Аргтэтрас. Книга первая. В поисках Велиаса

Аргтэтрас. Книга первая. В поисках ВелиасаГлава 1. Под покровом ночи

Вечернее небо распростерлось над Гарэнхалем — крупным островным государством, отрезанным от материка. Разбитый на десятки городов, он уже не первую сотню лет служил приютом для знатных родов со всех концов Аргтэтраса. Кроме людей, редко кому-то здесь были рады. Так сложилось исторически: отделившись от конфликтов, происходящих на материке в семи днях путешествия по морю, Гарэнхаль прекрасно занимался самостоятельным развитием без внешнего вмешательства. Поскольку представители других рас могли помешать сложившимся устоям, их редко пускали дальше Вамарка – портового города в юго-восточной части острова.
Прямо под вечерним небом расположилась небольшая деревня, неподалеку от столицы Гарэнхаля, Фермарка. Однако трудно сказать, что «неподалеку» — было подходящим словом. Пешком до Фермарка пришлось бы идти ни один час. Если уж в седле и не через лесные тропинки, так и вовсе могло занять добрых часа три. Магазин на всю местность был один, а основную часть местной территории составляли дорогие, богатые дома с красивыми, ухоженными лужайками. Как раз на одной из таких росла старая, лохматая ива. У ее основания с явно недовольным лицом стояла белокурая девочка, лет восьми. Несмотря на свой возраст, ее лицо излучало невероятную серьезность. Руки были сложены на груди, а нос туфельки неумолимо топтал зеленый, явно ухоженный газон.
Глядя куда-то вверх, она раз за разом недовольно цокала языком, словно надеясь, будто кто-то должен ей ответить. Но помимо вечерней тишины и щебетания птиц, доносящегося из близлежащего леса, никаких звуков не поступало.
— Долго ты там еще? Немедленно слезь оттуда! – с силой топнув ногой, все же не выдержала девочка. Голос ее звучал властно, громко и звонко. Подойдя чуть ближе к стволу, она облокотилась на него рукой и прищурилась. – Я же переживаю за тебя.
— Залезь и сними сама, — коротко и холодно ответил ей мальчик, лет двенадцати. Развалившись на крупном суку и закинув руки за голову, он смотрел на заходящее солнце. Для него это было чем-то вроде вечернего ритуала. Встречать закат в одиночестве, наслаждаясь потоком собственных мыслей.
Поправив темную, вычурно черную челку, мальчик опустил затекшую правую ногу и положил на нее левую. На нем были надеты дорогие, коричневые брюки и черная манжетка поверх белой, ситцевой рубашки. Большая редкость даже среди местных жителей.
— Я… я все расскажу отцу, когда он вернется! – не выдержав давления со стороны собеседника, пригрозила девочка, вновь топнув ногой.
— Забавно, — отвлекшись, мальчик сел на сук и нашел взглядом собеседницу. — Жень, пойми, отец и без того редко появляется. А когда и приходит – то разве что на пару часов, просто проведать, поесть и уйти обратно на работу. Его уже как месяц дома не было, – все так же холодно, закончил он.
— Ну, тогда маме расскажу! – словно не слушая мальчика, девочка довольно высунула язык. Однако, едва заметив на себе хмурый взгляд оппонента, умчалась в сторону дома.
Проводив ее взглядом и дождавшись, пока из дома послышится ее недовольный, звонкий говор, мальчик лениво потянулся и спрыгнул на траву. Немного обдумав, стоит ли ему идти в дом, он дождался очередной череды выкриков. Тяжело вздохнув и пытаясь хоть как-то отвлечь себя вернувшимся потоком мыслей, он все же побрел в сторону дома.
— А потом, а потом он показал мне язык и сказал, что даст мне подзатыльник, если я тебе хоть что-нибудь расскажу! – заметив, что бывший собеседник вошел в кухню, с новыми силами продолжила Евгения. Дергая за край фартука маму, она пыталась дождаться самого дорого. Улыбки. Она бы означала ее разгромную победу.
— Вань, как тебе не стыдно? А ну, немедленно извинись перед сестрой, – заметив, что сын находится в паре метрах от нее, пригрозила молодая, красивая женщина. Как и у его младшей сестры – волосы у мамы были светлые, а в глазах читалось явное недовольство происходящим. Единственное, что, пожалуй, могло хоть как-то успокоить в случае, если хозяйка дома начинала ругаться – ее улыбка. Она никогда не сходила с ее лица, чтобы не случилось. Между собой местные всегда недоверчиво обсуждали этот интересный момент. Чем больше улыбается человек, тем больше он скрывает. Возможно, именно этим негласным правилом руководствовались зеваки в тираде собственных умозаключений.
— Эх, Жень, прости меня, пожалуйста. Постараюсь больше не ругать тебя. Хорошо? – глядя на кривляющуюся сестру, спрятавшуюся за бедром матери, выдавил из себя Иван. Нехотя дождавшись, когда мама, наконец, вернется к своему сражению с едой, он вернул должок и, самодовольно ухмыльнувшись, высунул язык в ответ. – А когда будет ужин?
— Да уже готов, в принципе. Садитесь, сейчас все будет, – подсуетившись, бросила через плечо женщина. Наконец убедившись, что дети расселись и готовы к приему пищи – она вытащила из шкафа несколько тарелок, разлив быстро по ним мясной суп.
— Спасибо. Мам, а Велиас сегодня придет? – глядя, как мать ставит на стол тарелку напротив пустующего места главы семейства, нарушил наступившую тишину Иван.
— Не знаю. Честно, не знаю. Очень хотела бы, – на секунду остановившись и опустив взгляд в сторону пола, женщина сдержала накатившуюся слезу и пошла за очередной тарелкой.
Решив, что лучше выбрать другой момент для выяснения какой-либо информации – Иван пожелал приятного аппетита сестре и сосредоточился на ужине.

Из-за отца в последнее время было достаточно много проблем. Его периодически искали самые разные люди, кто с оружием, кто без. Раз за разом возникало ощущение, будто он скрывается от закона. Хотя время сейчас было неспокойным, с материка постоянно поступали слухи о новых войнах и осадах. В своих попытках прийти хоть к какому-то выводу, Иван уткнулся в два варианта: либо отец воюет на материке, либо – является предателем. В обоих случаях – его же собственные выводы не очень его радовали.
Собственно, из-за того скрытного состояния, в которое ушел отец – воспитанием сына занималась Лариса. Об отце она отказывалась что-либо рассказывать. О его прошлом, будущем, настоящем. Иногда у молодого Ивана возникало даже ощущение, что она скрывает нечто такое, страшное и ужасное, что знать нельзя ни в коем случае.
Даже несмотря на скрытность родителей и постоянные ссоры с сестрой, безустанно ругающуюся и пытающуюся обрести превосходство над ним хоть в чем-нибудь – для Ивана этот дом был самым родным местом на земле. Исключительно из-за положения в обществе – мальчику было разрешено не уходить вместе с городскими ребятами в лесные отряды. Видимо, именно из-за этого у него было мало друзей. В основном, городские беспризорники, промышляющие воровством на рынках. Иногда Иван носил им что-нибудь поесть, но, как правило, этой помощи им надолго не хватало.
Жизнь, как и у любой семьи, состоящей в рядах аристократии, шла своей медленной, хоть и изредка веселой струйкой. Их поместье полностью соответствовало своему статусу. Территория в двенадцать гектаров, четыре из которых занимал сам дом, небольшой пруд, масса небольших построек. И, конечно же, старая ива, посаженная еще до рождения Ивана Велиасом.
Как и любая мать, Лариса, конечно же, была против общения сына с малолетними ворами. В ее сознании никак не укладывался тот факт, что среди всех людей, проживающих на территории Гарэнхаля – он выбрал в свои друзья именно них. Время от времени, разговоры о круге общения в семье заводились. В основном, когда Велиас был дома. Но отец лишь усмехался в ответ на жалобы матери. Он всегда считал, что такой круг поможет сыну куда больше, чем, как сам он их любил называть, «зажиточные толстопузы», не видящие дальше заборов поместья их родителей. Можно даже сказать, что Велиас гордился сыном за подобное разрушение системы, но все же время от времени ругал сына, дабы любимая жена не слишком сильно злилась на него. Иван прекрасно это понимал и радостью выслушивал очередную лекцию о том, «что хорошо, а что плохо», после чего они вместе шли и часами отдыхали в тенях любимой ивы.

— Блин, да ты молоток, дружище! – пытаясь уходить от ударов палкой со стороны Ивана, восторженно усмехнулся мальчишка лет шестнадцати на вид. Наконец, он отбил оружие друга и сбил его с ног. – Шах и мат, боец! Последние слова? – направив кончик палки на горло Ивана, радостно спросил он.
Поглядывая на подергивающийся конец всемогущего оружия оппонента, Иван испуганно посмотрел на своего обидчика. Буквально через пару мгновений, на его лице засияла улыбка и, ухватившись своей рукой за протянутую руку победителя, он поднялся на ноги.
— Тема, я до сих пор не понимаю, как у тебя это получается, – потихоньку пытаясь отдышаться после трудного сражения, выдавил из себя Иван.
— Вань, главное тренировки. Да и на твоем месте я бы не переживал так. Тебе всего двенадцать, а уже почти любому из наших ребят можешь фору дать, – поглядывая в сторону окна, усмехнулся Артем. – Слушай, а тебе домой еще не пора? А то опять на нас все свалят. Кстати! – покопавшись в карманах, он вынул несколько грязных, помятых бумажек и протянул их Ивану.
— Что это? – взяв в руки деньги и насчитав пятнадцать имперских, недоумевая, посмотрел на своего друга Иван.
— Долг возвращаю. Передашь тете Ларисе. А то не хочется, чтобы она думала, будто мы с тобой дружим только из-за денег, – взглянув грустными глазами на Ивана, виновато потянул Артем, после чего увел взгляд обратно в сторону окна. – Ты добрый парень. Способный. Я слишком дорожу нашей дружбой, чтобы подобные вопросы портили все.
— Как сам знаешь. Черт, да мне и правда, пора идти уже, – заметив, что на улице уже слегка стемнело, заворчал Иван. – Сам же понимаешь, что это за существо, моя мама, – почесав затылок и дождавшись добродушной улыбки на лице друга, закончил он.
— Понимаю. Завтра тогда ждать тебя в гости или мимо? – пожав протянутую Иваном руку, спросил Артем.
— Не знаю. Как получится. Если что – адрес помню, сам доберусь, – разомкнув рукопожатие и накинув на плечи куртку, успокоил друга Иван. – До встречи тогда.
— До встречи, – дождавшись, пока Иван закроет за собой дверь, заворчал себе под нос Артем. Штаб квартира, в которой они находились – досталась Артему от любимой бабушки и находилась под опекой столицы за неимением денег у действующего хозяина. В любой момент ее могли отобрать и лишить Артема какого-либо права на предъявление претензий.
Каждая возможность вырваться оттуда казалась ему невозможной и отчаянной. Он застрял между жаждой свободы и желанием где-либо жить. Из-за этого непостоянства очень много людей отвернулось от Артема. Иван был, чуть ли не единственным, кто видел его насквозь. Каждый уголок души. Нередко это доводило хозяина квартиры до легкого страха.
Наконец уведя взгляд от окна окончательно, Артем лениво зевнул и потянулся. Время действительно было поздним, а Морфей, таща за собой свое безграничное царство, уже наступал на пятки молодому хозяину. Завалившись на кровать – он вскоре уснул.

— Только этого мне не хватало, – пытаясь прикрыться от начавшегося дождя, недовольно заворчал себе под нос Иван, периодически поглядывая на проносящиеся мимо кареты. Как бы ему сейчас хотелось оказаться по ту сторону двери.
— Эй, Вань, ты чего это так поздно домой возвращаешься? – неожиданно прозвучал голос слева. Подняв голову, Иван лишь виновато почесав затылок, увидев знакомое лицо кучера.
— Лень, привет. Да вот, задержался у ребят – теперь домой иду, – натянув на голову куртку, и будучи похожим на монашку быстро ответил мокрый от дождя Иван.
— Так тебе тут километра два еще топать до одной только границы города. Давай подвезу, может? – предложил Леонид.
— Было бы замечательно, да денег нет, – ухмыльнулся в ответ Иван.
— Я что, изверг, по-твоему? Садись. За счет заведения, – подмигнув и протянув руку, кучер ловко помог промокшему мальчишке забраться наверх.
Пожав плечами и поблагодарив Леонида за его великодушие, Иван немного поерзал на деревянной доске. Благородно взмахнув промокшей прической и, обдав капельками доброго кучера, он сильнее натянул куртку на голову. С громким щелчком, кучер разбудил уставших за день лошадей и они быстро помчались по пустым, дождливым улицам в сторону усадьбы Горычевых.

— Смотри в следующий раз в такую погоду не засиживайся только, хорошо? – усмехнулся кучер, провожая взглядом спускающегося Ивана. – А то мало ли, поблизости не окажусь. Что делать тогда будешь?
— Тогда буду пешком идти. Не впервой, – кинув взгляд на погашенные окна в доме, довольно ощерился в ответ Иван. – Может, подождешь, я тебе денег хоть принесу за то, что подбросил?
— Да ну. Тоже мне, нашелся. Я твоему отцу жизнью обязан. Пожалуй, не дать тебе простудиться – меньшее, что я могу для него сделать, – лениво потянул Леонид. – Бывай, поеду домой, к жене. Эх, теперь еще объяснять, почему так поздно. Скажи Велиасу, что с него пиво, когда выходные будут.
— Обязательно. Удачи на дорогах, – попрощался со щелкнувшим поводьями кучером Иван, развернувшись и кинув взволнованный взгляд в сторону дома. Свет был погашен, а значит, все уже спали. В такое то время? Да еще когда его нет дома?
Набрав воздуха в грудь и ожидая долгих разбирательств по возвращению, мальчик медленным шагом побрел по территории поместья. Несмотря на все те деньги, что были вложены в строительство – у архитекторов хватило ума сделать изгиб у дороги. Зачем? Непонятно. Сказали, что это модно. Бездари.
Подойдя поближе – он, наконец, заметил, что входная дверь выглядела слегка необычно. От легкого, вечернего ветра, она, словно подвешенная в воздухе, болталась из стороны в сторону. Недолго думая, Иван бросил куртку и помчался, громко топая по лужам, к дому.
Как оказалось, дверь держалась теперь только на нижней петле. Верхняя была выбита с корнем, словно кто-то очень удачно постучался и перелез через верх.
Отворив дверь, Иван включил свет в коридоре. Протерев заболевшие от мерцающего света глаза, он остановился, словно вкопанный. Зрачки расширились, по телу побежали мурашки. Перед ним, на полу был длинный, кровавый след, словно от сильно израненного тела. След вел из кухни в сторону гостиной, где, в отличие от входа, дверь больше походила на ее контур. Кто-то, или что-то, прошло через нее, словно не заметив.
Отойдя от шокового состояния, Иван помчался в сторону гостевой комнаты. Пробравшись между выпирающими кусками бывшей двери, он зашел в гостиную и практически тут же наступил на что-то мягкое. Сердце екнуло.
Нащупав рукой выключатель и включив свет, Иван подкосился и упал на колени. По щекам заструились слезы. Перед ним лежало тело. Горячо любимое тело. Хозяйка дома, замечательная кухонная кудесница и просто добрая женщина. Его мать, Лариса, лежала перед ним в луже собственной крови. По всему ее телу были видны рубцы, словно ее встреча была не с человеком, а, по меньшей мере, со стаей медведей.
— Мама… — схватившись руками за кофту женщины и плача ей в грудь, Иван все сильнее сжимал ткань. Все тело обдало страхом. Ему вспомнился отец. Он всегда говорил, что «страх и любовь – самые нелюбимые его чувства, ведь враг всегда способен узнать о них и пользоваться в своих интересах». Он учил сына побеждать в себе эти эмоции, но сейчас – все время тренировок оказалось бессмысленным. Забыв обо всем, он лежал на теле растерзанной матери и рыдал навзрыд.
Его слезы перебил визг с этажа выше. Послышался звук падающего тела и звериный рык.
— Женя! – резко вскочив на ноги, воскликнул Иван. Оставив мать на полу и, выбивая телом остатки двери, мальчишка помчался наверх, в сторону комнаты сестры, чуть не споткнувшись о тело горничной, лежавшей на лестничном проеме.
Входная дверь в комнату была открыта, и Иван практически пулей добрался до нужного ему места, споткнувшись о лежащий на полу тазик с водой, с грохотом упав на пол. У его сестры была замечательная привычка перед сном делать себе ванночку. Как она говорила – это ее успокаивало после трудного дня. Ага, как же, «трудного».
Лежа на полу, Иван почувствовал, как под лицом начинает скапливаться что-то густое и теплое. При падении он сильно ударился носом и теперь оттуда, словно водопадом, била кровь. В глазах все поплыло. Как от страха перед происходящим, так и от элементарной потери крови.
— Иван, я полагаю? – послышался самодовольный, мужской голос за спиной у лежащего Ивана. Резко перевернувшись – мальчишка сглотнул набежавший мгновенно комок. Перед ним стояло существо, о котором, пару месяцев назад, рассказывал отец. Наполовину человек, наполовину волк. Даже в темноте – его размеры и длина шерсти выдавали оборотня без особых шансов на конспирацию. – От тебя пахнет неплохим бойцом. Даже жалко будет тебя убивать.
Оскалившись и громко зарычав, существо пошло на сближение. Подойдя ближе, оборотень замахнулся лапой и с силой ударил Ивана в плечо, отчего тот отлетел в прикроватный столик. Вместе с его обломками, ему удалось долететь до стены комнаты и уже по ней сползти на пол.
Не заставив себя долго ждать, существо подошло к Ивану и схватило его за горло, легко оторвав от земли. Самодовольно рыча в лицо своей молодой жертве, оборотень смотрел прямо в глаза мальчика.
— Ну что, боишься? Страшно? – самодовольно спросил оборотень, все еще пытаясь вызвать хоть какую-то эмоцию на лице Ивана.
— Изо рта несет, – съязвил мальчишка, но тут же замолк, чувствуя, как сжимается рука существа на шее. Пытаясь хоть как-то разжать руками хватку оппонента, ему удалось глотнуть немного воздуха.
Неожиданно, в глазах все стало красным. Комната, оборотень. Даже собственное тело. Несмотря на то, что на небе уже как час доминировала луна, каждая деталь помещения была видна до бесконечности отчетливо.
Зарычав, оборотень, неожиданно для мальчишки, выпустил его из рук, пятясь назад и чуть не снеся собой шкаф. Отдышавшись, он резко посмотрел в сторону входа в комнату, тут же бросившись в сторону окна. Следом за ним пролетела необычная тень, от которой, словно от горелой головешки – исходила легкая дымка. В красном свете, дымка выглядела особенно эффектно и явно.
Подхватив на пути оборотня, тень, вместе со своей жертвой, вылетела в окно. Мигом позже – оттуда послышался звук, словно от пары клинков, сошедшихся в поединке. Скрежет и звон металла отчетливо раздавался в сознании, потихоньку теряющего его, Ивана. Наконец, прозвучал громкий рев и звук падающего тела. На мгновение можно было слышать, как убирается клинок. Потом – резкий удар и масса благородных матов, принадлежащих уже второму голосу. Под громкий вой – маты прекратились.
На мгновение Ивану показалось, что тень вернулась обратно в окно, но было уже все равно. Потихоньку, сознание мальчика покидало его и не хотело задерживаться более ни на секунду в теле своего поверженного хозяина. Красный взгляд постепенно ушел и мальчишке, к сожалению, не удалось разглядеть человека, который появился из тени. Хоть от него и веяло чем-то необычным, но при этом знакомым. Запах, аура. Нет, скорее просто интуиция подсказывала ему, что человек перед ним – его родной человек. Близкий родственник. Один из тех, которых можешь почувствовать на любом расстоянии.
Размышления перебила наступившая темнота. Единственное, что ему удалось запомнить – это легкий смешок человека, спасшего его и что-то про взгляд. Его взгляд. Кроваво красный, словно закатывающееся за горизонт солнце.

Глава 2. Путь гладиатора

— Отлично сработано, дружище! – дождавшись, когда Иван забежит за угол вместе с очередным кошельком зазевавшегося горожанина, поспешил похвалить его Артем. Убедившись, что никто пока ничего не заметил, и паника еще не была поднята, он быстро развернулся и жестом позвал друга бежать следом. Забравшись в один из канализационных люков, помогая Ивану, Артем задвинул за собой тяжелую крышку и вскоре они скрылись в разветвленной системе городских подземных каналов.

— Ужас, ну и запах там все-таки, – выбравшись на свободу недалеко от дома, где находилась по-прежнему квартира Артема, и, вдыхая городской воздух, недовольно заворчал Иван.
— Терпи, друг, терпи. Два года уже по каналам лазаешь, а все привыкнуть не можешь, – подмигнув и задвинув за собой люк, лишь улыбнулся в ответ Артем. – Эй, ты, куда это собрался? А добычу делить, кто будет?
— Сам поделишь. Мою долю мне в ящик положишь. У меня еще остались кое-какие дела, – накинув на голову капюшон, который уже не раз спасал его собственную персону от возможных распознаваний, крикнул в ответ Иван, оглядываясь по сторонам.
— Деловой нашелся. Скажешь тоже, дела у него, – недовольно хмыкнув, но, все же мысленно пожелав другу удачи, чуть слышно заворчал Артем, лишь пожав плечами, поймав на себе его красный взгляд. Убедившись, что Иван исчез из поля зрения, он направился в сторону дома.

— Значит, всего восемь возможных вариантов для движения, – наблюдая за необычным человеком, который уже несколько дней вызывал интерес у Ивана, чуть слышно проговорил он себе под нос. За последние два года и вплоть до своего недавнего шестнадцатого дня рождения ему еще не удавалось видеть в городе нечто подобное. Белые, длинные одеяния, маленькая, аккуратная и слегка даже изящная бородка и необычная палка, напоминавшая отчасти волшебные посохи из добрых книжек про волшебников – все это вызывало некий интерес. Некое желание разведать. А для этого – нужен был кошелек. Или хотя бы любой личный документ. Тогда уже можно было бы начать какое-нибудь расследование.
После смерти своей матери и полного исчезновения Велиаса с Евгенией, Иван оказался среди ребят Артема. Как оказалось – он находился без сознания почти неделю. За это время – его объявили пропавшим без вести, и теперь он был не вправе пользоваться усадьбой. Да и к тому же та оказалась списанной братом матери на продажу. Жадный тюфяк. Нет, чтобы попытаться найти кого-то из пропавших родственников. Ему бы только свой, и без того огромный, живот едой набить.
За полгода его научили воровать. Бегать, прыгать, лазать. Всему, что должен знать карманник в бесконечных лабиринтах городских джунглей. В целях конспирации от возможных родственников – Иван украл себе черную кофту с капюшоном. Родная мать не узнала бы, царство ей небесное.
Неожиданно, человек, за которым следил Иван – остановился. На секунду мальчишке показалось, что сейчас он развернется и посмотрит в его сторону, однако, как оказалось, тот лишь залюбовался видом солнца, заходящего за горизонт. В городе – это особенное зрелище, хоть и не столь прекрасное, как на природе. Но, провинциалам, коим, по всей видимости, являлся человек – это в любом случае интересно посмотреть. Хотя бы для сравнения.
Решив, что это его шанс – Иван быстро помчался в сторону человека. Буквально, когда до цели оставалось метров двадцать – он остановился и дальше продолжил, крадясь, дабы не привлечь лишнее внимание. Десять метров. Пять метров. И вот уже рука почти дотягивается до торчащего кошелька.
— Слишком медленно, – ловко схватив Ивана, усмехнулся человек. Развернувшись лицом, он с легкостью поднял мальчишку за руку вверх.
— Я не, я не хотел, простите. Мне просто интересно, что вы за человек такой. А спрашивать побоялся, – Иван попытался тут же сыграть на жалости у человека с добродушным лицом, но, по всей видимости, улыбка была на его лице не из-за настроения, а из-за поимки вора-карманника.
— Забавно, – всматриваясь в лицо парня, человек медленно опустил его обратно на землю. Схватившись за запястье, Иван постепенно начал пятиться назад, пытаясь незаметно развернуться и сбежать. – Ты, конечно, можешь идти, но тогда это будет выглядеть так, словно я зря искал тебя. А ведь я мог бы многое рассказать тебе о Велиасе.
После сказанного, Иван остановился, словно вкопанный. Велиас. Его отец. Без вести пропавший, и никем не виданный. Может, человек просто угадал? Нет, невозможно. Так легко, пальцем в небо и попасть?
— Откуда ты знаешь, как зовут моего отца, старик? – отпустив запястье, Иван подошел обратно к человеку. – Отвечай, быстро!
— Ха! Ну, для начала – не старик. Стариком лет через тридцать-сорок называть будешь. А пока я молод душой и телом – попрошу без подобных оскорблений, – расплывшись в очередной, самодовольной улыбке, проговорил человек. – А если попробуешь на меня напасть – то я даже препятствовать не буду.
— Э… так ты знаешь, где Велиас? – словно не заметив предупреждение человека, продолжил Иван.
— Знать то знаю, а вот хочешь ты узнать или нет, – это уже другой вопрос. Тебе сколько сейчас лет?
— Шестнадцать, – чувствуя, что человек практически видит его насквозь своим пристальным взглядом, нервно ответил Иван.
— Молодой ты еще. Может и рановато тебя посвящать во что-то. Хм… — на мгновение человек погрузился в раздумья. А ведь и правда. Шестнадцать лет – мало ли, что выкинет. – Хорошо. Пожалею я потом об этом или нет, не знаю. Я Икамузу. Икамузу Отуран. Рад нашей встрече, Иван, – протянув руку собеседнику, добродушно проговорил мужчина.
— Взаимно. Секунду, откуда…
— Оттуда же, откуда и отца. Не строй из себя большего ребенка, чем ты есть на самом деле, – пожав протянутую руку Ивана, перебил его Икамузу.
— Хорошо. Так, может, расскажешь, что именно от меня ты хочешь?
— Скажем так. Пойдешь со мной – может и расскажу. Останешься тут – твое право. Сойдет такой расклад?
— А откуда я знаю, что ты меня не обманешь и, правда, сможешь помочь найти отца? – сощурив глаза, недовольно проговорил Иван.
— Думаю, что тебе выгоднее поверить мне, чем не поверить. Верно ведь? – попытался заинтриговать мальчика Икамузу. – Твое решение?
На мгновение Иван погрузился в раздумья. Артем. Он ничего не сказал ему. С другой стороны – у него появился шанс увидеть Велиаса. Хотя бы что-то узнать о случившемся после роковой ночи.
Решив не испытывать судьбу в очередной раз, Иван отбросил беспокойные мысли, пересилил себя и кивнул Икамузу в знак согласия.
— Вот и шикарно. Пойдем, – засунув руку под капюшон и растрепав волосы Ивана, предложил Икамузу. Наконец, когда рука покинула волосяной покров мальчика, мужчина вновь продолжил с трепетом рассматривать закатывающееся, городское солнце.
Молча дождавшись заката вместе со своим шансом на встречу с Велиасом, Иван так же в тишине проследовал за Икамузу, как только тот пустился в путь. По всей видимости, дорога предстояла долгой. После нескольких километров, что они прошли пешком, у Ивана исчезли последние надежды на то, что у мужчины есть карета. Или хотя бы лошадь. Хотя, возможно, это было ему просто ни к чему. И он просто решил посмотреть, достаточно ли вынослив Иван для дальнейших приключений. Тех, к которым, по мнению Икамузу, он еще мог быть не готов.

— Ну что, по-прежнему по нулям? – довольно съязвил Икамузу, лениво развалившись под раскинувшимся деревом на опушке леса, глядя, как его юный подопечный сидит и безнадежно смотрит на пять разноцветных камушков, разложенных перед ним. Мерно покуривая трубку и выдыхая зеленоватый дым, мужчина любовался ярким, голубым небом и лишь периодически поглядывал в сторону Ивана. Видимо, чтобы лишний раз убедиться, что у его подопечного так ничего и не получилось.
— Тихо. Мне кажется, что один из них все-таки мерцал, – попытался тут же заставить замолчать своего наставника Иван.
— Оу? И какой же? – оживившись и подойдя к Ивану, заинтриговано спросил Икамузу.
— А… да какая разница. Просто, блеснул какой-то, подумаешь, – быстро попытался уйти от темы Иван.
— Так и знал, что обманываешь. Уже, как две недели топчемся на месте, а тебе так и не удалось хотя бы на немного подчинить хоть один элемент.
— Легко тебе говорить. Подчинить элемент. Я, для начала, не верю в эти штуки. Хотя, после оборотня… — на мгновение Иван ушел в размышления, но был тут же возвращен обратно подзатыльником со стороны наставника. – Эй, за что?
— За мысли. Не думай. Концентрируйся на камнях. Эх… — глядя в сторону своего обожаемого солнца, слегка расстроенным голосом проговорил Икамузу.
— Не думай, не думай. Скажешь тоже, не думай. А как мне еще подчинить себе что-нибудь в этом мире, если я не буду думать? – на мгновение перед глазами появились образы городской управы, которые послушно исполняли приказы вышестоящих. Слегка перекосившись, словно обиделся на самого себя, Иван продолжил концентрироваться на камнях.
Не замечая благородной брани, направленной в свою же собственную сторону, исходящей от Ивана, Икамузу спокойно продолжал заниматься своими делами. Неожиданно, практически из воздуха – солнечные лучи резко сфокусировались в одной точке, словно создавая облик. Наконец, когда формирование завершилось – на ладони у Икамузу появилась маленькая, яркая, словно состоящая из солнечных лучей, птица. Поднеся к ее голове свободную руку и что-то прошептав себе под нос, наставник выпустил ее из рук. С неким восторгом наблюдая, как покидает поле зрения посланник, он самодовольно потер руки и посмотрел куда-то вдаль.
— Что это было? – наконец чувствуя, что к отвисшей от произошедшего губе возвращается чувствительность, выдавил из себя Иван.
— Это? Это ты можешь наконец-таки закончить свое обучение у меня. Ты безнадежен и бесполезен. Прости, жизнь несправедлива.
— Эй, а мой отец? Старик, ты чего, обманул меня что ли? – запустив один из камушков перед ним в учителя, ловко поймавшего камень между пальцами, проговорил Иван.
— Ни в коем. Я обещал, что ты увидишь его, если пойдешь со мной. А значит – увидишь, даже если и без меня. Вернусь к себе в храм, там уже должны были все отстроить. Но путь в маги для тебя заказан. Ты полный ноль. Ни таланта, ни веры. Глупое мясо на поле боя, – расхваливание своего ученика перебило ржание лошади, донесшееся из-за деревьев. Буквально через несколько мгновений послышался стук копыт, а мигом позже – из-за стволов медленно выехал мужчина в черном плаще на коне и с двумя клинками на поясе. Образ завершали солнечные, красные очки и такие же красные волосы, собранные в форме ежика.
— Твоих рук дело? – спрыгнув на землю и показывая пальцем на птицу, кружащуюся в небе над Икамузу, спросил человек.
— Да, моих. Рад, что кто-то оказался поблизости. Парень, как маг, бесполезен. Хоть и сын Велиаса. Может, все-таки наследственно ничего в их семье не передается? – почесав затылок, проговорил Икамузу, словно не обращая внимания на подслушивающего подопечного.
— Хочешь сплавить его в орден? Мило с твоей стороны, конечно, – натянув очки с переносицы на лоб, человек перевел взгляд на Ивана. – Значит, Ваня? Фернал, рад нашему знакомству, – пожав руку мальчику, быстро поздоровался он.
— Потом побратаетесь. Есть подозрение, что у него есть задатки. Сам, наверное, догадываешься, к чему. И было бы неплохо, если бы можно было это развить в нем. Если конечно еще не слишком поздно хоть чему-то этого недоросля научить, – усмехнувшись, Икамузу перевел взгляд на обиженного Ивана. – С этого момента нам не по пути. Ты поедешь с Ферналом. Он будет учить тебя. Я умываю руки.
— То есть как это? Умываешь руки? Э, не, а информация? Я думал, что все это ради информации! – наконец поняв, что его только что подарили в рабство другому, совершенно незнакомому человеку, гневно воскликнул Иван.
— Я обещал, что ты увидишь его. Каким путем – уже не моя проблема. Но, если пойдешь с Ферналом – будет проще, чем со мной. Решать тебе. Бесполезный маг или худо-бедно нормальный воин.
— Да иди ты. Фернал, я с тобой, – гневно нахамив сразу обоим, Иван приготовился к очередному подзатыльнику, но его не последовало.
— Нравится он мне. У него есть гонор. Может, что и выйдет из него, – закончив, Фернал поджал нижнюю губу, после чего повел глазами и забрался обратно в седло. – Идешь, мальчишка?
— Да, сейчас, – попрощавшись рукопожатием с Икамузу и забравшись с помощью Фернала на коня, Иван взглядом еще какое-то время следил за удаляющимся образом. За время, проведенное в лесу, он успел уже привязаться к этому странному человеку, а он так легко взял и отказался от него. Впереди ждало пугающее неизвестное и непонятное. Встретиться ли он когда-нибудь с Икамузу еще раз? Мысленно пообещав себе, что рано или поздно найдет отца, а потом и Икамузу – Иван все же немного, да успокоился.
Вскоре силуэт бывшего наставника полностью исчез из поля зрения. Чувствуя, что его потихоньку начинает клонить в сон от плавной езды – он попросил Фернала прибавить ходу. С огромной радостью ударив лошадь под ребра, человек в черном плаще согласился, и они вместе помчались по лесным дорогам. Навстречу неизвестному.

— Слушай, а почему ты носишь этот плащ? – наконец, когда они забрели в достаточно густой лес, чтобы лошадь перешла с галопа на рысь, перебил нависшую тишину Иван.
— Почему? Ответ прост, как смена дня и ночи, мой молодой друг. Плащ есть символ нашего ордена. Мы пользуемся таким обилием возможностей благодаря этим плащам, что просто невозможно было бы от него отказаться, не пожалев потом об этом, — словно пытается продать плащ, высокопарно принялся расхваливать его Фернал.
— А чем, собственно, занят ваш орден? И как это связано с Велиасом? – вернувшись к единственному, волнующему его вопросу, продолжил Иван.
— С Велиасом? Он является нашим хорошим другом и помощником в отлове оборотней со стороны. Ну как отловом… — взгляд Фернала на мгновение упал на клинки, болтающиеся по бокам на поясе.
— То есть, вы знаете, где он? – чувствуя зацепку, радостно спросил мальчик.
— Пока нет. Он не заглядывал к нам уже… не дам себе солгать, полгода, может год, – призадумавшись, ответил ему Фернал.
— Понятно. Возможно, я видел кого-то из вашего ордена, когда на наш дом было совершено нападение.
— Правда? А как он выглядел? Может, даже по имени знаешь?
— Не помню, к сожалению. Я тогда потерял сознание. Да и темно было, не имелось возможности разглядеть, – вспоминая о том, насколько прекрасно видел все происходящее в красном цвете, промусолил Иван.
— Жалко. Правда, жалко, — монотонно потянув, Фернал перевел взгляд на заходящее солнце. — Думаю, что нам стоит остановиться на ночлег. Еще несколько дней продвижения впереди, пока, наконец, мы не доберемся до штаб-квартиры ордена. А лошадь тоже не вечна, да и ночью продвигаться неудобно.
Молча кивнув, Иван лишь продолжил следить за, пролетающим мимо, окружающим миром. Из его головы никак не хотел вылезать образ Артема, который, вероятно, до сих пор переживал и волновался.
Решив, что ему стоит, наконец, выкинуть эти мысли – Иван с силой помотал головой. Под недоумевающий взгляд Фернала, он лишь сказал, что так было нужно, на что последний безразлично кивнул и вновь ударил лошадь под ребра.

Глава 3. Мальфор Валлен

— Далеко еще? – лениво потянул Иван, крепко держась за спину Фернала.
Лишь недовольно цокнув языком, мужчина в плаще с силой ударил лошадь под ребра. Громко заржав, конь устремился вперед. Этот вопрос молодой спутник Фернала задавал чуть ли не каждые полчаса. Прошло уже несколько дней, и в каком-то смысле мужчина даже понимал Ивана. Ему бы и самому надоело вечность сидеть рядом с неизвестным ему человеком, при этом мчась неизвестно куда.
В любом случае, отвечать на этот вопрос в очередной раз было лишним удовольствием для Фернала. Посмотрев куда-то вверх, и словно найдя что-то, он резко изменил маршрут и свернул направо. Они уже были совсем близко к цели.

Прошло еще несколько часов и, наконец, впереди начал вырисовываться одинокий образ. Посреди леса виднелась высокая башня, но по мере приближения к ней становилось понятно, что это – лишь верхушка крупной конструкции. Прямо посреди леса, словно не особо и пытаясь скрыться от любопытных взглядов зазевавшихся охотников и грибников, расположилась крупная цитадель. Вокруг она была обнесена частоколом, а каких-либо следов цивилизации не было и в помине.
— Приехали, — радостно сообщил Фернал через плечо скучающему Ивану. Петляя между деревьями и отводя рукой лезущие в лицо ветки, всадник все же убавил ход. Продвигаться галопом в этой части леса было бы далеко не самым лучшим решением. Да и могло привести к не очень приятным и желанным последствиям.
— О, Фернал! Прибыл, наконец, — пробасил недовольный голос где-то впереди, когда Фернал остановил лошадь.
Выглянув из-за спины всадника, Иван попытался разглядеть человека. Судя по голосу, ему было лет сорок, не меньше. Но, как оказалось, к ним подошел довольно-таки молодой парень, возможно немногим старше двадцати. Он был в таком же черном плаще, как и Фернал, только вместо клинков – на поясе болтался короткий, двусторонний топор. Голову же украшала неряшливая, белоснежная шевелюра. Но это было далеко не тем, что привлекло внимание Ивана. Глаза человека были разного цвета. Один светло-голубой, другой темно-зеленый.
— Рад видеть, Гельфор. Сегодня ты на страже, получается? – спрыгнув с коня, поспешил пожать руку подошедшему Фернал. Захотев уже спросить что-то еще, он вдруг вспомнил о цели своего прибытия в штаб-квартиру. Повернувшись к Ивану, он миловидно улыбнулся и поспешил представить своего спутника. – Это Иван, Горычев. Подозреваю, что Икамузу уже прислал весточку о нашем прибытии?
— Да, получили и оформили, — миловидно улыбнувшись юноше, поспешил с ответом Гельфор. – Дарион ожидал вашего прибытия еще несколько часов назад. Что-то случилось в пути?
— Пришлось изменить маршрут, — скрестив руки на груди, Фернал тяжело вздохнул и снял красные очки. – Чуть позже расскажу, когда все перепроверю.
— Хорошо, буду с нетерпением ждать вашего доклада, милорд, — отвесив поклон, усмехнулся Гельфор. – Молодого господина проводить в фойе, или милорд жаждет лично сопроводить его до покоев всемогущего императора?
— Брысь. То, что ты бывший театрал не значит, что тебе можно фамильярничать на работе, — недовольно хмыкнул Фернал и взял лошадь под узды, ведя ее в сторону ворот вместе с Иваном. – Мы тут серьезными вещами занимаемся, знаешь ли. А ты плохой пример новобранцу показываешь.
— Прошу прощения, милорд, — виновато прикрыв лицо ладонью, Гельфор отвернулся и возвел руки к небу. – О, всевышний, что же я делаю не так?
— Дурачишься много, — оставив стража далеко позади, громко крикнул Фернал.
— Серьезный нашелся, — цокнув языком, Гельфор быстро нагнал гостей и засунул руки в карманы брюк. – В следующий раз я тебе напомню о том, что мы – серьезная организация. Только дождись, пока Амальти очередную партию эля выставит в трактире. Ох, я ж тебе устрою!
Подойдя к воротам, Гельфор прислонил к ним ладонь. На мгновение, закрыв глаза, он повел руку вверх. Словно пушинка, железная решетка уехала вверх, пропуская гостей внутрь.
Едва они зашли, Фернал попрощался со стражем, а тот, в свою очередь, поспешно опустил ворота. Какое-то время еще глядя им вслед, Гельфор лениво потянулся и спрятался где-то за стеной. Видимо, ему хотелось полежать в сторонке без лишнего беспокойства.
— Это как он так? – спрыгнув с лошади, едва они добрались до стойла, выдавил из себя вопрос Иван. – Ну, с воротами.
— Терпение, — привязав и погладив лошадь, улыбнулся в ответ Фернал. – Скоро все поймешь. Хотя, может, и не поймешь, если верить Икамузу.
Почесав затылок, Фернал поправил плащ и направился в сторону центрального здания. Только сейчас Иван замутил, что в плаще было сделано две прорези. Возможно, они были сделаны, дабы облегчить обнажение клинков, когда плащ застегнут. Да и, кто его знает. Быть может, портить плащи обыкновенное дело в данном ордене?
— Заходи, — отворив дверь перед Иваном, предложил Фернал.
Молча кивнув, мальчик зашел внутрь. Перед ним раскинулся широкий коридор с несколькими ответвлениями и винтовой лестницей в противоположном конце. Стены коридора были увешены факелами, открывая вид на трофеи ордена. Сотни волчьих голов, ожерелья из клыков, чучела оборотней и прочих существ. Некоторые были серыми, практически без какого-либо волосяного покрова. Другие же, наоборот, были покрыты густой шерстью. Единственное, что объединяло чучела – крупные рубцы и разрезы на шкурах. Некоторые из них же были покрыты дырами, словно по телу бывшего хозяина прошлись ливнем из стрел.
Отдельные чучела имели также странные ожоги, разодранные на части конечности и разбитые челюсти. У некоторых не было глаз и клыков. Помимо голов и чучел, также стены были увешены обилием холодного оружия. Возможно, оно когда-то принадлежало тем существам, которые теперь украшали собой этот зловещий коридор.
— Жутковато, — пройдя чуть вперед и услышав, как за ним захлопнулась дверь, чуть слышно произнес Иван.
Усмехнувшись, Фернал похлопал мальчика по плечу и пошел вперед. Слегка замявшись, Иван направился следом.

— О, ну наконец-то, — не отводя взгляда от книги, усмехнулся человек в кресле. Даже когда Фернал с Иваном вошли в комнату на третьем этаже, он ни на секунду не оторвался от чтения. – Есть новости или ты тут только из-за Горычева?
Комната была больше похожа на библиотеку. Наряду с вооружением, повсюду стояли стеллажи с тысячами книг. Некоторые уже покрылись трехметровым слоем пыли, но большая часть все же аккуратно сортировалась и протиралась время от времени. Видимо, человек в кресле, таким образом, показывал, какие книги ему нравятся приходящим гостям.
Хозяину комнаты на вид было лет сорок пять, не меньше. Длинные, седые волосы, грустное, статное лицо. Яркие, голубые глаза, на одном из которых расположилось три глубоких шрама. Судя по форме, они были оставлены когтями какого-то животного.
В остальном, он был похож на других людей, которые находились в цитадели. На нем тоже был черный плащ, да и вся остальная одежда была черной. За исключением одной маленькой детали. На левом плече у него была нашивка в виде волчьей головы, проткнутой крест-накрест клинками. Видимо, это было отличительным знаком главы ордена.
— Новобранца привел, как и обещал, Дарион, — гордо стукнув дважды кулаком себя в грудь, отрапортовал Фернал.
— Прекрасно, — безразлично потянул глава ордена и, облизнув палец, перевернул страницу книги. – Имя?
— Иван… — слегка смутившись, представился мальчик.
— Иван, говоришь? – на мгновение, оторвавшись от книги, мужчина подернул бровью и пролистнул страницы книги. Не глядя в книгу, он опустил палец на случайную страницу. Опустив голову, он на секунду нахмурился, но потом добродушно улыбнулся. – Мальфор Валлен. Сойдет?
— Э… — начал было новоиспеченный Мальфор, но получив удар в плечо со стороны Фернала, обреченно кивнул.
— Вот и славно. Фернал, оставляю тогда его на твоей совести. Выдай юному Мальфору плащ, да и вооружение какое-нибудь присмотри, — вернувшись на заброшенную страницу книги, вновь погрузился в чтение Дарион. Тяжело вздохнув, от чего металлические кинжалы на поясе радостно зазвенели, он перевернул очередную страницу. – К Синдеринг зайдите тоже. Не сомневаюсь, что у остроухой найдется задание какое-нибудь. Заодно и посмотришь, каков он в деле. Доходчиво объяснил?
— Предельно, милорд! – вновь стукнув себя в грудь, едва заметно кивнул Фернал.
— Замечательно. Только это… — закрыв книгу, оставив палец между страницами, Дарион холодно посмотрел на Фернала. – Еще раз назовешь меня милордом, — и проведешь остаток своих дней в конюшне. Мне хватает Гельфора с его синдромом. Хоть ты-то меня не подводи.
Слегка призадумавшись, Дарион вновь тяжело вздохнул и откинулся в кресле, раскрыв книгу. Прочитав несколько слов, он вновь посмотрел поверх книги на гостей.
— Вы еще здесь? – нахмурился он. – Брысь отсюда! Вроде приказ был получен. Или, Фернал, ты тонко намекаешь, что у меня склероз?
— Думал, еще чего интересного скажешь, — виновато почесав затылок, пожал плечами Фернал. – Но, раз уж ты так хочешь погрузиться в мир литературы, то мы пожалуй пойдем.
Благодарно кивнув, Дарион закинул ноги на тумбочку и умиротворенно ушел в чтение. Вновь хлопнув Ивана по плечу, Фернал поспешно покинул кабинет и направился в сторону винтовой лестницы.

— Фернал, можно вопрос? – спустя некоторое время, следуя за своим новоиспеченным наставником, спросил Иван. – Почему Мальфор Валлен?
— Почему? Хороший вопрос, — усмехнулся в ответ Фернал. – Наверное, сейчас читает «Погребенного заживо во тьме» от Никасия Эльма. Я ему на день рождения подарил. Отличная книга. Не удивлен, что его затянуло.
— Хм… — задумался Иван, пытаясь найти связь между своим новым прозвищем и подарком Фернала. – То есть, Синдеринг и Гельфор…
— Быстро соображаешь, — радостно подхватил мысль Фернал. – Да, Дарион дает прозвища новобранцам в зависимости от того, какая книга у него оказалась в руках в момент знакомства. Это уже как традиция. Только вот с Синдеринг неприятно получилось. Я до сих пор не могу понять, как эта книга вообще оказалась у нашего вождя в руках.
— А почему у тебя нет прозвища? – задумавшись об имени наставника, недоверчиво потянул Иван.
— Я Дима, — пожав плечами, опроверг догадки Ивана Фернал. – А с Ферналом… ну, там не самая приятная история. Дело в том, что, когда я пришел на службу, у Дариона в руках оказалась энциклопедия, и он в шутку назвал меня Аларием Ферналом. Потом нарек себя Дарионом третьим. А потом его понесло всем выдавать подобные позывные для конспирации. Жуткий человек. Как вцепится в какую-то идею космической важности – за уши не оттащишь.
— Аларий? Эх… — многозначительно потянул Иван. – Не отказался бы от такого прозвища. А то Мальфор, не туда не сюда. Непонятно даже, к чему оно обязывает, и какие надежды нужно будет оправдывать.
— А по мне, так очень даже символично, — потрепав озадаченного мальчика за волосы, усмехнулся Фернал. – Не помню, чтобы Аларий с вампирами или оборотнями сталкивался. А, вот мы и на месте!
Недоумевая, Иван перевел взгляд с Фернала на стрельбище, за стеной которого они находились. Отсюда было видно мишени, раз за разом пробиваемые с громким свистом стрелами. Казалось, будто тренировалось с десяток лучников, но для такого количества места бы просто не хватило.
— Амаль, тут? – дождавшись, пока стрелы перестанут лететь во все стороны, боязливо заглянул за стену Фернал.
— Амаль? А разве мы не Синдеринг искали? – наивно спросил Иван, тут же пожалев об этом. Остановившись в нескольких сантиметрах от носа Горычева и коварно вибрируя, в лучах солнца засиял наконечник стрелы, пробивший собой стену.
— Попала? – послышался добрый, женский голос из-за стены, словно обращаясь к Ферналу. Помотав головой, он виновато пожал плечами и прошел чуть вперед, облокотившись о противоположную стену. – Жаль.
В следующий миг, закинув арбалет на плечо, из-за стены вышла девушка с крайне экзотичной внешностью.
— Фернал, что это? – косясь на Амальтииртарэ, еле-еле выдавил из себя Иван.
— Сам ты «это», — недовольно хмыкнув, девушка поправила длинные, золотистые волосы. Шоковое состояние, настигнувшее Ивана, было более чем уместно. Первым же делом, внимание привлекали крупные размеры груди и ушей. И если грудь можно было списать на подарок природы, то уши – выглядели более чем странно. Вытянутые, тонкие и периодически двигающиеся трубочки. В длину они были около двадцати сантиметров. Но едва Амальтииртарэ повернулась в сторону Ивана – оказалось, что уши еще не все. Глаза девушки. Чуть больше чем у людей, при этом с маленьким зрачком. Большую часть глазного яблока занимали зеленые, радужные оболочки, составляющие добрую половину каждого глаза. – Не смотри так, будто никогда не видел эльфов, мальчишка.
— Эльф? Я-то думал… — начал, было, какую-то мысль Фернал, но тут же замолчал, едва перед его глазами засиял наконечник стрелы. – Хорошо-хорошо, молчу. Может, уберешь свою игрушку от моего лица? А то у меня плащ пропотеет скоро.
— Свинство, — взведя курок и приготовившись стрелять, чуть слышно выругалась Амальтииртарэ. – Даже не смей намекать на информацию, которая не касается новобранца. Вдруг он сам из этих, оборотней?
— Ну, правда, извини. Вырвалось, — чувствуя, как к горлу подбирается комок, отодвинулся чуть назад Фернал. – Да и к тому же, рано или поздно все узнают. Так что, было бы лучше, если бы он узнал сейчас. Пожалуйста, опусти уже арбалет.
— Пожалуйста? Ого. Не часто от тебя это слово услышать можно, — опустив оружие, потянула Амальтииртарэ. – Хорошо, поверю на этот раз. Так это, вам поросятам что нужно то от меня? Не просто ж показать мою дивную персону своему юному другу захотел, верно, Фернюниус? Или я настолько в тебе ошибаюсь?
— Просто показываю, что где находится. Остальные на заданиях, нас тут от силы несколько человек на всю цитадель, — попытался оправдаться Фернал, покосившись на Ивана. Слегка призадумавшись, он вновь посмотрел на эльфийку. – Точно не будешь стрелять? А то так к тебе один раз уже повернулся спиной.
Тихо усмехнувшись, эльфийка закинула арбалет на плечо и прошла чуть вперед. Фернал раскраснелся. На его левой ягодице до сих пор красовался шрам от их прошлой ссоры.
— Кстати, это Мальфор Валлен, — решив быстро устранить любую возможность Ивана начать обдумывать ситуации их повседневной жизни, поспешил представить его Фернал. – А так Иван Горычев.
— Повезло парню, — усмехнулась эльфийка. – Твоего «погребенного» читал? – коварно улыбнувшись, девушка перевела взгляд на Ивана. Какое-то время она холодно смотрела ему прямо в глаза, после чего повела бровью и повернулась обратно к Ферналу. – Да, работы немало предстоит. Сам займешься им, или мне на растерзание оставишь?
— Понравился? – недовольно хмыкнул Фернал. – Меня бы лучше на растерзание взяла. Ох, показали бы мы бойцам настоящий класс!
— Ты старше меня, Дим, — тяжело вздохнула девушка и вытащила из внутреннего кармана плаща пачку сигарет. Вытащив одну зубами, она покосилась на поморщившегося Фернала. – Сам же знаешь, у нас правила такие. Девушка должна быть старше парня. Что-что, а традиции нужно чтить.
— Опять куришь? – словно не слушая объяснения эльфийки, Фернал попытался выхватить сигарету, но тут же вновь попал под прицел арбалета. – Ладно-ладно, как сама знаешь. Просто странно видеть курящих эльфов.
— Сам же знаешь, почему курю, — опустив арбалет, чуть слышно выдавила девушка. Чуть призадумавшись, она бодро закинула арбалет на плечо и встала так, чтобы видеть обоих собеседников. – Так, ты, Мальфор. Пойдешь со мной. Покажу кое-что интересное. Если не понравится, то отправлю обратно к Ферналу. А так – бойся. Кусаюсь. Больно причем. И пяточком по почкам бью.
Радостно направившись обратно в сторону стрельбища, девушка на мгновение прильнула к Ферналу. Выпустив ему в нос едкое облачко дыма, она самодовольно зашагала дальше, подзывая за собой молодого Ивана. Повернувшись на мгновение, она игриво помахала Ферналу и, дождавшись, пока Иван нагонит ее, продолжила путь.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *