза верной лошади все еще были открыты и иссушены полностью от блуждающих по пустыне ветров.
Опустив ей веки и потрепав гриву, Горычев вновь огляделся. Тело Луксора было теперь похоже на вскрытые консервы. Когда-то блестящие, стальные доспехи на его растерзанном теле были изодраны практически в клочья. До такой степени, что туда спокойно бы поместилась лапа одного из этих странных существ. Почти все внутренности были выедены, а останки теперь разлагались в суровом пустынном климате.
От Вериана и вовсе не было видно даже следов. Решив, что его тело утащили с собой мантикоры, Горычев вытащил из кармана карту. Не имея ни малейшего представления, где именно он находится, ему оставалось лишь надеяться на благоговение удачи. Судя по карте, со всех сторон пустыню окружал лес, а примерно посередине проходила горная цепь, к ущелью которой изначально продвигалась команда.
Взвесив все за и против, Иван все же направился вглубь пустыни. В любом случае, продолжать путь было бы разумнее, чем остаться на месте или пытаться искать дорогу обратно. Да и сама перспектива получить потом письмо в виде «ха-ха, я так и знал, что ты не справишься!» не особо радовала пострадавшего Горычева.

Через несколько часов пути глаз вновь дал о себе знать. Только вместо боли, теперь он сбивал с толку Ивана, полностью окрашивая в красный цвет окружающий мир. За свое детство он привык периодически видеть красный мир, но в основном это проявлялось при эмоциональных перепадах. Сейчас же, мир словно сам выбирал, когда ему удобнее стать красным.
Неожиданно, в красной части мира промелькнула картинка. Вдалеке, среди песчаных барханов, спрятался небольшой оазис. Помотав головой и попытавшись взглянуть в том же направлении одним только здоровым, Иван слегка опешил. Здоровый глаз не хотел видеть ровным счетом ничего там, где красный увидел спасительный участок песчаных просторов. С несколько секунд подумав, стоит ли ему полагаться на больную часть тела или нет в выборе маршрута, Горычев все же направился в сторону оазиса. Терять все равно уже было нечего, а если глаз прав, то шансы успешно добраться до Самаркегана хоть как-то, да возросли бы.
Бредя в гордом одиночестве по холодному, ночному песку, Иван вдруг заметил, что картинка перестает быть красной. Больной глаз, оказавший ему огромную услугу в обнаружении спасительного водоема, вновь захлопнулся, не желая слушаться хозяина.
Решив не отвлекаться на эту проблему, Горычев ускорил шаг и уже вскоре его ноги ступили на мягкий, зеленый, травяной покров, окружающий собой небольшой пруд. Завалившись на колени и прильнув к воде, он вдоволь напился и умыл лицо. В воде отражение было видно куда лучше, чем в клинке и ему, наконец, удалось полностью рассмотреть весь масштаб трагедии. За минут пятнадцать, что прошли с момента, как глаз захлопнулся – между веками уже успела образоваться корка, никак не желающая поддаваться ни воде, ни ногтям.
Попив еще немного, Иван снял плащ и укутался им, словно одеялом. Закинув руки за голову, он устремил взгляд в небо. На темном, как сама ночь, небосводе высыпали яркие, холодные звезды. Изрядно успев устать за время пути, периодически перебиваемого болью в суставах и глазу, он вскоре мирно засопел. Отдохнуть перед предстоящей дорогой сейчас казалось лучшим, что могла предложить пустыня в лице одного маленького, но столь дорогого Горычеву оазиса.

Проснувшись с первыми лучами пустынного солнца, Иван лениво потянулся и сверился с картой. По его смелым предположениям, оазис на карте был отмечен небольшой точкой. Оттолкнувшись от этого, он быстро смог рассчитать примерный короткий путь до Самаркегана. Как и раньше, он вел через ущелье, хоть теперь он был гораздо ближе к нему, чем раньше. Все еще теша себя надеждами, что карта все же ориентирована на север, Иван сверился с солнцем и вскоре продолжил свой путь.

На то, чтобы добраться до ущелья, у него ушло несколько часов. Еще издалека любые сомнения о том, что оно должно называться именно «драконьим» улетучились в небытие. Как и говорил Луксор, вход в ущелье был до боли похож на драконью голову. Сам же горный хребет делил собой пустыню на две части и был настолько высоким, что солнечные лучи практически не попадали в само ущелье.
Собравшись с мыслями и вволю налюбовавшись драконьей головой, Иван переступил через каменные клыки. Обернувшись и взглянув последний раз на солнечное, ясное небо, он тяжело вздохнул и побежал вперед, стараясь хоть как-то сократить себе путь до выхода.
Вскоре, на горизонте уже засиял свет выхода. С каждым шагом, свет в конце туннеля становился все ярче. Сердце бешено билось. Темный коридор посреди огромного горного хребта, наконец, останется позади и Горычев сможет спокойно продолжить свой путь дальше. Навстречу новому городу, Самаркегану.
Словно прочитав его радостные мысли, точка резко исчезла, а в нескольких метрах перед Иваном с жутким грохотом приземлилось что-то огромное, тяжело дышащее и, по всей видимости, настроенное весьма недружелюбно.
— А ты еще что такое? – недовольно пытаясь разглядеть существо в темноте, из которого были видны лишь яркие, желтые глаза на высоте в метрах пяти от земли, огрызнулся Иван. Обнажив клинки, он прищурился здоровым глазом и крепче сжал рукояти. – Ну, отвечай, у меня нет на тебя времени!
Однако, в следующую секунду, ему уже пришлось прокатиться по земле. В место, где он только что стоял, влетел огромный огненный шар, вырвавшийся из пасти нового противника, осветив тем самым часть туннеля. Громадные, кожаные крылья, исполинских размеров черное туловище рептилии, огромные, когтистые лапы и суровая, полная животного гнева морда. Дракон заслонил собой большую часть прохода и единственное, что мог сделать Иван – дать бой чудовищу.
— Шикарно, — поглядывая на потухающий огонек в месте, откуда он успел сбежать в последний момент, потянул Горычев, глядя в глаза дракону. Судя по тому, что тот затих, создание пламени требовало немного времени. – Ну, что ж…
Не успев договорить, Иван помчался вперед. Дракон резко ударил лапой о стену и осыпал тоннель градом камней. Маневрируя между падающими валунами, Горычев добежал до дракона и с силой воткнул клинки ему в брюхо.
Громко взревев, от боли или досады, дракон поднялся с места, чуть не утащив за собой Ивана вместе с его оружием. Успев выдернуть мечи, Горычев быстро промчался через образовавшуюся брешь и, отпрыгнув от, ударившего по земле хвоста, помчался дальше навстречу свету в конце.
— Давай же, ну, — уклонившись от нового огненного шара, выпущенного ползущим сзади драконом, чуть слышно заворчал себе под нос Иван. В сложившейся ситуации, ему нужны были оба глаза, дабы лучше ориентироваться в пространстве. С одним глазом у дракона появлялось небольшое преимущество. Если не считать размеров, силы и возможности выстреливать огромными, огненными шарами, то у него было, как минимум, на один глаз больше.
Дракон был все ближе. Не имея особой возможности свободно лететь в пещере, он полз по ней, словно ящерица, запуская один огненный шар за другим. И вот уже камни, отваливающиеся от стены под весом громадных лап, начали практически падать Горычеву на пятки. Казалось, еще пройдет пара секунд, и пасть дракона сомкнется, хрустя косточками горе-героя.
Неожиданно, перед здоровым глазом все поплыло. Свет в конце стал более размытым, а звуки приглушились. По щеке потекла теплая капля крови, а пострадавший глаз, с колоссальной болью, открылся.
В следующий миг, вся пещера окрасилась в бледно-красный цвет. Мир показался Ивану более медленным, а сам дракон – вдруг стал не таким устрашающим, как был раньше.
— Что за… — чуть слышно спросил сам у себя Горычев, заметив, как падающие камни теперь окружала какая-то странная, белая дымка. Обернувшись через плечо на дракона, он с легким ужасом для себя заметил, что белая дымка окружает и его.
Белая дымка полностью повторяла очертания предмета, возле которого находилась. И буквально с разницей в секунды три, предмет передвигался на место белой дымки, которая, при этом, двигалась дальше.
Дымка была все ближе. Теперь валуны обходились Иваном практически на автомате. Куда больше его беспокоило приближение дракона. Вдруг, возле пасти образовался огромный, белый шар, сменившийся пламенем.
Нырнув под падающий валун, и с радостью заметив, что вся сила выпущенного пламени пришлась на глыбу, Иван сделал стремительный рывок, побежав быстрее. В конце уже виднелись очертания пустыни, а значит, ему оставалось только сделать последние несколько шагов. Каждый из них теперь эхом отдавался по всему его настрадавшемуся телу. Еще чуть-чуть.
Прыгнув вперед и прокатившись по песку, он резко вскочил на ноги, повернувшись лицом к ущелью и крепко сжимая клинки. Вылетев из своего ущелья, дракон громко взревел и растворился в лучах солнца, оставив за собой лишь медленно исчезающий, черный силуэт.
— Ублюдок, — прокрутив клинки и загнав их обратно в ножны, выругался вслед исчезающему образу Иван, и громко закашлял. Под тяжестью собственного тела, он упал на колени, и какое-то время смотрел на свои, двоящиеся в глазах, руки.
Отдышавшись и успокоившись, он зажмурил глаза, пытаясь вернуть изображение в норму. Простояв так с полминуты, он глубоко вздохнул и выпрямился, чуть слышно хрустнув спиной.
Вновь сверившись с картой, прикрываясь рукой от назойливых солнечных лучей, Иван с радостью заметил, что от ущелья до Самаркегана идти около нескольких часов. Если, конечно, можно было верить орочьей карте.
Решив не терять время, Горычев накинул плащ на голову и устремился вдаль, навстречу неизвестности, старательно посматривая по сторонам. Здоровому глазу было трудно наблюдать за местностью, а вот пострадавший чувствовал себя более чем прекрасно. Хоть было немного странно идти по какому-то красному миру, но, все же, это было лучше, чем постоянно щуриться и рисковать потерей зрения. Теперь на пути к спасительному городу оставалось одно единственное препятствие – сама пустыня.

Глава 14. Самаркеган

Близился полдень. Солнце поднималось все выше, и песок уже буквально плавился под ногами Ивана. Добравшись практически до зенита, оно беспощадно палило и без того настрадавшегося Горычева, отчаянно пытающегося спрятаться в тени собственного плаща. Ноги отказывались слушаться, руки онемели от тяжести плаща, а из больного глаза теперь неустанно сочилось что-то желтое с мерзким запахом. Все вместе крайне недоброжелательно сказывалось на боевом духе Горычева, а самочувствие все больше напоминало собой приближение неминуемой смерти.
Он не знал, сколько времени уже прошло. Сколько еще пройдет прежде, чем он увидит стены города. Когда кончаться бесконечные барханы. Да и последние несколько минут откуда-то издалека доносился громкий шум.
Руки резко опустились, и Иван плашмя упал на песок. Шум становился все громче. Решив, что это очередная стая мантикор, или, возможно, что-то еще хуже, он взглянул на прощание в небо. Вокруг не было населенных пунктов. Сил на сражение не осталось. Его мучала боль, жажда, усталость и собственная слабость. Опустив голову и закрыв глаза, Иван мысленно попрощался со всем, что было ему дорого, ради чего он сражался все это время, и стал ждать, когда смерть возьмет свое.
— Эй, ты живой? – неожиданно вместо боли от укусов или еще чего похуже, прозвучал голос откуда-то сверху. Только сейчас Горычев заметил, что шум, который ранее неумолимо нарастал, сменился шелестом, словно от складываемых корабельных парусов.
Чуть повернув голову, Иван открыл глаза. Около него стоял человек, одетый в светлые одежды поверх светло-коричневых, кожаных доспехов. Попытавшись дотянуться до рукоятки клинка, Горычев лишь судорожно протянул руку, и она тут же завалилась на песок, привлекая на себя внимание подошедшего.
— Да, вижу, — улыбнулся человек. Он и еще несколько человек вдалеке, судя по всему, были местными караванщиками. Остальные члены команды столпились на палубе причудливого транспорта, напоминающего собой крупный деревянный корабль, поставленный на огромные колеса.
Часть команды складывала паруса. Видимо, именно этот шелест и услышал Иван, когда движение стихло. Судя по носу корабля, направленного против ветра, паруса складывались из-за отсутствия попутного.
Впереди, щелкая пастью и нежась в лучах солнца, словно радуясь внезапному отдыху, было впряжено с десяток крупных ящеров. Наверное, они были нужны, дабы тащить за собой судно в отсутствие ветра.
— Давно тут лежишь? – присев на колено рядом с Горычевым, спросил человек, но тут же вновь улыбнулся, помогая ему подняться. – Ладно, можешь не отвечать. Алиса!
— Да, бегу-бегу, — поспешила ответить идущая навстречу Ивану и незнакомцу девушка, взбежав на бархан. Подхватив Горычева под вторую руку, она озадаченно посмотрела на его больной глаз. – А что у него…
— Потом, — быстро отрезал мужчина, перебив Алису. – Принеси ему воды, — махнув рукой подчиненным, дабы те спустили трап, обратился он к ней. – И живо!
— Бегу уже, – усмехнулась девушка, но тут же вновь нахмурилась, едва Иван тяжело кашлянул.
— Не паясничай, — недовольно цокнул языком мужчина, напряженно глядя на подобранного им незнакомца. – Сам стоять можешь?
Проворчав что-то невнятное в ответ, Горычев лишь еще сильнее закашлял. Посадив его на пол, мужчина тяжело вздохнул и посмотрел в сторону трюма, откуда уже возвращалась Алиса с ведром воды в руках.
— Долго ты что-то, — недовольно заворчал он, отвернувшись к команде и наблюдая, как они заканчивают последние приготовления к длительной поездке. – Скукожится совсем уже так.
— Ты только и можешь, что жаловаться? – состроив сильно недовольное лицо, ответила Алиса, помогая Ивану пить. – Мог бы и сам чем-то полезным заняться, для разнообразия.
— Глупости, — усмехнулся он в ответ. – У меня и так самая ответственная работа на борту. Командовать вами.
— Так командуй, а не строй из себя неведомое нечто…
— Спасибо, — оторвавшись от ведра, чуть слышно перебил Алису Иван. Резко обернувшись к нему, она попыталась улыбнуться, но тут же выронила ведро, едва успев поймать, потерявшего сознание, Горычева.
— Отнеси его вниз, я пока сбегаю в больничное крыло, — незаметно для себя, властно приказала Алиса. На мгновение зависнув, она почесала затылок и виновато потупила взгляд.
— Хорошо, — спокойно ответил мужчина, вызвав легкое недоумение на лице Алисы. – Только действуй быстро. Ран много, да и за глаз его боюсь.
— А? Да-да! – оживилась она, умчавшись в противоположную от трюма сторону.
Проводив ее взглядом, мужчина недовольно цокнул языком и поднял Ивана на руки. Лицо Горычева казалось ему сильно знакомым, но он, все же, решил оставить лишние вопросы до более подходящего момента.
Переложив его, дабы было хоть как-то удобнее нести, мужчина направился в сторону трюма. Оттуда путь вел в каюты, где осталась койка, погибшего не так давно, корабельного смотрящего.

— Просыпайся, — послышался Ивану через сон голос Алисы.
— Что-то случилось? – потихоньку приходя в себя, лениво спросил он, найдя взглядом девушку. Только сейчас он смог увидеть ее без накидки. Милое, молодое и слегка смущенное лицо ясно улыбалось, заботливо разглядывая рану.
— Ну, мы уже приехали, — улыбнувшись чуть шире, ответила Алиса. – Если хочешь, можешь с нами пройтись, но, думаю, у тебя тут и своих дел хватает, раз ты пешком пошел через пустыню.
— Я шел не пешком, — потянул Иван, чуть потупив взгляд.
— Как бы то ни было, — прикусив нижнюю губу, понимая, что затронула какую-то больную тему, поспешно вставила Алиса. – Надеюсь, что рана больше не будет беспокоить. Я обработала ее ядом мантикор. Странные они создания. Их собственный яд способен вылечить от ранений, полученных от них же.
Слегка смутившись, но, все же кивнув, Горычев встал с кровати. Проводив взглядом, покинувшую каюту, Алису, он накинул плащ и вышел на мостик.
Солнце сильно пекло. Проведя несколько часов в каюте, его тело уже и вовсе забыло о том, насколько трудно находится на улице. Единственным спасением сейчас был легкий ветерок, хоть как-то остужавший в это тяжелое время.
Оглядевшись по сторонам, Иван дошел до борта и спрыгнул вниз, на мостовую. К счастью, под ногами оказался не песок, успевший уже изрядно надоесть ему, а твердая почва. Прищурившись и прикрыв лицо рукой, Иван бросил прощальный взгляд на спасшее его торговое судно. Чуть заметно кивнув, он отвернулся и направился вглубь города.
Практически все здания в Самаркегане были сделаны из желтого кирпича. Большая часть из них – похожа друг на друга. Местами – несколько домов могли легко объединяться в один, словно пытаясь сэкономить место. Однако из-за ветра трудно было разглядеть их как следует.
Прошло около получаса блужданий по безлюдным улицам, когда, наконец, ветер начал затихать и Ивану представился совершенно новый облик города. Все здания была расписаны едва заметными, голубыми надписями на неизвестном ему языке.
Остановившись посреди улицы, он чуть поморщился от попавшего в нос песка. Успев вдоволь налюбоваться красотами Самаркегана, он решил вернуться к цели своего визита, достав записку Велиаса из кармана. Пробежавшись по ней глазами в поисках хоть каких-либо зацепок, он лишь тяжело вздохнул и скомкал бумагу, спрятав ее обратно в карман. Единственной подсказкой, которую ему удалось найти – «торговая площадь». Поправив плащ, и недовольно хрустнув шеей, он направился вперед, в поисках торговой площади. В любом городе найти ее не доставило бы особых проблем, но когда все здания одинаковые – это слегка усложняет поиски.
Чем ближе к центру города подходил Иван, тем больше местных жителей ему встречалось на пути. В этом городе посреди пустыни, казалось, все расы жили мирно и с радостью общались друг с другом, словно не замечая происходящих в Империи событий. Эльфы и орки, демоны, люди – все они нашли покой в этом странном месте.
Расспросы местных не обсуждались. Судя по тому, что Велиас не показывается Ивану на глаза, у него есть на то причины. Да и сам факт обращения к кому-либо мог привлечь на него ненужное внимание. Единственное, что Горычев себе позволил – спросить о местонахождении торговой площади у местной демонессы. Попытавшись пригласить его в свое заведение, девушка, все же, подсказала Горычеву, как добраться до центра города, но с удовольствием оставила ему визитную карточку с небольшой пентаграммой. Как оказалось, ее заведение давно уже квалифицировалось на доставке на дом. Для заказа услуг, достаточно было одной капли крови, размазанной по изображению на бумаге.
Пообещав обязательно заскочить, Иван направился дальше, незаметно спрятав полученную бумажку подальше в плащ. После боя с Крагом, ему не особо хотелось, чтобы кто-то успел украсть это из его кармана во время боя.

— О, сам Мальфор Валлен! – едва Горычев добрался до торговой площади, тут же воскликнул один из торговцев. Ростом чуть выше полутора метров, круглым животом, в расшитых, богатых одеждах. Его лавка была уставлена кучей клеток с различными, экзотическими животными, а сам он радостно махал рукой. – Подходи сюда, подходи!
Поведя глазами, Иван кивнул и направился к прилавку. Клетки были расставлены настолько плотно, что он случайно задел плащом одну из них. Громко зарычав на своего обидчика, тигренок с голубой шерстью и длинными клыками недовольно свернулся обратно в клубок, мирно засопев.
— Весь город только и говорит о тебе! – предугадывая вопрос Горычева, поспешил объяснить торговец. – Свидетели света, высокие и мужественные эльфы считают, что ты полный профан и легко попал в их же ловушку во время восстания. Могущественные орки же думают, что ты мог бы стать достойным лидером после твоей сокрушительной победы над Крагом! Какому слуху из двух верить? Ведь они – слишком расходятся со всеми моими представлениями о тебе, странствующий воин. Иль мне дождаться песни западных сирен, дабы те смогли воспеть все твои подвиги в песнях?
— К сожалению, оба правдивы, — с интересом разглядывая клетки, добродушно ответил Иван. – Но, я прибыл сюда по делу и…
— Не слова больше, посланник иных миров, — зашипел торговец, прикрывая пальцем губы. – Я не хотел бы, чтобы кто-то еще услышал, какое задание я хочу дать тебе.
— Значит, мне все-таки к тебе? – смекнул Иван.
— Да. Велиасу, конечно, я уже заплатил, — принявшись копаться в ящиках лавки, заворчал он в ответ. – Но, если справишься быстро, могу накинуть пару тысяч имперских.
— Уже заплатил? – нахмурился Горычев. – То есть, хочешь сказать, что я буду выполнять работу, порученную Велиасу?
— Не совсем так, — усмехнулся торговец. – Ему я заплатил за то, что он найдет человека, который будет готов выполнить работу. Для него подобное дело провернуть – раз плюнуть, но он просто не хочет тратить на это время и силы.
— Значит, он все-таки меня подставил? – сильнее сдвинул брови Иван. – Так не…
— Вот, нашел! – перебил торговец Горычева, с силой положив свиток на лавку. – Считай, что это не подстава, а помощь в легком заработке. Я бы и сам легко справился, но вот, последнее время магов кормить лучше начали, — захохотал он, сильно тряся животом.
— Можешь не объяснять, — завороженно глядя на огромное, колышущееся пузо, усмехнулся Иван. – Так, что от меня требуется?
— Ага, значит, берешься? – радостно воскликнул торговец. – О, да будет твой путь освещен страданиями врагов твоих, доблестный Мальфор!
— Да-да, насчет оплаты…
— Если справишься быстро – дам три тысячи, — вновь не дал ему договорить торговец. – Больше не могу, не окупится ведь. Ну и да, Велиас оставил кое-что на случай, если ты все же справишься, так что…
— Велиас что-то оставил? – оживился Иван, заранее представляя очередное послание. – Что ж, ладно, три так три. Постараюсь сделать все быстро. Говори, что делать нужно.
— Вот тут все детали и координаты, — протянул торговец свиток, ранее чуть не пробивший его лавку. – Как все будет готово – жду товар здесь. Это моя лавка и никто не смеет, кроме меня, ее трогать. Да и сам участок принадлежит… скажем так, нашем братству.
— Ага, хорошо, — развернув свиток и пробежавшись взглядом по тексту, нахмурился Иван. – Это точно все?
— Да, более чем, — засунув руки за голову, потянул торговец.
— Хорошо. Считай, что дело уже сделано, — спрятав свиток в плащ, пообещал Горычев.
— Молодчина! Велиас знал, кого выбирает к себе в помощники! – оживился торговец.
Чуть заметно улыбнувшись, он кивнул и направился обратно вглубь города, подальше от торговой лавки. По пути ему встретилась местная таверна, и, немного пораскинув мыслями, Иван решил, что заглянуть туда перед походом было бы весьма неплохо.

Глава 15. Вериан

Здание таверны ничем не выделялось на фоне остальных. Единственным его отличием была вывеска, надпись на которой спряталась под плотным слоем песка. До самого здания, Иван добрался достаточно быстро и теперь стоял у двери, пытаясь услышать хоть какие-то шумы. Будучи некогда членом ордена, у него время от времени просыпалась привычка постоять под дверью. Иногда и что-то полезное можно для себя было из этого выудить, но в этой таверне – все было как-то слишком тихо.
Постояв с полминуты, пытаясь сосредоточиться на подслушивании, он тяжело вздохнул и толкнул дверь. Внутренняя отделка сразу выдавала принадлежность города к торговым точкам. Стены были украшены картинами, по углам расставлены диковинные растения, столики – новые, еще не испорченные временем и местными старожилами. Пол был устлан большим, бордовым и пушистым ковром. У стойки – расставлены кальяны с разложенными вокруг подушками.
Несмотря на всю эту красоту, посетителей было крайне мало. Пройдя по ковру до свободного столика, он огляделся по сторонам. За столом у окна в противоположном конце заведения сидела компания из трех человек. Все трое были одеты в черные балахоны с капюшонами, бурно что-то обсуждали и передавали друг другу трубку от кальяна. Жестикулируя, они раз за разом открывали взгляду свои белые, без кожи и плоти, руки.
Слегка поморщившись, Иван перевел взгляд в другой конец таверны. Через два столика от людей в балахонах, сидели знакомые Горычеву существа. Четверо зеленых, высоких, широкоплечих орка распивали нечто пенное, но держались куда более тихо, чем «балахоны». Возможно, они, как и Иван, готовились к какому-либо походу, и зашли сюда, дабы собраться с мыслями перед предстоящим делом.
Ближе всего к Горычеву сидело два эльфа. Демонстративно пройдя мимо них, пересекая ковер, он не удосужился их внимательно рассмотреть. Теперь же, сидящий к нему лицом эльф, почему-то казался ему знакомым. Да и сам эльф с интересом рассматривал его.
— О! – наконец, неожиданно воскликнул эльф, от чего его собеседник и орки резко обернулись к Горычеву. Встав из-за стола, попутно улыбнувшись своему собрату, он уверенно направился к столику Ивана. – Да я тебя знаю!
— Стирдиппид? – чуть нахмурившись, удивился Горычев. Вспомнить одно только имя эльфа было весьма проблематичной задачей. А сейчас, когда на нем были особые, бежевые доспехи, он и вовсе старался до последнего ошибиться в своей догадке. – А ты что здесь делаешь?
— Вижу, помнишь, — улыбнулся Стирдиппид, пожав протянутую руку привставшего на месте Ивана. – Сейчас в Мивуде скучно. Особо ничего не происходит. Да и разведка сообщает, что все спокойно. Боюсь, тяжелые для нас времена настали, будем сидеть и корни пускать. А вот ты что здесь забыл? На лошади сюда добраться весьма проблематично, все-таки.
— Я-то? Хм.. а тебе какое до этого дело? – усмехнулся Иван, настороженно наблюдая за садящимся напротив Стирдиппидом.
— Да никакого, просто интересно, почему ты так далеко от спасительных стен Камильхэйма, — безразлично пожав плечами, попытался объяснить эльф.
— Ну а все же? – повел бровью Горычев, скрестив руки на груди.
— Что ж, ладно, — тяжело вздохнув, потянул Стирдиппид. – В этом городе море торговцев, каждый из которых готов тебя озолотить за выполнение какой-либо тривиальной задачи. Можно, конечно, и на жителей поработать, но, сам понимаешь, торговцы за золотишком не постоят. Просто подумал, что тебя могло это тоже заинтересовать.
Слегка нахмурившись, Иван обвел взглядом таверну. Любопытные орки уже давно забыли о его существовании, люди в балахонах углубились в поглощение дыма, а эльфийский друг Стирдиппида недовольно размешивал некий странный, зеленоватый настой.
— Хорошо. Завтра на восходе жду тебя у главных ворот, — тяжело вздохнув, вернулся к разговору Иван.
— Шикарно, буду рад! – воскликнул Стирдиппид, вновь привлекая внимание из-за соседних столиков. – Слушай, а что у тебя…
— Пока сам не знаю, — быстро умял тему с глазом Горычев. – Если разберусь, то расскажу. Хорошо? – чуть заметно подмигнув, пообещал он. Встав с места и оглядевшись, он спрятал руки в карманах плаща. Орки в конце таверны явно не дали бы ему поспать, набежав с вопросами об их достопочтенном Краге. Люди в балахонах тоже выглядели весьма подозрительно. А что касается самого Стирдиппида – то от дальнейших разговоров Ивану было бы трудно увильнуть. Нужно было срочно искать другое место для ночлега.
Пройдя немного вперед, Горычев махнул рукой своему эльфийскому другу и уверенным шагом побрел в сторону выхода. Стирдиппид, вскоре, тоже встал из-за стола, вернувшись к своему изначальному собеседнику, который уже начинал потихоньку сопеть.
Так ничего и не заказав, Иван вышел на улицу, устремив взгляд в ночное небо. Из-за горизонта уже лениво выплывала луна, а сам небосвод был усеян градом из маленьких, ярких точек. Любуясь им, и чуть слышно усмехнувшись, расслышав урчание собственного желудка, он плавно перевел взгляд на саму улицу. Тихо, безлюдно. Лишь ленивые песчинки, словно наперегонки друг с другом, гонимые легким ветром, перекатываясь, опускаясь и вновь поднимаясь. И четыре человека в блестящих, синеватых доспехах, уверенно идущие с другого конца улицы в сторону Ивана.
— Что-то случилось? – слегка удивившись, но решив не показывать виду, спокойно спросил Горычев.
— Нам нужно, чтобы вы прошли с нами, — прозвучал голос из-под шлема одного из подошедших. Все четверо, словно это было чем-то вроде обязательной части их формы, имели за спиной два изогнутых клинка. Лица же – надежно закрывали шлемы с прорезью в виде креста.
— С какой целью? – невольно дотронувшись кончиками пальцев до рукояти клинка, чуть более грубо спросил Иван.
— От вас необходима информация, — продолжил рыцарь, который, судя по золотистым полоскам на левом плече, был среди четверки лидером, и протянул Горычеву лист бумаги. С нее на Ивана смотрело знакомое ему лицо.
— Вериан? – неуверенно оторвавшись от портрета, обратился он к человеку с полосками.
— Хм… — задумчиво потянул человек. – Значит, это все-таки тебя привезли кочевники? Замечательно, тогда не будем задерживаться и…
— Стойте, а если я не захочу сотрудничать? – усмехнулся Иван, уже полностью схватившись за рукоять клинка.
— Такой вариант рассматривался… — переглянувшись с, видимо, подчиненным, потянул собеседник.
Получив одобрительный кивок, человек резко направил ладонь на лицо Горычеву. На мгновение, яркая вспышка света ослепила Ивана, а едва свет исчез – его тело плашмя завалилось на, еще теплый, вечерний песок.
Опустив руку, человек щелкнул пальцами и двое из его команды тут же подхватили Ивана под локти, потащив следом за своим командиром. В сторону огромной башни в центре города.

— Вот он, как и просил, — затолкав Горычева в светлый кабинет на верхнем этаже башни, поспешно отрапортовал человек с полосками. В кабинете всего было бесконечно мало. Стены были монотонными, светло-бежевыми. Большая часть стены представляла собой огромные окна, высотой в саму стену. А из мебели – только стол из темного дерева, стул, шкаф и ковер.
— Проблем не возникло? – скрестив руки за спиной и стоя спиной к двери, спросил человек у окна.
— Никак нет! – хором ответили оба.
— Хорошо, можете быть свободны, — приподняв левую руку, спокойно разрешил он. – Благодарю за оказанную услугу.
Дождавшись, пока дверь захлопнется, человек вновь скрестил руки за спиной, вглядываясь в ночной город.
— Мальфор Валлен, я понимаю? – слегка повернувшись, усмехнулся он, тряхнув светлыми, длинными волосами. Из-под них, как и у эльфов, торчало два длинных уха темного, серо-голубого цвета. Словно он тоже был эльфом, только темным. Да и вместе с фиолетовыми брюками, торчащими из-под подола такого же фиолетового плаща, украшенного красными швами, смотрелся он весьма мрачно. – Что привело вас в наш город?
— Дела, — спрятав руки в карманах, безразлично потянул Иван. – Странно у вас тут к гостям относятся, все-таки.
— О, не стоит за это переживать, — также учтиво прервал его человек прежде, чем Горычев начнет ругаться на что-либо еще в Самаркегане. – Вам ведь было знакомо это лицо, не так ли?
— Не совсем понимаю… — начал, было, Иван, но в этот момент человек у окна повернулся к нему. Его лицо сейчас Горычев не мог бы спутать ни с кем другим. Те же черты, тот же аккуратный подбородок, даже тот же мрачный взгляд. – Вериан?
От прозвучавшего вопроса, уши человека слегка дернулись, но он тут же попытался спрятать смущение за жеманной улыбкой. Медленно отойдя от окна и сев на край стола, он с интересом посмотрел в глаза гостя его кабинета.
— Что ж, имя угадано правильно, — еще шире улыбнулся он. – Если не трудно, не могли бы вы напомнить, при каких обстоятельствах мне выпала честь познакомиться с вами?
— В таверне в Камильхэйме. Перед поездкой в этот город, — слегка смутившись, все же попытался рассказать Иван. – Я нанял тебя и твоего напарника Луксора в качестве сопровождения. Но, в пути на нас напали мантикоры и твоего напарника растерзали. Я не нашел твоего тела и…
— Интересно, интересно. И как, говорите, давно это было? – перебил темный эльф своего собеседника прежде, чем разговор пойдет не в то русло, в котором ему хотелось его держать.
— Эм, несколько дней назад, — поведя бровью, спешно ответил Иван.
— Чудно. Есть еще какие-то подробности, о которых вы хотели бы поведать? – радуясь легко полученной информации, слегка повеселел он.
— Да нет, думаю, это все, — окончательно нахмурившись и потеряв веру в светлое будущее, потянул Иван, резко сжав руку в кулак. – Что с тобой случилось, Вериан? Куда ты пропал? Почему…
Прежде, чем Иван закончил, темный эльф потупил взор, и улыбка бесследно исчезла с его лица. В окна забарабанил легкий дождь. На какой-то момент, Горычеву даже показалось, что погода напрямую зависит от настроения его собеседника. Но, почему Вериан ведет себя так странно?
— Хорошо, можете идти, — неожиданно перебил его размышления хозяин кабинета, встав со стола и отойдя обратно к окну.
— Но…
— Повторить? – громко бросил через плечо темный эльф. – Мой брат снова объявился на территории Имперских земель, представляется моим именем. Службе надзора все труднее справится с ним и, возможно, в обозримом будущем мне придется отдать приказ на усиление контроля, а то и вовсе ликвидацию, — все так же громко, практически на одном дыхании, прокричал он. Чуть призадумавшись, эльф чуть слышно кашлянул и отвернулся к окну. – Прошу простить мою грубость, но в данной ситуации я бы хотел попросить вас покинуть мой кабинет. Не сомневаюсь, что это не последняя наша встреча, и я не хочу, чтобы вы думали обо мне плохо.
Сглотнув, Иван чуть заметно кивнул и направился в сторону двери. Нахмурившись напоследок, он махнул рукой Вериану, но все же решил промолчать, не получив приветственного жеста в ответ.
Едва дверь за Горычевым захлопнулась, посреди комнаты появился темный эльф, чуть ниже ростом, чем Вериан. На его поясе висело две пары ножен, одна для узкого клинка, вторая – для кинжала. Одет он был в темно-синюю, легкую куртку и темные брюки.
— Рапортуй, — не дожидаясь какой-либо попытки заявить о себе, скомандовал Вериан.
— Да, милорд. Он направляется в сторону Камильхэймских земель. Целью является утес. Под его началом, с ним отправится светлый эльф, один из гостей города, — не дожидаясь повторения приказа, быстро сообщил появившийся.
— Это все? – пытаясь сдерживать недовольство в голосе, Вериан повернулся к собеседнику, крепко сжав за спиной кулак.
— К сожалению, да. Большая часть его сознания заблокирована. Едва успев выудить эту информацию, этот отдел также был подвержен блокировке.
— Хм… — задумчиво потянул Вериан. – Может ли это быть связано с его глазом?
— Возможно. Если вы дадите мне больше времени, осмелюсь предположить, что мне удастся получить больший доступ к его сознанию.
— Дозволяю, — кивнул Вериан, пробежавшись кончиками пальцев по спинке стула. – Возьми с собой Грейса. Он лучший, когда дела касается скрытного наблюдения.
— При всем уважении, милорд, я считаю…
— Мне прекрасно известно о бунтовщиках, — перебил Вериан. – К сожалению, мне придется прибегнуть к помощи Грейса. Слишком уж активно Горычевы ведут себя в последнее время. Не к добру это.
— Думаю, вы правы. Простите, — присев на колено, поспешно извинился темный эльф.
— Не стоит.
— Как пожелаете, милорд, — произнес он и растворился в воздухе также резко, как и появился.
Еще какое-то время глядя в точку на полу, где только что находился темный эльф, Вериан чуть слышно хмыкнул и отошел обратно к окну. К счастью, его подчиненному удалось сообщить всю полученную информацию быстрее, чем Иван скроется из поля зрения. Горычев быстрым шагом двигался в сторону западной таверны.
— Каким образом тебе удалось это? – чуть слышно спросил сам у себя Вериан. Прильнув чуть ближе к стеклу, он грустно взглянул вдаль.
За считанные секунды, его глаза налились кровью, а зрачки стали появляться и исчезать, как у Велиаса. Наконец, когда Иван окончательно оказался в части города, невидной из башни, Вериан отодвинулся от окна, безразлично глядя на свое отражение с яркими, красными глазами.
Медленно моргая, он легким движением написал пальцем на запотевшей части стекла слово «как». Еще какое-то время он стоял на месте, глядя, как постепенно исчезает написанное им слово, после чего резко развернулся и направился в сторону выхода.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *